– Да, – подтвердила Катрин утверждение сына, – спасение дамы из лап страшного лесного разбойника – подвиг. И ты после этого обязан жениться на той счастливице, что стала твоей. Но в «Правилах Поведения Благородного Рыцаря» есть еще одна оговорка: ты не сможешь жениться на своей избраннице, пока не сдашь властям обидчика. Иначе подвиг не будет засчитан, понимаешь?
– Ой, забыл, – растерянно заявил Магаре.
Этим он опять чуть не насмешил нас с Рэтти, но мы играли роли учтивых принцесс и не показывали никаких эмоций по поводу разгоравшейся семейной драмы.
– Кстати, – штурман все же не выдержала, – а сын ваш, госпожа Катрин, спас двоих принцесс. А это значит…
Глаза герцогини и ее сыновей расширились мгновенно. Что и говорить – поняли они, какую оплошность совершил Магаре. А Рэтти и рада озвучивать:
– Получается, что и жениться он должен на обеих!
Мы обменялись гордыми взглядами. Эк, мы ввели в замешательство семейку герцогини. Правда, пауза длилась недолго, и ее прервал возглас младшего рыцаря.
– А почему бы тогда не зачесть подвиг нам обоим и не поделить невест поровну? Одну Магаре, другую – мне.
Всегда я не любила людей, которые распоряжались чужими судьбами. И маленький герцогенок с рыжей козлиной бородкой поставил на себе как личности жирный крест в моем понимании. Такой человек мало того, что титула не достоин, так и меня в качестве супруги ему никогда не видать, пусть даже по возвращению в Нордстерн отец будет сватать меня именно ему.
Но свататься и не пришлось. Якобы воспитанный герцог ткнул в мою сторону пальцем:
– Я заберу тупую блондинку, чтобы любимейший брат не отягощался ее глупой болтовней. Потому что в «Правилах Поведения Благородного Рыцаря» говорится, что количество мозгов блондинок…
Он не договорил. И слава Единому. Рэтти, разгневавшись на такое оскорбление в мой адрес, влепила пощечину младшему герцогу. Она не принцесса, ее поведение не ограничено этикетом, ее не сдерживают никакие глупые правила, придуманные людьми для того, чтобы жить было тяжелее.
Катрин, с ужасом глядя на свалившегося на пол сынулю, что держался рукой за ушибленную щеку, не знала, что и сказать. По справедливости, ее отпрыск откровенно хамил гостям, выставляя себя не в лучшем свете. А по ее герцогской справедливости, Рэтти побила ее кровинушку, и не достойна была становиться женой старшего сына.
– Мама, эта стерва меня ударила. В «Правилах» сказано, что рыжие – ведьмы и язвы. Я не хочу, чтобы она жила в нашем замке!
– А мы можем и вместе уйти, – мечтательно глядя в потолок, заявила я, – тем более, что подвиг не засчитан.
– Ну уж нет! – герцогиня вскочила с трона и направилась к нам.
Мы сжались, словно пташки перед нападением грозного кота, но она лишь взяла нас с Рэтти за руки.
– Мой сын женится на вас, прекрасные принцессы, правда, Магаре?
Испуганный предостережениями хамоватого братца и напором матушки, рыжий парнище только и смог, что покорно кивнуть, вытаращив глаза как осел, на которого вылили чан холодной воды.
– Свадьба через десять дней! – прокричала Катрин на весь зал, чтобы объявление слышали и слуги, толпившиеся в самого входа в зал для аудиенций.
– Лично мне всегда нравились брюнетки, задрав нос к потолку, заявил младший брат.
В его тоне чувствовалась непомерная зависть старшему, только он не высказывал ее.
Почему свадьбу не назначили на завтра, мы в скором времени поняли: оказывается, за отведенные десять дней Магаре было поручено поймать и привести в замок Сорро Красную Бандану. Кажется, веселье только начиналось.
Какой бы серьезной не была наша миссия, какие бы опасности нас не преследовали, но в замке Планина мы могли хотя бы еще немного отдохнуть и набраться сил перед серьезным испытанием, а заодно проучить слабохарактерных рыцарей. Мы с Рэтти переглянулись, а потом она шепнула:
– Посмеемся над этими хилягами?
– И отобьем у них охоту жениться на случайно спасенных девушках! – добавила я. – Только не надо переусердствовать. Читала я лет в тринадцать одну книжку…
Тогда после визита представителей Президента, отец подарил мне книгу. Как он мне рассказал тогда – то была самая популярная книга во всей Централи. Называлось творение пришельцев «Леона и наивный жених» в честь главной героини и ее возлюбленного. Девушка, коренная жительница Централи однажды очутилась на одном из островов архипелага Буи. Спас ее от смерти один из северных князей. Вспоминая всех владельцев замков на том острове, я так и не нашла того, кто стал прототипом для благородного рыцаря центральской сказки. Конечно, согласно «Правилам Благородного Рыцаря», мужчина обязан был жениться на госпоже Леоне. Только, вот незадача, рыжая централка вовсе не хотела выскакивать замуж в свои двадцать пять и считала себя девушкой, еще не готовой к семейной жизни. Старуха! Я ее еще тогда не поняла. Одним словом, девица начала вести себя не как порядочная принцесса, а как законченная стерва: строила князю всяческие препоны, грубила гостям, гоняла демонов вокруг замка. И это несмотря на то, что несчастный (а будешь после помолвки с такой счастливым) князь каждое утро дарил ей новое платье и букет цветов, что девушку эту охраняли два тигра, купленных специально на Негара, и так далее… Впрочем, Леона противилась своему браку с князем, но в то же время не хотела покидать его замка. Для того чтобы закрутить более-менее интересную концовку, автор написал, будто на замок напали страшные демоны, а Леона их перестреляла из своего пулеметного оружия, что всегда носила с собой. После князь хотел на ней жениться, а она, наставив во всем дворце ловушек и капканов, считая, что слугам и князю будет весело в них попадать, сбежала на другой остров в поисках очередной жертвы своих выходок. На последней странице книги я прочитала, что автор написал целых пять романов про свою горячо любимую героиню. Я испугалась, что каждый год послы Президента будут дарить мне эти книжицы, однако, жизнь моя сложилась иначе.
– Только давай не будем вести себя как централки, ладно? – убедительно попросила я Рэтти, а то с нее станется.
Пока я увлеченно рассказывала все, что осталось в моей памяти о книжке из Централи, мы дошли до моей комнаты, устроились на широченной кровати и попросили прислугу не беспокоить нас до самого обеда. Нет, мы не были пленницами. А это значило, что могли свободно бродить по дворцу и делать все, что нам захочется, ведь мы со штурманом считались тут уважаемыми гостьями.
Жалко, конечно, что Рэтти не могла послать телепатического письма кому-нибудь из оставшихся на свободе спутников. Она была боевым магом, а не почтальоном мыслей. Как нам сейчас не хватало мыслесвязи, чтобы молча обдумывать коварные планы побега от «благородных» рыцарей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
