Это платье превосходило все другие, когда-либо имевшиеся в гардеробе Эйнджел, и она никак не могла понять, откуда Дульчибел достала такие чудесные ткани. Она не могла получить их из Денвера, так как до новогоднего бала оставалось слишком мало времени, да и дилижансы еще не ходили по обычному маршруту. Единственное, чего недоставало новому наряду Эйнджел, так это подходящего ювелирного украшения. Впрочем, тетушка Клара позаботилась и об этом.
Выразив восхищение жемчугом, подаренным Рейчел, тетушка Клара открыла бархатный футляр и извлекла оттуда великолепное гранатовое ожерелье, браслет и серьги. Пока молодые женщины восхищались гарнитуром, тетушка Клара любовно гладила сверкавшие камни своими морщинистыми от старости руками.
– Это подарок моего Джеймса, – тихо сказала она и, взглянув на Эйнджел, улыбнулась. – Сегодня ты наденешь их, детка.
– Я?! Но ведь Рейчел ваша племянница... – на чала было Эйнджел.
– И она, несомненно, унаследует все мои фамильные драгоценности. Но этот гранатовый гарнитур – вещь особенная. Джеймс подарил его мне на первую годовщину нашей свадьбы. И для меня они всегда были дороже рубинов.
– Но, миссис Максвелл, я просто не могу... – замялась Эйнджел.
– Можешь, можешь! Разве не так, Рейчел? Эйнджел поняла, что двоих ей не переубедить.
– Ну, хорошо, вы победили, – вздохнув, сказала она. – Я надену эти драгоценности, но только на один вечер!
Глаза тетушки Клары зажглись лукавым огоньком, но она не стала спорить с Эйнджел, с удовольствием застегивая на ее шейке гранатовое ожерелье. Темно-красные камки превосходно гармонировали с алым бархатом ее платья.
– Я должна спуститься вниз и проверить кое-что, – сказала Эйнджел, поглядывая на бронзовые с позолотой каминные часы. – Надо помочь Дульчибел приготовить закуски.
– Теперь Дульчи прекрасно справится одна, – довольным голосом произнесла тетя Клара. – К тому же я наняла ей в помощь двух молодых служанок. А вам надо отдохнуть перед балом. Обе вы выглядите немного усталыми.
Не дожидаясь, пока тетушка Клара предложит им одну из ее любимых тонизирующих настоек, Эйнджел поспешно встала:
– Пожалуй, я действительно пойду немного отдохну. Надеюсь вы извините мое недолгое отсутствие?
Эйнджел не столько хотела отдохнуть, сколько просто побыть немного в одиночестве, прежде чем начнется бал. Больше всего она мечтала о том, чтобы на бал приехал Холт, которого она видела всего дважды после Рождества. Оба раза они были холодно вежливы друг с другом и ни словом не обмолвились ни о прииске, ни о будущем.
Тихо вздохнув, Эйнджел спустилась в зимний сад. Сев за рояль, она легко коснулась клавиш. Вдруг в дверь, тихо постучали.
– Нил! – Ей с трудом удалось скрыть разочарование при виде молодого священника, одетого в великолепный вечерний костюм.
– Эйнджел, – произнес он, кланяясь. – Позвольте мне сказать, что сегодня вы выглядите очень... ангельски.
Веселый огонек мелькнул в его глазах.
– Благодарю вас, – отозвалась она, закрывая крышку рояля. – Но вы приехали слишком рано. Бал начнется не раньше чем через два часа.
– Проклятие! Тетушка Клара снимет с меня шкуру за это! – шутливо воскликнул Нил, подражая английскому акценту хозяйки дома. Потом он вновь посерьезнел и сказал уже обычным своим голосом: – Честно говоря, я хотел повидаться с Рейчел еще до начала бала. Она наверху?
Кивнув, Эйнджел ответила игривым тоном:
– Вы же знаете, что дама не может спуститься к гостям, пока не будет со всей тщательностью уложен последний волосок на ее голове.
– Именно этого я и боялся. Мне очень нужно поговорить с ней, это действительно важно...
– Могу я вам чем-то помочь?
– Наверное, можете, – подумав какое-то мгновение над ее предложением, сказал Нил. – Дело в том, что один из гостей, джентльмен, в последнюю минуту был вынужден отказаться от вашего приглашения.
Эйнджел вздохнула.
– Позвольте мне отгадать его имя. Это мистер Бриндл?
– Но откуда вы знаете? – удивился Нил.
– Дело в том, что неуловимый мистер Бриндл ни разу не появлялся в обществе с тех самых пор, как приехал в город. Одному Богу известно, как он вообще умудрился познакомиться с матерью Рейчел. Я еще ни разу не видела этого джентльмена.
– Вы вообще никогда его не видели?
– Нет, ни разу, да и, сказать по совести, не очень-то и хочу, после того как он поступил с миссис Максвелл. Я бы на ее месте не потерпела такого обращения с собой.
– Насколько мне известно, он весьма щедро распоряжается своими деньгами, – сказал Нил. – Кроме того, Пруденс долго жила одна...
– Да, но это никак не извиняет его. Вот и теперь, из-за того, что он не явится на бал, миссис Максвелл будет сильно огорчена, и все будет испорчено.
– Именно поэтому я и хотел предупредить вас заранее. Может быть, еще не поздно пригласить кого-нибудь другого?
– И кого же вы предлагаете пригласить? – сухо спросила Эйнджел. – Уилли Бенсона или Тейта Блэка?
Оба названных джентльмена были отъявленными пьяницами. Все прочие мужчины города уже были приглашены на бал.
Нил закашлялся.
– Неужто дело обстоит так плохо?
– Что ж... На балу будет гораздо больше одиноких дам, чем мужчин. Большинство приличных господ либо уехали из города на свои прииски, либо уже умерли. Уверяю вас, если бы всем не было известно о вашей помолвке с Рейчел, вы бы стали мишенью для девиц и одиноких дам на сегодняшнем балу.
Пробормотав что-то об оставленной незапертой двери, Нил повернулся и поспешно вышел из зимнего сада. Эйнджел смотрела ему вслед, покачивая головой и улыбаясь. Нил казался таким невинным. Он все еще сильно смущался, когда в его присутствии упоминали о его свадьбе с Рейчел, и создавалось впечатление, что он совершенно не знал, что делать с женщиной. Она вспомнила, как однажды Холт назвал своего сводного брата дамским угодником, и от души расхохоталась – так нелепо это было по отношению к Нилу!
Большая гостиная в доме Клары Максвелл была превращена в отличный танцевальный зал для новогоднего бала. Все в ней сияло чистотой и свежим блеском натертых по такому случаю полов. Сначала Дульчибел и помогавшие ей две молодые служанки вполне справлялись с обслуживанием гостей, но, по мере того как прибывали приглашенные, им станови лось все труднее своевременно наполнять бокалы и тарелки. Эйнджел вызвалась помочь им, поскольку не была особенно заинтересована ни в танцах, ни в общении с дамами. Хотя она и была замужней дамой, сейчас она осталась в одиночестве, поэтому старалась держаться в тени, с удовольствием наблюдая издали за блестящим успехом Рейчел.
Гости только начали танцевать под нежные звуки струнного квартета, когда Эйнджел, случайно оторвав взгляд от стола с закусками и угощением, за которым она помогала Дульчибел, внезапно увидела Холта, появившегося в дверях как раз напротив нее.
