Поднявшись из кресла и подтолкнув его на прежнее место, я вернула комнате первозданный вид. Неожиданно на меня навалилась невероятная усталость, разом лишив всяких желаний, кроме как оказаться в кровати. Мягкая кровать затягивала, окутывая шелковыми простынями. Я даже не нашла в себе сил раздеться, так и упав в грязной уличной одежде. Казалось, температура тела резко подскочила, а кожа начала плавиться. У меня был жар. Неужели бессмертные болеют?
Раскинувшись на кровати, я надеялась, что это лишь легкое переутомление, которое пройдет, как только мне удастся хоть немного поспать. Но то, что завладевало моим сознанием совсем не походило на сон. Слух, как и обоняние, обострились, вызывая только болезненные образы в голове, в то время как кожа стала столь чувствительной, что я ощущала даже движение воздуха вокруг. С моих губ сорвался стон. Глаза уже почти ничего не видели, лишь мутные яркие круги, а за ними неясные тени. Боль в голове становилась невыносимой. Я буквально чувствовала, как что-то раздирает голову на части. Сердце билось как сумасшедшее, в горле пересохло, но сил подняться уже не было. Мне оставалось лишь извиваться на постели, путаясь в липкой от пота одежде.
Неожиданно что-то холодное коснулось моего лба, убирая мокрые пряди волос. Я открыла глаза, но увидела лишь неясную фигуру, размытую до неузнаваемости. Прикосновение принесло временный покой, освобождение от оков невыносимого жара, который почти сразу вернулся, заставив меня выгнуться дугой над кроватью.
Я закрыла глаза, надеясь так уйти от боли, но она лишь усилилась, стягивая мои мышцы до предела. Тот, кто был рядом, коснулся моей шеи, послав нервную дрожь вдоль по позвоночнику.
Одежда мешала, только раздражая и так чувствительную кожу, поэтому я была рада, когда чьи-то крепкие руки стянули с меня сначала ветровку, зачтем обтягивающую футболку. Следом исчезли джины, хоть пуговица на поясе поддалась и не сразу. Воздух наконец подступил к телу, больше не сдерживаемый синтетическими тканями. Но лучше всего были осторожные движения прохладной руки по моей воспаленной коже. Шея плечи, грудь, обтянутая тонким кружевным лифчиком, живот, бедра. Я замерла под этими прикосновениями, боясь, что они прекратятся.
Позже к рукам присоединились губы, сначала лишь осторожно касаясь, а потом все более настойчиво. Это не спасало от жара, но делал его иным, словно меняя полярность. Мне нравилось то, что происходило. Казалось, именно в этом и нуждалось мое тело. Оно отвечало так яростно и требовательно, что совершенно не слушалось рассудка.
На миг ласки прекратились, и я издала разочарованный стон, потянувшись вперед, пытаясь нащупать сильные, но в тоже время нежные руки. Резко меня толкнули обратно на кровать, а затем, охватив запястья, закинули их за мою голову, к спинке кровати. Я ощутила, как сверху на меня опустилось что-то тяжелое и твердое - мужское тело.
Секунда, и моих губ коснулось нечто теплое, медленно стекая на язык. Кровь. Уже ничего не понимая, я облизнула сладкую жидкость и потянулась, чтобы заполучить еще. Мужчина наклонился, так, что мне удалось дотянуться до его шеи, из которой медленно хлынул алый поток. С каждым разом его вкус становился все ярче, незабываемее. Вот, в чем я так нуждалась.
Словно на заднем плане, как фон к основному действию, мужские руки продолжали исследовать мое тело - поглаживая вершинки грудей, спускаясь к бедрам и приподнимая ягодицы. В каком-то непонятном мне танце они достигли бретелек бюстгальтера, стаскивая их с моих плеч, освобождая наконец от ненужного клочка ткани.
Я все пила, не в силах насытиться, когда ощутила нежное прикосновение к внутренней стороне бедер. Пальцы уверенно скользнули под резинку мои трусиков, стаскивая их до колен, а потом и вовсе избавляясь от них. Но не было никакого стеснения, лишь размеренный жар в груди, сменивший болезненные симптомы лихорадки, мучавшие меня до этого.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем мне удалось оторваться от кровоточащей ранки. Я методично облизывала ее края, чувствуя языком, как она затягивается. Давление на мое тело увеличилось, словно пытаясь удержать на месте, но мне никуда и не хотелось уходить.
Я дернулась, чтобы освободить руки, а затем прикоснулась ими к идеальному мужскому телу, прослеживая литые упругие мышцы. Легкий шепот достиг моего слуха, но мне не удавалось разобрать слов, лишь глубокий чувственный голос.
На секунду мужчина отстранился, но лишь для того, чтобы впиться в мои губы жарким поцелуем, стирая с них оставшиеся капли своей крови. Этот терпкий вкус придал ему особенную сладость, совершенно затуманивая мой разум. Я застонала, разрывая поцелуй и выгибаясь под сильным мужским телом. Его широкие ладони коснулись моих бедер, разводя ноги в сторону, открывая для себя. Горячий поцелуй коснулся шеи, скользя к груди и захватывая твердый сосок. Тело начало жить собственной жизнью, требуя более серьезных прикосновений - руки прижимали его к себе все ближе, ногти впивались в широкие плечи, бедра приподнимались навстречу мужчине.
Он в свое время перешел ко второму соску, легонько пощипывая пальцами первый. Жар внутри стал невыносимым, разрывая грудь, отчего дыхание вырывалось рваными толчками, словно кислород в комнате нагрелся, как и мое тело.
Я запустила руку в его густые волосы, почувствовав их шелковистую мягкость. Секунда и мужчина перехватил мои запястья, вновь удерживая их над головой. Вторая его рука прошлась по моей шее, наматывая на кулак длинные пряди, а потом, резко дернув сторону, заставляя откинуть голову назад.
Что-то твердое и горячее коснулось моего бедра и я наконец открыла глаза. Зрение вернулось, хоть и было до сих пор расфокусированным. Передо мной были огненно-карие глаза Энджа, в них светилось настоящее безумие, словно предо мной был не человек, а животное. На его лице заиграла хищная улыбка, когда я вновь ощутила прикосновение, но уже там, где жаждала больше всего. Мой стон был заглушен его поцелуем, требовательным, властным. Он начал ласкать мой язык своим, при этом медленно двигаясь вдоль моего тела, дразня, соблазняя. В ответ я только сильнее раздвинула ноги, не в силах больше ждать.
Эндж отстранился и заглянул в мои глаза, за секунду до того как войти резким толчком. Мне не удалось сдержать крика - боль смешалась с наслаждением. Давление внутри было таким сильным, что дыхание замерло в груди, пока мужчина не прекратил свое движение, полностью меня заполнив.
- Смотри на меня. - Его голос походил на звериный рык, только усиливающий мое возбуждение. - В глаза.
Мне пришлось подчиниться, хотя поддерживать зрительный контакт стало невыносимо сложно - он начал медленно отступать, выходя практически полностью, а потом резко врываясь внутрь, обхватив меня за талию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
