«…существует растущая опасность, что космос может стать новым полем битвы человечества. Необходимо предпринять шаги на этом раннем этапе, чтобы уберечь космическое пространство от «засевания» оружием массового поражения — от того, что еще больше подорвало бы безопасность жителей нашей планеты. Речь идет о предварительном разоружении применительно к ядерному оружию, пока не размещенному в космосе»[489].
Одновременно представители Пентагона стали утверждать: если США смогут убедить Советский Союз в том, что у них нет намерения разместить оружие в космосе, Москва почти наверняка не выведет на орбиту собственные боеголовки. Министр обороны МакНамара и его ближайшие соратники к тому времени уже давно утверждали, что бомбы в космосе не имеют смысла. По их мнению (и с учетом уровня развития космической техники, вполне обоснованному), нанести удары с земли можно было куда дешевле и эффективнее, чем с околоземной орбиты. Это, как полагали МакНамара и К°, русские понимают ничуть не хуже американцев, а отсюда вывод: единственная причина, по которой Советы могут разместить за пределами атмосферы ядерное оружие, будет заключаться в их стремлении упредить аналогичный шаг со стороны Соединенных Штатов. Значит, лучший способ предотвратить подобные действия со стороны Москвы — уверить ее в том, что у Вашингтона нет такого рода замыслов.
Впервые мысль эта была озвучена 5 сентября 1962 г. заместителем министра обороны США Розуэллом Гилпатриком в ходе его выступления на встрече с представителями промышленности и университетов Среднего Запада. Он, в частности, сказал:
«Соединенные Штаты полагают, что в интересах их собственной безопасности, а также безопасности всего мира, представляется крайне желательным не допустить распространения гонки вооружений на открытый космос. Мы ищем любой приемлемый способ для достижения этой цели. Нет сомнения в том, что сегодня как Соединенные Штаты, так и Советский Союз могут разместить на орбите термоядерное оружие. Однако подобный шаг в обозримой перспективе не представляется разумным с точки зрения военной стратегии ни для какой из сторон.
У нас нет программы, предусматривающей выведение на орбиту оружия массового поражения. Гонка вооружений в космосе не укрепит нашу безопасность. Я не могу представить себе больший побудительный мотив для Советов разместить термоядерные вооружения в космосе, чем намерения США осуществить подобную программу. Мы не сделаем этого»[490].
При таком раскладе, рассуждали вашингтонские стратеги, Америка ничего не потеряет от обмена с Советским Союзом пацифистскими декларациями, относящимися к космическому пространству, а вот приобрести сможет не так и мало. Соответствующие намеки были сделаны представителями США и в «Комитете 18-ти». В ходе дискуссий, последовавших за предложением, выдвинутым ими в декабре 1962 г., суть которого состояла в «поэтапном» разоружении, они все чаще говорили о необходимости заключить договор о недопущении выведения оружия в космос. При этом американцы не акцентировали необходимость проверки выполнения подобной договоренности.
Как бы то ни было, но, похоже, ко времени своей речи в ООН 19 сентября 1962 г. Громыко был убежден в том, что США согласятся на декларативное решение проблемы демилитаризации космического пространства. Именно так, во всяком случае, воспринял слова советского министра иностранных дел Кеннеди. На следующий день после выступления Андрея Андреевича в ООН президент сам обратился с посланием к Генеральной ассамблее этой организации. Вот что он, в частности, сказал:
«Мы должны продолжить попытки заключить договоренность о недопущении вывода оружия массового поражения в открытый космос. Вчера советский министр иностранных дел положительно откликнулся на подобное предложение. Пусть же наши представители вернутся за стол переговоров с тем, чтобы выработать практическое соглашение по этому вопросу»[491].
