осмелилась рассказать свой низкий секрет. Девятнадцатое Кольцо, город пятнадцати тысяч человек и место стыда Софи, что никогда не могла смириться с тем фактом, что зарплата её родителей была лишь чуть больше прожиточного минимума. Место, где Софи никогда не видела животных, мечтала о кошке и грезила колледжем, где никто бы не знал позорной тайны её рождения под крышей дома, что любил её больше, чем она себе представляла. Софи всегда была любима. И впредь ей не нужно было себе это доказывать.
– Но почему ты любишь меня?
– Потому, что ты – Софи Мур из девятнадцатого Кольца.
– Я так и не накопила на колледж, у меня дешёвые кеды и я никогда не пробовала настоящее мясо. – На одном дыхании выпалила она то, что всегда страшилась произнести в слух. – Я не умею отдыхать, еле сдерживаюсь от крика и часто плачу. Я убивала Безумных, подвергла риску чужие жизни и не ценю свою собственную. Каждую ночь мне снятся кошмары, мне невыносимо спать, зная, что скоро ты можешь уйти, но я всё равно не могу перестать думать о себе больше, чем о тебе.
– И вместе с этим ты – Софи Мур, рядом с которой я становлюсь самим собой. – Деми лишь улыбнулся, когда она наконец выдохнула.
– Кто же тогда ты?
– Я, – он запнулся, боясь произнести то, что в новой реальности забылось, – Деми, без фамилии и дома, без Кольца, родителей, братьев и сестёр.
– Деми. – Взгляд перепуганных глаз отступил перед теми, что сейчас смотрели на неё. Призрак окна старого дома Джеймса наконец исчез, и она смогла сказать. – Я так скучала. – Софи прижалась к нему сильнее, чем когда-либо, а его сердце забилось быстрее, чем тогда, в огне пожара. – Наконец мы оба живы.
В ночи он держал её руку крепче прежнего. Пальцы покалывало, но парень не отнимал ладони от подруги, что лишь так смогла уснуть. Костёр давно потух, из под струи речной воды выпустив тонкую полосу дыма. Лес замолчал, когда притихшие в нём голоса отдалились в сторону города. Банка сухого кофе сдалась руке неизвестного скитальца, что согревалась теплом горячей кожи Софи Мур из девятнадцатого Кольца.
Глава 34.
Нетронутый человеком горячий асфальт дышал жаром под колесами двух велосипедов, что восьмой день проводили в пути. Трое путников держали дорогу на восток, прямиком к тому месту, где количество нержавеющих табличек резко увеличивалось. Волоуман-а-Кали, гласила каждая надпись, под которой всё сокращалось число оставшихся миль. Один из четырёх великих городов, что словно сторожевые псы окружили Центр, хранил жизнь за бурными водами грозной реки, поясом окутывающей каждый из них. Её многочисленные притоки в водовороте кружили культуры, что давно смешались, свои различия сохраняя лишь в тех отдалённых городах, которые давно остались позади.
Софи редко просила об остановке, лишь тогда, когда непослушные ноги отказывались крутить педали. Тогда она ни раз застревала у одной из речушек, что стремилась в суровую Кали, разбивающую о камни всех ей неугодных. Деревья волновались, а попутный ветер уносил все мысли, что приходили Софи в голову. Она была свободна.
– А нас впустят в город, если мы хорошо того попросим? – подал голос Оли, скачущий по траве вместе с Деми. – Мы ведь не болеем, – он остановился, когда парень поймал его в свои объятья, – ну, только если Софи немного.
– Она не болеет, а просто придуривается, чтобы почаще ходить в майке и хвастаться мускулами. – Деми улыбнулся ей, пряча под собой мальчика, что никак не мог с ним справиться. – И не сказать, чтобы мне это не нравилось.
– Конечно ты не против, – она ответила на его взгляд едва заметной ухмылкой, – ведь Оли всегда едет со мной.
– О, клянусь, ещё парочка таких дней, и я сам буду только рад, если ты впридачу и меня повезёшь. – Парень свалился на траву, за собой потащив малыша. – Чем ближе к столице, тем хуже дорога. А ведь всё должно быть наоборот! – он тяжело выдохнул, выпуская мальчика из рук.
– Мы можем построить лодку и спуститься по Кали до самого города. Так будет намного быстрее! – Оли подскочил к Софи, прося её дозволения на сооружение трёхместного плота. – Можно забрать мои штаны на парус!
– Эх, Оли, ни при каких обстоятельствах не вздумай раздеваться перед ней. Эта змея искусительница только на вид такая паинька, на самом деле она снимет с тебя последние трусы, лишь бы провести надзор над любимыми тряпками.
– А ты всё продолжаешь на это надеяться. – Бросила Софи в его сторону, отворачиваясь от очередных колкостей. – Отличная идея, Оли, но Кали слишком жестока, чтобы мы смогли по ней сплавиться. – Она потрепала малыша по курчавой головке, пока тот с благодарностью впитывал её похвалу. – Уверена, с тобой нас в Волоумане примут с радостью.
– Ага, только если там действует акция для детей семи лет "прими одного и получи двух в подарок".
– Легко верю, что ты семилетний. – Софи засмеялась, когда парень недовольно сморщил лицо. – И это весь твой план, как нам попасть в город? Мог бы придумать что-нибудь поостроумней.
– Эй, мне, вообще-то, тоже нелегко. – Он важно скрестил руки, словно султан рассевшись на тёплой подушке земли. – Я всегда создаю отличную почву для твоих убийственных ответов, а ты не ценишь. И, если что, рабочий план у меня уже есть.
– Не поделишься с нами? – она с интересом уставилась на парня, количеству секретов которого уже перестала удивляться.
– Нет. – Отрезал Деми, показательно надувшись.
Все трое в миг замолчали, дав право голоса легкому теплому ветру. В игре тот подбрасывал оставленные деревьями листья и щекотал их великорослые макушки. Поток бурлил у их ног, а солнце своими лучами ласково теплило щёки мальчика, что засмеялся первым, упав на пушистую траву рядом с Деми.
– И чего это ты смеёшься? – с высоты бросил вопрос парень.
– Я только сейчас понял шутку, вы же что-то вроде бесплатного десерта. – Оли хохотал под его пристальным взором, своей ладошкой хлопая себя по ноге.
– Вот видишь, – Деми кивнул в сторону Софи, что смотря на них не могла перестать улыбаться, – он меня ценит!
Пока Волоуман неторопливо приближался, тьма сгущалась, медленно сползая со стороны грузного леса. Широкая с выбоинами дорога в междулесье оканчивалась ничем, уходила в густую чернь, где единственный маяк сверкал в ночи – один из немногих мостов, через который можно было пересечь опасную Кали. Её хвосты тут и там петляли в лесах, давая жизнь пышной вьющейся зелени и редким бледным цветам, что постепенно отползали от города, сторонясь его высоких жилищ и
