Во время «оранжевых» событий лидеры были заинтересованы друг в друге, и Юлия Тимошенко не комментировала состояние здоровья Ющенко и возможное влияние его болезни на исход политической комбинации, которую они разыгрывали «на пару». Однако позднее, когда отношения между соратниками «по революции» ухудшились, в её риторике появились негативные, с оттенком сарказма комментарии с намеком на состояние здоровья президента («это диагноз», «маразм крепчает», «это политическое безумие»). Когда Виктор Ющенко заявил, что действия премьер-министра направлены на дестабилизацию ситуации в государстве, и это можно назвать только предательством, она ответила: «Я считаю, что это уже сумасшествие. Поэтому комментировать это даже как-то неудобно. Я думаю, что здесь уже итог простой — полная неадекватность»[371].
«Политическое тело» Юлии Тимошенко довольствуется минимумом не только еды, но и отдыха. Никому из журналистов не удалось услышать от нее лично, где и как она проводит отпуск. Это объясняется не только желанием защитить от любопытных глаз свою личную жизнь, но и стремлением исподволь внушить электорату, что Тимошенко практически не отдыхает. В конце концов в ловушку образа женщины-политика, «которая никогда не отдыхает», она попала в самый неподходящий для нее момент — в конце лета 2009 года. Тогда премьер улетела на отдых в Крым, а в это время почти вся страна уже была уставлена предвыборными плакатами со знаменитой фразой «Вона працює» («Она работает!»). В Интернете немедленно появился анекдот: «На время отпуска Юлии Тимошенко писать на бордах: «Она не работает». В результате, по слухам, главе правительства пришлось написать заявление о предоставлении ей отпуска на несколько дней «по семейным обстоятельствам».
Её «политическое тело» вроде бы совсем не нуждается в дополнительных благах и преимуществах, которые дает, например, статус народного депутата или вообще VIP-персоны.
«Угадайте, по какому вопросу на меня во время работы в должности премьер-министра предпринималось наиболее системное давление?» — вопрошает она в одной из статей. И отвечает: «Нет, это не вопрос газовых соглашений, и даже не проблемы, связанные с возвращением в государственную собственность украденных объектов украинской промышленности. Это... требование, чтобы я, «как все нормальные люди», ездила в Кабмин с мигалками, жужжалками, эскортами и перекрытием дорог по всей столице от Троещины до Борщаговки. Поездка премьер-министра без сирены и роты мотоциклистов на всем постсоветском пространстве — это оксюморон, нонсенс и безобразие»[372].
Корреспонденты и «простые люди» любят задавать Тимошенко вопросы относительно её внешности. Их интересуют «сущие пустяки»: настоящая у нее коса или искусственная, сколько денег она тратит на свои туалеты и вообще, что она делает для того, чтобы так хорошо выглядеть. В своих ответах Юлия Тимошенко убеждает всех в своей естественности и натуральности.
Из интервью Юлии Тимошенко:.
«Позвольте мне громогласно объявить, что я сама изобрела этот стиль прически, и каждый день сама ею занимаюсь. Мои волосы были предметом неослабевающего внимания в моей стране... Украинское телевидение заставило меня распустить косу и уложить её заново перед камерами, и вся страна — 48 миллионов человек — следила за тем, как я это делаю...»[373].
Ей хочется, чтобы окружающие видели в ней как можно больше природного и как можно меньше искусственного. По её утверждению, изготовление прически отнимает у нее ровно семь минут, ногти она не наращивает, а макияж не превышает необходимого для женщины минимума. Её главные косметические средства — это кипяченая вода и нейтральное мыло. В глазах общественного мнения она предпочитает выглядеть не модницей, буквально помешанной на собственной внешности и переодеваниях, а «чернорабочим» от политики, занятым тяжким трудом, у которого нет времени для себя.
«Один раз приехала на работу в Кабинет министров. Провела два заседания. Потом брифинг. Потом встречу с какой-то страшно важной зарубежной делегацией. Рабочий день уже клонился к концу. И вдруг мне мой охранник так спокойно говорит: «Юлия Владимировна, а вы знаете, что на вас обуты разные туфли?..»
В общем, получилось так, что я целый день проходила в разных туфлях... Украинская политика —это такая вещь, что не то что вверх, а даже вниз иногда посмотреть некогда...»[374].
