Читаем без скачивания Корректировщики - Светлана Прокопчик

И на самом деле, как Илья и думал, виноват был не Робка, а Лоханыч. Ну тысячу раз всем говорили: следить, чтоб клиент не видел, что творится с человеком во время тестирования! Уже такие последствия бывали — вспомнить страшно, и все равно.

Робку пригласили на тестирование вместе с Олей. Он уже сидел в кресле, когда появилась Оля. Опоздала. Лоханыч отвлекся, не успел ее перехватить, и Оля оказалась в кабинете. Надо сказать, что процедура тестирования совершенно безболезненна, но вот смотреть на тестируемого — лучше не надо. Во время процедуры мышцы лица подергиваются самым неприятным образом. Оля закричала, увидев Робку в проводах и с электродами в черепе, да еще и скалящегося. Лоханыч попытался ее успокоить, тут неожиданно проснулся Робка.

— Я спросонья не разглядел, кто это, — оправдывался он. — Вижу, что девчонка отбивается от мужика. Хотел заступиться, и тут погас свет.

Лоханыч не успел довести процедуру до конца. Но и того, что он увидел, было достаточно. График потенциала дополз до третьей ступени реал-тайма. С нормальным треугольным импульсом. А перед тем, как погас свет, Лоханыч собственными глазами увидел, как на этот график наложился другой. С прямоугольным импульсом. Лоханыч родил версию, что Робка, видимо, вполне обычный реал-тайм корректировщик, но за счет перенесенной в детстве черепно-мозговой травмы под действием стресса может выдать и прямоугольный импульс. Причем более высокой ступени.

Олю не тестировали. Она просто удрала, пользуясь темнотой. Илья для очистки совести позвонил ей. Уговаривал вернуться, обещал даже рядом с ней сидеть, за руку держать, чтоб не страшно было. Отказалась наотрез.

— Уже не важно, — сказал Иосыч.

Верно, в общем-то. Вещий Олег найден, остальное — побоку. Только Илья, глядя на Робку, отчего-то не испытывал всеобъемлющей, всепоглощающей радости. Он столько мечтал о первой встрече с Вещим, когда будут скинуты все маски, столько раз переживал все наималейшие подробности, а произошло все буднично. Под аккомпанемент матерной ругани Бондарчука. Илья был страшно разочарован.

Он искоса наблюдал за Робкой. Ребята явно рады, что Вещим оказался именно он. Робку уважали, он имел репутацию парня принципиального и строгого. Это вам не Ковалев. Илья думал, что теперь ему нянчиться с Робкой, обучать его всему, что нужно знать корректировщику про Поле — именно ему, потому что Робке предстоит работать перед ним. Но Илья был откровенно раздосадован тем, что Робка и в помине не вызывал тех эмоций, которые с первого мгновения вызвал Стрельцов. Что-то Илья иначе представлял себе корректировочную связь, это братство по Полю. А связь есть, иначе бы он не почувствовал позвоночником очередной разряд.

Если бы у Ильи был выбор, он бы предпочел работать за Стрельцовым.

09 декабря 2083 года, четверг

Селенград

Воспаленные глаза слезились. У него почти всегда так бывало с недосыпу. Фил осторожно приложил к векам ледяные примочки. На секунду полегчало.

В комнатушке было темно, он сейчас не выносил яркое освещение. В соседнем помещении, “комитете”, как все говорили, слышался однотонный ноющий бубнеж. Яшка Ильин в растерзанных чувствах. Чувства лечил водочкой, запах с ног сбивал. Утешать его взялся Васька Цыганков. Хорошо, хоть на это сгодился, потому что Филу только плачущего Яшки для полного счастья не хватало.

Яшку бросила подружка. Он ей пообещал золотые горы, а она его променяла на кого-то, кто собрался ехать на Венеру. Ах, бессовестная, ах, стерва… Фил прекрасно помнил эту мисс и еще лучше понимал, что такой финал был неизбежен. Ольга — девушка с характером, ей кто посильней нужен. Даже тогда, во время субботника — с каким презрением она смотрела на Яшку, и с каким восхищением и уважением на Фила! Ну, правильно. Что ей может предложить Яшка? Ну квартиру, машину, всякие цацки-брюлики, ну, еще загранку. И все. А того не понимает, идиот, что таким женщинам надо предлагать власть. Причем не в подарок, нет. Этого она не поймет и не оценит. Ей нужно предлагать самой заработать свое положение.

Именно это ей Фил и предложит. Не сейчас. Пусть она поработает на подхвате, пусть проникнется духом власти. А когда распробует — тогда ей и можно делать какие-то предложения. Фил прекрасно знал, что от его предложения она не откажется. Не сможет. Потому что он предложит ей пост Президента Союза Независимых Государств.

