Стас отвел мои волосы с плеч, подцепил молнию платья на спине и медленно потянул ее вниз, обнажая кожу спины, по которой тут же прошелся пальцами в будоражащей ласке. Спустил ткань ниже, оставляя яркие поцелуи-ожоги на шее, между ключиц и на груди, а потом и вовсе помог выпутаться из рукавов, стащив верхнюю часть платья до пояса.
Провел пальцами по груди, сжал один сосок, потеребил второй, не отводя туманного взгляда от меня, ловя вспышки удовольствия в моих глазах.
Я почувствовала пульсацию внизу живота, тянущее ощущение тепла и сладкого предвкушения и вся передернулась от колкой дрожи прокатившейся по телу.
— Погоди… — сипло шепнула я. — Я в душ. Очень-очень быстро.
— Присоединиться? — мурлыкнул Стас, задирая платье на бедрах еще выше и окончательно превращая его в пояс.
— Нет, я правда ополоснуться, а не вот это все, — засмеялась я. — Но ты можешь не терять времени и раздеться. Если успеешь. Я правда быстро!
И в ванной меня ждал сюрприз!
Это было самое неотложное исполнение желания в моей жизни. Вообще не помню, чтобы раньше они исполнялись — новогодние, загаданные под бой курантов, или на день рождения.
Но свечки помогал задувать Стас, наверняка он и наколдовал!
В общем, из ванной я выпала, хохоча. То ли нервно, то ли от радости — разбираться было некогда.
Стас по-честному разделся, а вот я завернулась в пушистое полотенце, почему-то вдруг смутившись выйти голой.
— Дорогой и любимый! Прости, но разврат отменяется, — повинилась я, подходя к нему. — Зато и дети тоже. Достоверные сведения! Можно сказать — подарок на день рождения от судьбы.
Стас сграбастал меня за бедра, поставил между своих ног и ткнулся головой в теперь уже точно не беременный живот. Зря только от шампанского отказывалась!
— Ну вот, а я уже почти привык, что у нас будет ребенок, — притворно вздохнул он. — Теперь самому стараться!
— Может теперь не надо жениться? — предположила я. — Ты публичность не очень любишь, я замуж особо не рвусь, объективных причин больше нет… Куда торопиться?
— Ну нет! Я себе наконец-то заполучил юную красотку. А то все взрослые мудрые женщины… Ты теперь от меня никуда не денешься.
Я погрузила руки в его волосы, с наслаждением пропуская пряди сквозь пальцы. Качнулась в плену горячих ладоней, почему-то испытывая совершенно нелогичную теплую радость, хотя действительно никогда особенно не рвалась в ЗАГС и официальное оформление отношений считала глупостью и излишеством. Но оказалось, что когда не просто зовут замуж, а по-настоящему собираются жениться, не кивая: «Ну раз не хочешь, то и не будем», это безумно приятно и отказываться совсем не тянет.
— Как скажешь… — мурлыкнула я, скрывая, как сильно мне хочется радостно взвизгнуть от щемящего чувства в груди. — Ты не сердишься на меня?
— За что? — удивился Стас.
Он покачивал меня, вертел, глядя снизу вверх и мне становилось с каждой секундой все обиднее, что такой прекрасный день не кончится зажигательным сексом.
— За то, что пришлось выступить перед журналистами и подставиться под шумиху.
— Не сержусь ли я на тебя за свое собственное решение, кошечка моя? — сверкнул глазами Стас. — Последствия будут, конечно. Но все можно пережить. Ты у меня останешься точно дольше любых последствий, а значит — сделка прибыльная.
Он поднял голову и я склонилась, целуя его. Жар рук чувствовался даже через толстое полотенце. Я скользнула губами по его шее, поцеловала гладкое загорелое плечо, лизнула сосок, потихоньку сползая на пол у кровати, просачиваясь сквозь его руки. Почувствовала, как напряглись мышцы каменного пресса под моим танцующим по коже кончиком языка, провела руками по его бедрам и встала между ними на колени.
— Что ты делаешь?.. — спросил Стас дрогнувшим от возбуждения голосом.
С возбуждением у него вообще все отлично было, я с трудом отвела глаза от покачивающегося перед моими глазами члена, чтобы встретить дымный взгляд.
— Не знаю… — я дернула полотенце, и оно поползло вниз, открывая грудь. — А на что похоже?
