– Так что ж тут не завершено? – удивился Инеррен. Против ожидания, стихи ему понравились. – Вроде все как надо.
– Да, но нет ни слова о том, кто этот воитель…
– Допишешь завтра утром, – весело предложил чародей, но улыбка быстро сбежала с его лица. – Это что, и есть Башня Безмолвия? – указал он на мрачное строение, черневшее даже на фоне беззвездного неба.
– Да, чтоб ей отправиться в Бездну! И там эти проклятые черноручники…
– Как-как?
– Ну, они же называют себя Черной Рукой…
Инеррен усмехнулся. Прекрасно! Когда над чернокнижниками можно издеваться ТАК – пускай хотя бы тайком, – это значит, что они далеко не столь опасны, какими выставляются.
– Спасибо, Мастер Скеремнеивайтвил, – церемонно сказал он. – На вас я оставляю важное дело – описание того, что случится этой ночью. Пускай грядущие поколения услышат песни об этом. Но к сожалению, все необходимые сведения вам придется получить из вторых или даже третьих рук: взять вас в Башню я не могу. Слишком опасно, – а такой талант, как ваш, должен завершить Песнь Шести Лун подобающим образом. Прощайте.
Оставив старика сидеть на округлом камне, чародей и его команда быстро пошли к Башне.
Черные лучи Стражницы соткали незримый узор над их головами. На мгновение Инеррен почувствовал отклик. То была его Черная Звезда.
И после недолгой, но тщательно рассчитанной работы он привел в действие механизм собственного заклинания…
– Сколько их? – спросил Магистр.
– Семеро. – Сиплый голос разведчика был едва слышен. – Те самые, что появились вместе с Шаром Теней.
Магистр повернулся к помощникам, ожидавшим его решения.
– Твое мнение, Флюгер?
– Развеять, как пыль. Мои Ветрогоны наготове.
– Огненный Глаз?
– Испепелить. Драконы сожгут их еще на подступах к Башне.
– Молоторукий?
– Устроить засаду у входа, а затем обрушить на них все силы Башни. Им не выстоять.
– Капкан?
– Выставить силы Башни в защитный режим. Когда этот колдун проберется сюда, в Зал Ночи, – а он проберется, – дай ему то, чего он хочет. Все могущество Теней, сведенное одновременно в одно место, уничтожит любого.
– Благодарю. Ждите в лаборатории моего вызова.
Четыре помощника поклонились и скрылись за занавесом.
Магистр, называвший себя Сыном Тишины, глубоко вздохнул.
Бесполезно. Его помощники ничего не понимают. Наблюдатели донесли обо всем, что произошло в тюрьме. Того, что сделал этот колдун, не смогли бы осуществить все Посвященные, вместе взятые. Он сам, с Шаром Теней, – да, но без него…
Более того, колдун каким-то образом умудрился завоевать расположение «избранников», а ведь они были направлены убить его…
Стоп!
Никакой он не похититель! Похититель мертв.
Да, так сходится. Но какое он тогда имел отношение к Шару Теней и «великолепной шестерке»?
Они сражались вместе. Почему?
Есть лишь один способ выяснить.
– Помоги мне, о Повелительница Хаоса! – прошептал он.
Та, естественно, не ответила. И не могла, даже если б захотела, так как не слышала. А ничего не слышала она потому, что ее сейчас здесь не было. Она, единственная из всех, появлялась в этом мире и уходила из него тогда, когда желала. Ибо была его Созидательницей, покровительницей и единственной истинной богиней.
Тогда Сын Тишины бросил свою волю на наковальню Удачи, высоко подняв молот Искусства. Всматриваясь в мерцание жемчужных глубин Шара Теней, он задал безмолвный вопрос.
И получил ответ.
Зеркало – за арбалетом,Шпага – рядом с топором,Меч ведет отмычку следом,Но командует – Никто.Темный цвет в его одежде,Темнота в его глазах;В темноте – его надеждыИ его сильнейший страх.Стражнице не поклоняясь,Он приветствует ее,Свет его не испугает,Даже свет очей Ее.Осторожно, но упорноОн свою находит дверь;Нет преграды, что способнаУдержать его теперь;Закрывать ему дорогу —Верный способ умереть.Наблюдай за ним с порога,Шанс хоть будет уцелеть;Враждовать же с ним опасней,Чем с обманутой Судьбой:Ведь она не бросит Власти,Чтоб расправиться с тобой.
«С каких это пор Знание стало являться мне в стихах?» – удивился Магистр.
– С тех пор, как ты взял в руки Шар Теней.
Неизвестный – тот самый колдун – стоял в дверном проеме. Как он появился здесь? Без единого звука, обойдя многочисленные преграды Башни, избежав внимания ее не менее многочисленных Стражей…
– Не существует преград для того, кто четко видит Цель, – с мягкой усмешкой сообщил Неизвестный – или, вероятно, следовало называть его «Никто». – Твоя судьба сейчас в твоих собственных руках в буквальном смысле этого слова.
Сын Тишины печально вздохнул и положил Шар Теней на стол.
– А теперь, пожалуйста, сними чары Медленной Смерти с тех, кто исполнил обещанное. – Никто сделал призывающий жест, и из воздуха возникла «великолепная шестерка».
– Уж это ты мог бы сделать и сам, – пробормотал Магистр.
– Мог бы, – согласился колдун, – но я предоставляю тебе возможность заплатить долг. Учти, я ведь делал это не для всех, с кем мы расходились во мнениях.
Беззвучное шептание Магистра завершилось резким разящим ударом, словно тот протыкал незримым мечом невидимого противника.
– Благодарю за сотрудничество. – Рука Никого протянулась к Шару Теней, но ледяные пальцы сжались на его запястье.
– Этот Талисман больше не покинет пределов Селлы.
Инеррен, которого отныне в Селле будут называть Никто, приготовился к схватке. Это ледяное касание он распознал моментально: на тупиковых ответвлениях Теневой Тропы, куда чародей не раз сворачивал в поисках отдыха, стояли изображения этих существ – как напоминание тем, кто задерживался на одном месте СЛИШКОМ долго: Охрана не дремлет!
Их называли по-разному: всадники бледных коней, адские гончие, межзвездные скитальцы, а иногда – Рыцари Смерти. Последний титул, впрочем, явно ошибочен, поскольку ни к Кэрдану, ни к старой знакомой Инеррена – Сборщице Душ – они не имели ни малейшего отношения.
Чародей с трудом вырвал руку из ледяной хватки и отступил.
– Как ты заполучил власть над межзвездными мкитальцами? – спросил он.
Магистр покачал головой.
– Я не получил власть над ними. Единственное, что мне доступно: – вызывать их, но контролировать…
– Интересно, а что ты будешь делать, если ему взбредет в голову заполучить твою жизнь?
– Наверное, то же, что и ты. И с равным неуспехом. – Сын Тишины печально склонил голову. – Прощай, Никто.
Межзвездный скиталец поднял призрачную руку. Круги бледно-желтого света, заменявшие ему глаза, замигали в незнакомом ритме.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
