брови, слегка улыбаясь.
– Да, но я не могу говорить с тобой, когда ты так паясничаешь. Твоё видимое спокойствие лишь всё усложняет.
– Ты о чём? Я просто расслаблен. – Он скрестил руки, закидывая голову назад. Где ошибся, парень так и не понял.
– Тогда почему у тебя поджаты губы и ты так часто моргаешь, будто сейчас заплачешь? – Парень, понявший, что его раскусили, тут же перестал качаться на стуле. – Деми, ты всегда так делаешь, я уже хорошо выучила твою привычку, и она тебя никак не красит.
– Звучит обидно, знаешь ли.
– Знаешь, как мне обидно, когда после поцелуя ты ведёшь себя как ни в чем не бывало? – вырвалось у Софи, не планировавшей говорить об этом. – А на следующий день уходишь от меня, будто от чумы спасаясь! Что ты думал? Понял, что этого не хотел?
– Я думал лишь о тебе и том, как поскорей хочу убраться отсюда! – не выдержал он и повысил голос. – Мне тоже это совсем не нравилось, но я сделал всё, чтобы наконец довести тебя до Центра.
– И бросить меня? Деми, ты пошёл лишь для того, чтобы потом навсегда уйти.
– О чём ты вообще говоришь? – Парень нахмурился и наклонился вперёд так сильно, что Софи собственной кожей ощутила его частое дыхание. – Сонь, ты опять начала? Я думал, мы уже всё решили, и ты больше не будешь меня этим давить.
– А что ещё я должна говорить? Это твои слова, что в город ты со мной не пойдёшь.
– Я же сказал, что не оставлю тебя, дак в чём проблема?
– В том, что я не знаю срока твоего "не оставлю".
– Ладно, я пойду с тобой в Центр, довольна? – он вновь откинулся на стуле, плотно сжав челюсти, чтобы в пылу не сказать лишнего. Немного помолчав, он уставился на подругу, что не отводила от него взгляд. – Если ты снова спросишь меня о причинах, я уйду. – Всё же выпалил парень, которому всё не удавалось остыть.
– Из-за этого ты злишься? Я уже давно не допытываю тебя о прошлом, но ты всё равно боишься его, как огня.
– Можешь не говорить про огонь, ладно?
– Ладно, но и ты взамен не приплетай ко мне своё прошлое. Я не знаю, что у тебя случилось, но почему это влияет на твоё отношение сейчас? Деми, там безопасно, мы сможем продолжить жизнь там.
– Я – нет, потому что уже знаю, какие там люди. – Серьёзно ответил парень, лишь сильней стиснув зубы.
– И? По-твоему лучше прятаться по подворотням, чем попросить их о помощи? Что ты хочешь делать дальше в окружении Безумных и мародёров? – Софи совсем не могла взять в толк, какие тайны заставляют его отрекаться от возможности вновь начать жить без страха.
– Я уже давно не хочу ничего делать, и у меня и мыслей нет о будущем, потому что для себя я его уже отверг. – Он опустил голову и глубоко задумался. – Я решил, что хотя бы побуду с тобой в Центре какое-то время. Моя цель сейчас – чтобы вы с Оли смогли существовать безбедственно, так что там уже и решим, оставаться мне или нет, хорошо?
– Звучит так, будто ты лишь инструмент для нашего с ним счастья. – Парень с удивлением посмотрел на неё, и в его взгляде явно читалось "а разве это не так?". – Не знаю, что ты себе придумал о своей полезности, но я хочу, чтобы и ты был счастлив, не смотря на то, делаешь что-то для нас или нет.
– Пока что я не могу представить себя счастливым, ничего не давая тебе. Получается так, что я лишь получаю.
– Деми, ты совсем не замечаешь своих заслуг, хотя тебе бы стоило к ним присмотреться. – Софи вдруг замолчала, осознавая причину неладного. В голове всплыли самые спокойные моменты с ним, и в каждом из них он держался как мог. Деми всегда так делал – скрывался и останавливался перед ней, будто боясь навредить ещё больше. – Помнишь, как-то ты сказал, что хотел бы быть более искренним?
– Не особо, но не могу отрицать. – Он уставился в одну точку и нахмурился. – Если и заходить так далеко, то забавно, что тогда мы говорили о том же, что и сейчас. – Парень ухмыльнулся своим мыслям.
– Ты стал честнее передо мной, но для себя ты всё тот же лжец. – Твердо поставила Софи проблему, наблюдая, как Деми с искривлённым ртом пытается переварить услышанное. – Может, если ты будешь принимать свои эмоции, то не будешь опасаться сорваться на мне?
– Не в самих эмоциях дело, а в их силе. – Понял парень суть, и опустил глаза, будто самому себе повторяя мантру. – Я так не могу. Мне больно, Софи, это слишком.
– У меня не получается понять твою боль, но возьму половину себе, хорошо? Это честно.
– Такое чувство, что ты лишь учишь меня и спасаешь. – Деми прикрыл лицо и умолк.
– Прости, что когда-то дала тебе повод так думать. Я начала всё неправильно. – Потянула она к нему руку, но голос парня её остановил.
– Ты даже равного себе во мне не находишь. Что, жаль меня?
– Мне было жаль того одинокого и обессиленного юношу, что самому себе в лесу морочил голову. Но это был не ты.
– А кто же ещё? В твоих глазах я всегда был беспомощным?
– Я увидела тебя тогда, когда ты впервые показал свою решительность.
– Значит, достаточно было убить человека, чтобы ты стала уверена во мне?
– Речь не об этом. – Замешкалась Софи от того, что парень вдруг переменил своё отношение к Безумным. В любой другой ситуации её бы это радовало, но не сейчас, когда стыд за прошлые слова брал верх. – Деми, прости, мне стоило раньше извиниться. Я не считаю тебя убийцей, ты лишь спасал меня, как и всегда. – Парень непонимающе посмотрел на неё. – Чтобы мне было хорошо, ты не должен отказываться от себя. Как раз то, какой ты есть, и нравится мне, потому с тобой мне спокойно.
– Поэтому теперь ты боишься, что я уйду?
– В моей голове ты умер ещё несколько дней назад, мне нужно привыкнуть к мысли, что со мной не бесплотный дух, который пропадёт, стоит мне отвернуться.
– Дак значит это ты хотела сказать – что для тебя я всё ещё мёртв? И какой ответ ты от меня ожидаешь?
– Как и ты – никакой. Меня лишь не покидает чувство, что кто-то из нас должен быть мёртв.
– Думаю, решить твою головоломку не так сложно, как тебе кажется. – Парень вытянул ноги и
