– Прошу тебя, Рейчел, не старайся утешить меня. Я отлично знаю, что ничего не значу в жизни Холта – ни полгода назад, ни теперь.
– Думаю, ты не права. Не делай того, о чем потом будешь горько жалеть, Ты сказала, он дал тебе время до весны. На твоем месте я бы использовала каждую минуту, оставшуюся до этого времени, чтобы попытаться изменить его решение!
– До вчерашнего вечера я тоже так думала. Но ты не знаешь, что он мне сказал сегодня утром, Рейчел! Я для него не больше чем... удобная теплая грелка для постели!
Рейчел с сомнением покачала головой:
– Ты его законная жена, и этим все сказано. Холт должен дать тебе – и ребенку! – шанс. Мне кажется, ты должна рассказать ему о малыше, Эйнджел! Может, тогда он разрешит тебе остаться?
– Я не хочу быть замужем за человеком, который меня не любит! Даже ради ребенка! – твердо сказала Эйнджел. – Кроме того, Холт решит, что я сделала это специально, чтобы обмануть его, вернее, заманить в ловушку!
Вздохнув, Рейчел подошла к Эйнджел и обняла ее.
– Обещай мне, дорогая, что не станешь принимать окончательного решения ни сегодня, ни завтра. До весны еще немало времени, и многое еще может произойти. Ты должна бороться за себя, за Холта и за вашего малыша до самого конца!
Посмотрев в умные, серьезные глаза подруги, Эйнджел вдруг поняла, что за последние несколько месяцев Рейчел сильно изменилась, и далеко не в худшую сторону.
– Ну, хорошо, – согласилась она. – Я попробую все исправить, Рейчел. Но если и на этот раз Холт убьет мою любовь...
Эйнджел прожила в доме Клары Максвелл еще неделю. Сама тетушка настояла на этом, да и Эйнджел не возражала, чувствуя себя настолько разбитой, что даже не хотела думать о долгой дороге в Оро. Рейчел уехала домой лишь тогда, когда заставила Эйнджел пообещать провести еще неделю в доме Клары Максвелл.
Прошло несколько мирных и спокойных дней в за снеженном Чистом Ручье. Не зная, чем заняться, Эйнджел начала потихоньку вязать детские вещи для своего будущего малыша, думая о том времени, когда ей придется самой зарабатывать на жизнь. Конечно, она в любой момент могла бы вернуться в Миссури, но одна мысль о гнусных приставаниях Уилларда Крэддока всякий раз заставляла ее содрогаться от отвращения. Эльза и Ганс Лорин от всей души предлагали ей жить у них в семье, но им будет слишком трудно взять на обеспечение ее, без гроша за душой, да еще и малыша!
Размышляя о невеселых перспективах, Эйнджел с каждым днем все больше мрачнела. Ей хотелось обо всем поговорить с Кларой, которая действительно стала ей совсем как родная, но она боялась, как бы старая дама не попыталась исправлять сложившуюся ситуацию на свой лад, как она уже однажды сделала это, пригласив на бал Холта без ведома Эйнджел. Несомненно, Клара Максвелл хотела ей добра, но она не знала всех подробностей брака Эйнджел и Холта. Если уж настанут совсем плохие времена, то Эйнджел полагала, что могла бы продать гранатовый гарнитур, подаренный ей тетушкой Кларой, разумеется, в самом крайнем случае!
Так Эйнджел строила планы на будущее, не находя подходящего решения своих проблем. Холт был прав, она действительно очень неплохо готовила. Может, ей удастся попробовать свои силы в одном из ресторанов Денвера? Она могла бы стирать или шить для многочисленных горных рабочих и старателей. Оставаться в Чистом Ручье ей не хотелось из-за страха, что Холт, прослышав о родившемся сыне или дочери, отнимет у нее ребенка.
В начале второй недели пребывания Эйнджел в доме Клары погода стала постепенно портиться, и она уже подумывала, не пора ли ей отправляться в дом пастора, пока дорогу не замела пурга, как однажды в дверь не громко постучали.
Дульчибел открыла, и в дом вбежал Нил Мерфи, едва не сбив с ног старую служанку.
– Эйнджел! – встревожено позвал он, и она поспешила к нему навстречу, предчувствуя что-то страшное.
– Слава Богу, вы здесь! – воскликнул молодой пастор. – В Оро случилось нечто ужасное! Прошлой ночью убили шерифа Гаррета!
– Убили? – ахнула Эйнджел. – Как?
– Ему дважды выстрелили в затылок, когда он выходил из салуна Джейка! – Нил был бледным и очень мрачным. – Боюсь, это не все печальные новости. По подозрению в убийстве арестован Холт!
– Холт? Но он же был на прииске! Нил отрицательно покачал головой.
– Нашлись свидетели, видевшие, как он вышел из салуна за несколько минут до того, как из него вышел сам Гаррет. В тот вечер они здорово повздорили...
Нащупав спинку кресла, Эйнджел тяжело опустилась в него. Ноги не держали ее. Дульчибел поспешила к хозяйке с сенсационными новостями, и мгновение спустя в гостиную вошла Клара Максвелл.
– Что это за чепуха с убийством? – по-хозяйски спросила она, беря инициативу в свои руки.
Нил с сожалением повернулся к старой леди:
– Мне очень жаль, мадам, но я пришел сообщить Эйнджел о местонахождении ее мужа.
– Полагаю, он в городской тюрьме Оро? Нил утвердительно кивнул.
– Придется заняться этим, – решительно за явила Клара. – Если понадобится, я выпишу из Денвера адвоката.
– Но, мадам, сообщение с Денвером невозможно, первый дилижанс отправится только весной...
– Ерунда! – подчеркнуто резко возразила Клара. – Деньги всегда творят чудеса. Так будет и на этот раз!
Эйнджел с благодарностью смотрела на тетушку Клару. Когда Нил, любезно распрощавшись с дамами, ушел, пожилая леди повернулась к Эйнджел и сказала:
– Похоже, у этого молодого человека нет характера. Он сам должен был позаботиться обо всем, еще до того, как явиться к нам.
– Я уверена, Нил так же сильно огорчен всем произошедшим, как и я, – попыталась защитить Нила Эйнджел. – К тому же он, наверное, верит в то, что Гаррета действительно убил Холт.
– А ты веришь в это? – поинтересовалась Клара.
– Нет! – не колеблясь ответила Эйнджел.– Холт вспыльчив, это верно, но он не способен на хладнокровное убийство из-за угла!
Тетушка Клара удовлетворенно кивнула.
– Это самое главное, детка. Я верю тебе. В конце концов, кто знает мужа лучше, чем его собственная жена?
Возможно, этим может похвастаться добрая половина женщин в Оро, хотела было съязвить Эйнджел, но вместо этого сказала:
– Я очень ценю вашу помощь, тетушка Клара! Сама я так растерялась...
– Не следовало этому молодому человеку огорчать тебя, – неодобрительно покачала головой Клара. – Женщин в твоем положении нельзя расстраивать.
– В моем положении? – удивилась Эйнджел.
– Ну конечно, моя дорогая. Неужели ты надеялась скрыть это от меня, старой мудрой совы? – Клара весело засмеялась. – Даже бездетная женщина знает, почему бывает постоянная дурнота и позывы к рвоте!