Таким образом, Тимошенко, пользуясь своим красноречием, авторитетом и доступом к СМИ, активно и творчески участвует в создании и поддержании мифа о собственной «политической телесности». Согласно этому мифу её привлекательность естественна, в её внешности нет фальши, а сама она относится к разряду тех искусниц из народа, которые умудряются, одевшись на гривну, выглядеть на миллион. («Вся страна давно знает, что ничего фальшивого нет! У меня все натуральное — и это касается и политики, и, конечно же, прически»[375].) Со временем некоторые детали этого мифа подверглись корректировке. Так, по мере накопления премьерского опыта и усложнения решаемых задач, даже два часа в день «на себя» (час — утром и час — вечером), видимо, стали казаться непозволительной роскошью и были сокращены в рассказах до минут.
Таким образом, мифологические конструкты, создающие образ естественной телесности Юлии Тимошенко, направлены, помимо всего прочего, на утверждение подлинности и адекватности проводимой ею политики. Всем своим видом и поведением она как будто не только доказывает верность изречения «В здоровом теле — здоровый дух», но и приспосабливает его к политическому контексту: «Здоровое тело — здоровая и адекватная политика». И все же её собственные рассказы и свидетельства очевидцев периодически нуждаются в публичных подтверждениях.
Тиражирование нужного образа с заданными характеристиками для массового «потребления» осуществляется через средства массовой коммуникации-. И здесь наш персонаж выступает как настоящая звезда масс-медиа, эффективно реализующая себя не только в физическом, но и в информационном пространстве. Тимошенко и её команда имиджмейкеров подбирают такие виды действий, которые подчеркивают выгодные качества героини, чтобы впоследствии имелись поводы для их освещения[376]. И некоторые имиджевые акции были весьма успешными. Их эффективность измеряется не только сиюминутным успехом, иногда весьма громким, но и длительностью действия. Это особенно видно на примере рекламы знаменитой косы и украшений героини.
В 2006 году украинский портал «Таблоид», отмечая «пятилетний юбилей косы», писал, что теперь мало кто помнит Юлию Владимировну с другой прической. Коса стала чуть ли не наиглавнейшей составляющей её политического образа и превратилась в своеобразный бренд. Дотошные журналисты обнаружили, что на ключевые слова «Тимошенко» и «коса» поисковая интернет-система «Google» уже тогда выдавала 131 тысячу ссылок. Причем общественное мнение склонялось к тому, что Юлия Тимошенко пользуется накладными волосами. Однако она, в ту пору лидер оппозиции, на одной из пресс-конференций воспользовалась поводом и расплела свою косу, продемонстрировав её натуральность. «Правда, эта коса отличалась от своей сестры, из-за которой «наезжали» на Тимошенко», — ехидно замечал «Таблоид». И продолжал: «Такой жест немного снял напряжение в обществе, после чего коса Тимошенко как будто начала расти с новой силой. И из скромного «бублика» 2001 года превратилась в настоящий «каравай» 2005 года»[377].
Все это кому-то может показаться смешным и несущественным. Однако в процессе создании нужного образа политического деятеля мелочей не бывает. В удачно выбранный момент Тимошенко не просто продемонстрировала свою естественность, но легитимизировала её на много лет вперед. Теперь какого бы размера, толщины и цвета ни была её знаменитая коса, она смело доказывает её «подлинность», ссылаясь на ту давнюю историю с публичным расплетанием скромной косички под прицелом объективов.
Второй примечательный эпизод случился в 2006 году во время заседания Верховной Рады, когда в зале возник спор между депутатом от Партии регионов Евгением Кушнаревым и Юлией Тимошенко относительно отмены депутатских льгот. Выступая с парламентской трибуны, Кушнарев заявил: «Уважаемая Юлия Владимировна, и одной жемчужины из ожерелья на Вашей шее достаточно, чтобы среднестатистическая украинская семья жила 5 лет». Тимошенко отреагировала почти мгновенно и неожиданно для всех: сорвала с шеи ожерелье и буквально швырнула его в сторону оппонента, сказав, что это бижутерия, не имеющая никакой ценности. Позже пресс-служба БЮТ распространила заявление, в котором сообщалось, что Тимошенко взяла на себя обязательство подобрать специально для Кушнарева в стиле ожерелья платье и туфли из своего личного гардероба. «Носите на здоровье, господин Кушнарев! Надеемся, что новый «прикид» понравится вашему шефу Виктору Януковичу», — язвили бютовцы. Само ожерелье было передано журналистам для проведения экспертизы, в результате которой выяснилось, что его стоимость не превышает 400 долларов[378].