Но до этого много воды утечет. Еще надо пережить август.

Поморщился. Чертов сон. Бред какой-то. И такое ощущение, что он не спал, а в реальности все происходило. Сидел в своем кабинете, собирался лечь спать пораньше. Вдруг открывается дверь и заходит ОН. Фил еще успел удивиться, как этот тип попал в его квартиру без ключа. Внешность — самая незапоминающаяся. На что у Моравлина черты лица размытые, так этот и вовсе незаметен. С такой рожей только в разведке работать. Представился Игорем.

— Тебе жить до августа осталось, — без предисловий начал он. — В августе у тебя инициация, и ты в ящик сыграешь.

Фил опешил. Игорь будто мысли читал:

— На Моравлина не рассчитывай, в этот же день им Вещий Олег так даст просраться, что мало не покажется.

— Так они ж вроде нашли. — От Цыганкова Фил знал кое-какие новости.

Игорь ухмыльнулся:

— “Найти” и “купировать инициацию” — две большие разницы. Инициация у него будет такая, что кое-кто поседеет. Я вообще вам удивляюсь: какого черта вы его бережете, надеетесь на него?! Ну есть же исторические свидетельства, есть! Один раз Вещий Олег уже сунул вашу нацию в мясорубку, мало показалось? Все надеетесь, что он удовлетворится Полем и не полезет в политику? Ну-ну. Устроит он вам всем. Причем в один присест. Правда, ты этого не увидишь.

И тут Фил ему поверил.

Начал выяснять подробности, искать какой-то выход… Игорь посмеивался:

— Бесполезно.

Фил понял одно: если б совсем бесполезно, этот Игорь не появился бы.

— Что ты хочешь? — пересохшими губами произнес Фил.

— Нет, это что ты хочешь?

— Жизнь.

— А что готов отдать за нее?

— Все.

— Даже ступень антикорректора? Это большая сила, если ей правильно пользоваться. Сталина только пятьдесят лет спустя развенчали, а так его народ на руках носил. У тебя — такая же ступень.

— Мне все равно. Пусть не будет.

— А этого мало.

— Что еще?

Игорь придвинулся к самому лицу Фила:

— Мечту. Единственную, настоящую.

Филу стало нехорошо. Он понял, о чем говорит Игорь. Понял, что тому известно сокровенное. Фил мечтал стать Президентом Союза. А его самым доверенным лицом был бы Моравлин. Мечта… или жизнь. В конце концов, если он сам не будет Президентом, это не значит, что он вообще будет отстранен от власти. Вот тут-то ему и пришла в голову мысль сделать Президентом Ольгу, а самому жениться на ней. Загодя, конечно.

— Хорошо.

— А если за твою жизнь заплатит Моравлин? Своей жизнью?

Фил облизнул пересохшие губы:

— Не знаю. Иначе никак?

Игорь отрицательно покачал головой:

— Никак. Думай… твоя жизнь, твои планы, твой успех — и его жизнь.

— Ты мне как Иуде тридцать сребреников предлагаешь.

Игорь неприятно улыбнулся:

— Моравлин не Христос. Ты подумай.

— Когда я должен принять решение?

Игорь вдруг расхохотался. Плохо он смеется, зачем-то подумал Фил, как христопродавец после удачной сделки.

— Ты его уже принял. Ну ладно, скажу как на самом деле будет. Ступень у тебя останется, и Моравлин останется жив.

Фил вздохнул с облегчением. С нескрываемым.

— Умрет Вещий Олег. Он не нужен. Да если б в Службе знали, каковы последствия его инициации, они б его сами пристрелили. Никто ж не знает, что по руслу Амура — глубинный разлом литосферы. И не расходится он только за счет того, что у Поля достаточно энергии. Вещий Олег высосет во время инициации все резервы. И если он останется жив, если эта энергия не вернется в Поле, народу погибнет под два миллиарда. И прежде всего — русская нация. Потому я и говорил, что Вещий опять сунет вас в мясорубку. Мало того — пока мир будет зализывать раны, Вещий поставит ему ногу на шею. Это его обычная тактика, пользоваться катаклизмами. Никому такой риск не нужен. Поэтому ты инициируешься на сутки раньше Вещего. Моравлин выложится на тебя и не сможет купировать Вещего. Вещий со всей своей энергией останется в Поле. Вот и все. А чтоб тебя угрызения совести не мучили, могу добавить: там, где Вещий, может быть только один государь. Он сам. И плевать ему на то, законно ли он занимает свой трон. Можешь вспомнить историю, — насмешливо скривился Игорь.

Историю Фил помнил прекрасно. Возразить было нечего.

— Что я должен сделать?

— Завтра тебе принесут на утверждение списки на распределение.

— Не принесут. Они только через две недели будут, я вчера узнавал.