верить. Оли был прав. Если он смог справиться, то почему и она не может? Но оставаться уверенной в своём решении было невыносимо тяжко.
– Мег, – Софи подавилась собственными же словами. Она решилась произнести. – Мег очень любила тебя, ты знаешь? И Джеймс тоже.
– Знаю, и я тоже их люблю. – Его улыбка ничуть не изменилась. – Думаю, и вас мама с папой точно любят. Иначе бы они не отпустили нас всех в путешествие!
– Отлично сказано. – Деми подошёл ближе, случаем касаясь плеча Софи, свою похвалу посвящая именно ей. – Прости, что тороплю, но нам правда нужно идти. – Он подхватил Оли на руки, тихо посмеиваясь, пока тот возмущался. – Я, конечно, верю в силу твоих крохотных ножек, но ты ещё ростом не вышел, чтобы тягаться с нами.
Не издав и звука, Софи пошла в след за ними, глаз не отнимая от бесновавшейся Кали. Она не хотела видеть и тени тех двух убитых, что они обошли стороной. Их последние слова разлетелись по округе, но прислушаться к ним сумела лишь Софи.
"Она заражена, кожу видишь? Выглядит прямо как мы."
Глава 35.
Тихая ночь стремилась к концу. Слабый ломаный свет на закате уже давно прервал потухший блеск окон тогда, когда друзья наконец спустились к малой Кали, что, казалось, в своей игре их вовсе не замечала. Вода плескалась, переливалась и рычала в ответ камням, что по незнанию преграждали ей дорогу. Её брызги холодом кусали лица уставших путников, что пытались спрятаться в устье Кали-младшей от тех, кто ещё мог вернуться.
На восточном берегу Кали, словно грибы по осени, под ранними розовыми лучами проросли верхушки крохотных лачуг. Издали их можно было легко спутать с крупными стогами сена, что тут и там лежали по полям. Софи даже не пыталась спрашивать о том, почему они идут к ним и как им пересечь реку, ведь давно поняла, что Деми знает эти места куда лучше, чем можно на то рассчитывать, как и он понял, что она доверится ему даже тогда, когда парень вновь пропадёт в густом чёрном тумане вслед за идеями, что от всех старательно скрывал.
– Осталось немного, мы сможем отдохнуть за этим холмом. – Деми кивком указал на пригорок, чью макушку покрывала редкая поросль юного леса. Ноги едва держали его, но он шёл, на руках держа уставшего мальчика.
– Я начинаю в этом сомневаться. И зачем только мы бросили велосипеды? – хоть Софи и было легче, она ужасно измучилась за прошедшую ночь.
– Здесь лучше без резких движений, – он вдруг вступил во что-то мягкое и его ботинок в миг провалился по щиколотку. – Чёрт, земля размокла. – В пол голоса выругался парень, пытаясь вытащить ногу из грязи. – Будь осторожна.
Говорить дальше не было сил. Донести бы разваливающееся тело до поворота, что приближаться никак не хотел. В глазах всё теряло свои очертания, да только единственное на округу дерево служило ориентиром того, что они не застряли в густом месиве, оставленным недружелюбной рекой, а продолжают тянуться к солнцу, что скромно выглядывало у подножья зелёного холма.
Река лихо закручивалась, пытаясь преодолеть резкий поворот, что добровольно ей поддаваться никак не хотел. Малая Кали была в самом расцвете сил и с предвкушением ожидала очередного сезона дождей, что придал бы ей мощи течения, напрочь позабыв о том, что вскоре ей предстоит злополучный межень. Но мать Кали никогда не давала своих отпрысков в обиду. Питая каждую созданную половодьем речушку, она не давала иссохнуть водам, из неё выходящим. Иногда Кали была чрезвычайно добра. Прямо как и сейчас, когда в очередной кривизне поймы ею открылся новый путь. Прячась глубоко вниз, малая Кали разрешила здесь островок, что корнями намертво вцепился в её дно, позволяя пересечь истошно ревущую реку. Деми не ошибся, этого пути не знала ни одна живая душа, за исключением его самого и того, кто давно наблюдал за ними с возвышения.
– Вот видишь, я знал, что здесь можно пройти. – Начал парень с гордостью, наблюдая за долиной впереди.
– Вижу. А я уж думал, что ты не придёшь. – Вдруг неизвестный дал ответ, на который никто рассчитывал. – Но ради приличия подними руки, и свою новую подружку не забудь мне представить.
Софи не могла осмелиться повернуть головы. Ну конечно, всё просто не могло пройти гладко. Она явно чувствовала, что кто-то направил на неё пистолет, когда взгляд Деми метнулся к чужой руке. Лишь уголки его губ дрогнули в раздражении, но он и не думал о действии. Ведь этот кто-то для них обоих оказался давним знакомым.
– Ты не предупреждал, что приведёшь кого-то ещё. – Спокойный голос не без презрения обращался к парню, что хорошо понимал причину его недоверия.
– Честно, у меня и в мыслях не было. Но судьба распорядилась иначе.
– Тебя ждали пять месяцев, где ты пропадал? – он внимательно следил за каждой фигурой перед собой, не допуская путникам и права на лишнее движение. Но что-то его остановило. Мужчина заметил то, что в момент заставило его опустить ствол. Слова дрожали на языке человека, что не доверял своим собственным глазам. – Софи? Софи Мур, это правда ты?
Время остановилось, когда Софи всё же решилась обернуться. С холма к ней спустился тот, кого она меньше всего ожидала увидеть. Майк Олхард остановился возле неё, боязливо не решаясь прикоснуться. Но стоило ей встретиться с его напуганным, но таким тёплым взглядом, как он закружил её в объятьях, в своих крепких руках поднимая над землёй.
– Софи, девочка моя, ты жива! – Майк отстранился, чтобы заглянуть в такое привычно доброе лицо девушки. Его губы растянулись в счастливой улыбке. – Поверить не могу, ты здесь! Ты жива! Жива!
– Дядя Майк. – Смогла прошептать Софи перед тем, как в очередном порыве её давний знакомый выжал из её лёгких весь воздух.
– Ещё и говоришь! О Господи, Софи, родная моя, ты в порядке! – мужчина не без силы поцеловал её в обе щеки, когда эмоции захлестнули его новой волной. – Милая, я так за тебя переживал!
– Это что ещё такое? – встрял Деми, наконец справившись с шоком. – Ты что себе позволяешь, Олхард? – он во все глаза смотрел на крупного военного в форме, что в чувствах потерял фуражку на песке.
– Душа моя, как я рад, что ты здесь. – Майк не мог перестать душить Софи любовью. Опасаясь, как бы она вновь не упорхнула от него, он держал её так, будто в любой момент шторм мог унести её словно облако с пустынного розовеющего неба. Давно потерянный