Буквально в течение нескольких дней после обмена столь многообещающими намеками-декларациями американские и советские дипломаты договорились о том, чтобы сделать совместные заверения касательно запрета на размещение в космосе ядерного оружия, а также разработать проект резолюции Генассамблеи, отражающей данные заверения. Объясняя причину, по которой США поддержали подобную резолюцию, представитель США при ООН Стивенсон отметил:
«Проект предложенной резолюции отражает политику, которая уже проводится в США…
Говоря от имени моего правительства, хотел бы повторить то, что уже неоднократно было сказано раньше: у Соединенных Штатов нет намерения вывести на околоземную орбиту какое-либо оружие массового поражения, установить подобное оружие на небесных телах или же разместить его в космическом пространстве каким-нибудь иным способом…
…Нет сомнения в том, что проще не начинять оружием среду, в которой его никогда не было, чем договориться о разоружении тех сфер, в которых оно уже появилось»[492].
17 октября 1963 г. Генеральная ассамблея ООН единодушно приняла соответствующую резолюцию за номером 1884 под названием «Вопрос о всеобщем и полном разоружении». В ней приветствовалось намерение СССР и США не размещать в космосе ядерное или иное оружие массового поражения, а также призывались прочие государства последовать их примеру[493].
Согласие, которое удалось достичь Советскому Союзу и Соединенным Штатам по вопросу о недопущении милитаризации космоса, послужило основой и для следующего шага ООН в этом направлении. В ходе однодневного совещания 22 ноября 1963 г. Комитет по космосу принял решение соединить в одном «пакете» все вопросы, относящиеся к правовому регулированию космической деятельности, по которым было достигнуто соглашение. Данный «пакет» был затем представлен на рассмотрение Генассамблеи ООН в виде проекта резолюции под названием: «Декларация правовых принципов деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства».
Принятие данной резолюции не потребовало дополнительных шагов ни с советской, ни с американской стороны. Ведь к тому времени все спорные моменты были обойдены представителями обеих стран или же оставлены для обсуждения в ходе будущих дискуссий. Однако значение этого документа в том, что в ходе его согласования удалось достичь консенсуса по ряду важнейших вопросов освоения космического пространства. Так, представитель США при ООН Стивенсон подчеркнул, что новые принципы, как только получат одобрение Объединенных Наций и приобретут статус международного права, сразу встанут на службу интересов государств планеты[494]. А советский представитель Морозов отметил иной положительный аспект резолюции. По его словам, ее принятие «преследовало цель скорее объединения, чем разъединения». Никто, по мнению Морозова, не надеялся, что проект документа отразит все принципы, которыми следует руководствоваться при освоении космического пространства. «…Естественно, что в попытке достичь разумный компромисс, — подчеркнул представитель СССР, — некоторые предложения, выдвинутые одними, но неприемлемые для других, просто не могли быть включены в проект декларации»[495].
Основные элементы резолюции, одобренной Генассамблеей 13 декабря 1963 г. и получившей номер 1962, включали в себя следующие принципы:
«1. Исследование и использование космического пространства осуществляются на благо и в интересах всего человечества.
2. Космическое пространство и небесные тела открыты для исследования и использования всеми государствами на основе равенства и в соответствии с международным правом.
3. Космическое пространство и небесные тела не подлежат национальному присвоению ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами.
4. Деятельность государств по исследованию и использованию космического пространства должна осуществляться в соответствии с международным правом, включая Устав Организации Объединенных Наций, в интересах поддержания международного мира и безопасности и развития международного сотрудничества и взаимопонимания.
5. Государства несут международную ответственность за национальную деятельность в космическом пространстве независимо от того, осуществляется ли она правительственными органами или неправительственными юридическими лицами, и за обеспечение того, чтобы национальная деятельность проводилась в соответствии с принципами настоящей Декларации. Деятельность неправительственных юридических лиц в космическом пространстве должна проводиться с разрешения и под постоянным наблюдением соответствующего государства. В случае деятельности в космическом пространстве международной организации ответственность за выполнение принципов настоящей Декларации несут, наряду с международной организацией, также и участвующие в ней государства.