— Похоже на то, что ты решила подразнить меня, жестокая девчонка, — он накрыл мою грудь ладонями и резко выдохнул сквозь сжатые зубы.
Я провела рукой по твердому стволу, обхватила его ладонью и наклонилась, касаясь шелковистой кожи губами. Обвела кончиком языка блестящую головку и медленно улыбнулась.
Глаза Стаса потемнели стремительно, как небо перед летней грозой, а дыхание участилось.
— Значит буду дразнить… — согласилась я и скользнула губами вниз, заставляя его тихо, хрипло застонать и откинуться на кровати.
71. Последствия
Все-таки хорошо, что я не пила даже шампанское на своей вечеринке. Первым утром своего двадцать второго года жизни я проснулась со светлой, пронзительно чистой головой и такая радостная, что начала смеяться раньше, чем открыла глаза.
Жизнь была невероятно прекрасна — настолько, что счастье переполняло меня и раздувало как воздушный шарик.
Стаса не было — наверное, ушел на пробежку, но я перекатилась по кровати, вдохнула его запах с соседней подушки и тихонько завизжала, уткнувшись в нее лицом.
Вчера был самый лучший день в моей жизни. И я надеялась, что сегодня будет ничуть не хуже. Просто по-другому.
Надо позвонить Инночке и узнать, как там все прошло и что они с Пашкой придумали для Артема и Алинки, уточнить, каким был на вкус именинный торт, и стоит ли мне жалеть, что я пропустила фейерверки.
Я вспомнила прошедшую ночь и вычеркнула вопрос о фейерверках. Не стоит.
Подхватила с прикроватного столика все еще выключенный телефон, накинула очередную безразмерную футболку Стаса, на этот раз фисташкового цвета и с птичкой из Angry Birds и, зевая, отправилась на кухню.
Странно, что кошки не летели туда же, сбивая меня с ног. Анфиса уже успела их покормить? Но разве это повод не требовать второй завтрак?
Все стало понятно, когда на кухне я увидела худенькую большеглазую блондинку в джинсовом комбинезоне оверсайз и полосатой розовой футболке. Она сидела на подоконнике, грела в ладошках пестрый стаканчик с логотипом дорогой кофейни, а на столе перед ней была приглашающе распахнута коробка с разноцветными эклерами.
— Доброе утро, Ярина! — сказала она, протягивая мне маленькую узкую ладонь. Я не стала ее пожимать, но девушку это не смутило. — Я Сашенька. Угощайся. Вот, купила тебе апельсиновый раф, надеюсь, угадала.
И она придвинула ко мне второй разноцветный стаканчик с кофе.
Ну, я как-то привыкла пить кофе из «Кофикса». Дешевый, но вкусный. Какой, к черту, раф. Не жили хорошо, незачем и начинать. Особенно в такой компании.
Я прислонилась плечом к дверному косяку и сложила руки на груди, ожидая продолжения.
Может быть, она расскажет, зачем пришла?
И как сюда попала.
Почему вдруг сейчас — я и сама догадалась. Вот они — последствия публичности.
Она так и пояснила:
— Увидела сюжет о вашей помолвке в новостях, решила забежать в гости к бывшему мужу, поздравить. А с тобой поговорить… — она сделала медленный глоток кофе из своего стаканчика и веско уронила еще одно слово: — Предупредить.
Я не стала принимать предложенный легкий тон и переходить на ты. Все-таки она старше меня лет на пять, если не больше. Надо уважать такую разницу в возрасте. Спросила:
— Думаете, в этом есть смысл?
— Думаю… — начала она, и немного робкая, наивная улыбка на ее нежном личике сменилась скорбно поджатыми губами. — Если бы бывшие девушки и жены предупреждали актуальных о тех сложностях и опасностях, которыми грозят отношения с конкретным мужчиной, можно было бы избежать множества трагедий.
Она была совершенно очаровательна, тут я Стаса могла понять. Очень милое создание. Говорит нежным голосом. Кожа полупрозрачная, как фарфоровая. Одежда выглядит так, будто куплена час назад и тогда же идеально выглажена. Такие девочки бесили меня с самого детства — когда выходили гулять во двор в пышных розовых платьях и умудрялись, даже провозившись в песочнице полдня, уйти все в том же безупречном виде, даже гольфики не сползли.
