Читаем без скачивания ТАЙНЫ ЛУННОЙ ГОНКИ - Юрий Караш

4. Независимо от пунктов 2 и 3 настоящей статьи, Договаривающаяся Сторона, имеющая основания полагать, что космический объект или его составные части, обнаруженные на территории, находящейся под ее юрисдикцией, или спасенные ею в каком-либо другом месте, являются опасными или вредными по своему характеру, может уведомить об этом власти, осуществившие запуск, которые незамедлительно принимают эффективные меры под руководством и контролем упомянутой Договаривающейся Стороны для устранения возможной опасности причинения вреда.

5. Расходы, понесенные при выполнении обязательств по обнаружению и возвращению космического объекта или его составных частей, в соответствии с пунктами 2 и 3 настоящей статьи, покрываются властями, осуществившими запуск[511].

Четыре месяца спустя, а точнее 22 апреля 1968 г., данное соглашение было подписано в Вашингтоне, Лондоне и Москве. Ратификация же его произошла лишь к концу 1968 г. с последующим вступлением договора в силу 3 декабря 1968 г.

Не так легко дело обстояло с соглашением об ответственности за ущерб, нанесенный космическими объектами. Несмотря на многочисленные предложения путей урегулирования этой проблемы, максимум, о чем смогли договориться заинтересованные стороны за месяцы, прошедшие после заключения «Договора по космосу», — это согласиться о природе и масштабе вопроса. Согласие было отражено в ряде докладов, подготовленных Комитетом по космосу в 1967, 1968, 1969 и 1970 гг. Доклады эти отразили: связь между международными организациями и соглашением об ответственности за ущерб; законы, применимые к измерению степени ущерба; обязательное посредничество третьей стороны при разрешении споров; ограничение объема компенсации ущерба, а также вопрос о том — должен ли ущерб, нанесенный ядерными материалами, также быть оговорен будущей конвенцией[512].

В конце 1970 г. Генассамблея ООН единодушно выразила глубокое сожаление по поводу того, что Комитету по космосу так и не удалось к тому времени завершить разработку конвенции об ответственности за нанесение ущерба. Генассамблея также призвала данный комитет сделать решающее усилие, чтобы представить проект конвенции на рассмотрение 26-й сессии[513]. Следствием подобного призыва стали неформальные консультации между членами Комитета, в первую очередь между русскими и американцами. В результате дискуссий контуры соответствующего соглашения впервые за семь лет стали приобретать более или менее четкие очертания. Процесс этот не остановился, а пошел дальше, приведя в конечном итоге к консенсусу по проекту искомой договоренности, достигнутому в ходе работы Комитета по космосу в Женеве с 29 июня по 2 июля 1970 г. Документ этот, позже названный «Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами», был единодушно представлен Комитетом по космосу 21-й сессии Генассамблеи ООН, открывшейся в сентябре 1971 г. Он содержал 28 статей, в том числе ключевые:

Статья II

Запускающее государство несет абсолютную ответственность за выплату компенсации за ущерб, причиненный его космическим объектом на поверхности Земли или воздушному судну в полете.

Статья IV

1. Если в любом месте, помимо поверхности Земли, космическому объекту одного запускающего государства либо лицам или имуществу на борту такого объекта причинен ущерб космическим объектом другого запускающего государства и тем самым причиняется ущерб третьему государству либо его физическим или юридическим лицам, то два первых государства несут солидарную ответственность перед этим третьим государством в нижеследующих пределах:

a) если ущерб причинен третьему государству на поверхности Земли или воздушному судну в полете, то их ответственность перед третьим государством является абсолютной;

b) если ущерб причинен космическому объекту третьего государства либо лицам или имуществу на борту такого космического объекта в любом месте, помимо поверхности Земли, то их ответственность перед третьим государством определяется на основании вины любого из первых двух государств или на основании вины лиц, за которых отвечает любое из этих двух государств.

2. Во всех случаях солидарной ответственности, упомянутых в пункте 1 настоящей статьи, бремя компенсации за ущерб распределяется между двумя первыми государствами соразмерно степени их вины; если степень вины каждого из этих государств установить невозможно, то бремя компенсации за ущерб распределяется между ними поровну. Такое распределение не затрагивает права третьего государства требовать всей компенсации за ущерб на основании настоящей Конвенции от любого из запускающих государств или всех запускающих государств, которые несут солидарную ответственность.

Статья XII

Компенсация, которую запускающее государство обязано выплатить на основании настоящей Конвенции за причиненный ущерб, определяется в соответствии с международным правом и принципами справедливости, с тем, чтобы обеспечить возмещение ущерба, восстанавливающее физическому или юридическому лицу, государству или международной организации, от имени которых предъявляется претензия, положение, которое существовало бы, если бы ущерб не был причинен.

Статья XVIII

Комиссия по рассмотрению претензий устанавливает обоснованность претензии о компенсации и определяет сумму компенсации, если она подлежит выплате.

Статья XXII

1. В настоящей Конвенции, за исключением Статей XXIV-XXVII, ссылки на государства рассматриваются как относящиеся к любой международной межправительственной организации, которая осуществляет космическую деятельность, если эта организация заявляет, что она принимает на себя права и обязанности, предусмотренные настоящей Конвенцией, и если большинство государств-членов этой организации являются государствами-участниками настоящей Конвенции и Договора о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела.

2. Государства-члены любой такой организации, являющиеся участниками настоящей Конвенции, принимают все необходимые меры для обеспечения того, чтобы эта организация сделала заявление в соответствии с предыдущим пунктом.

3. Если какая-либо международная межправительственная организация ответственна за ущерб в соответствии с положениями настоящей Конвенции, то эта организация и те из ее государств-членов, которые являются участниками настоящей Конвенции, несут солидарную ответственность, при соблюдении, однако, следующих условий:

a) любая претензия о компенсации за такой ущерб предъявляется в первую очередь этой организации;

b) если организация в течение шести месяцев не выплатила суммы, согласованной или установленной в качестве компенсации за такой ущерб, то только в этом случае государство-истец может поставить вопрос об ответственности государств-членов этой организации, являющихся участниками настоящей Конвенции, за уплату этой суммы.

4. В соответствии с положениями настоящей Конвенции любая претензия о выплате компенсации за ущерб, причиненный какой-либо организации, которая сделала заявление в соответствии с пунктом 1 настоящей Статьи, представляется государством-членом этой организации, являющимся участником настоящей Конвенции[514].

Данная конвенция была подписана 29 марта в США, СССР и Великобритании и вступила в силу 1 сентября 1972 г.

Тот факт, что Советский Союз и Соединенные Штаты после стольких лет серьезных разногласий по проблеме компенсации ущерба, нанесенного космическими объектами, смогли наконец договориться по данному вопросу, показался многим обнадеживающим знаком. Оптимисты полагали, что теперь процесс разработки космического права в рамках ООН пойдет значительно быстрее. На деле все оказалось значительно труднее. Это, впрочем, и не удивительно. Ведь проблемы, которые теперь предстояло урегулировать, были связаны с принципиальными идеологическими и политическими различиями между СССР и США. Так, в начале 1970-х гг. Генассамблея ООН призвала Комитет по космосу срочно дать определение «космическому пространству» применительно к космической связи, а также исследованию земных ресурсов с орбиты — задача, которую невозможно было решить, пока обе супердержавы не перестали бы рассматривать космос как поле для соперничества, а не сотрудничества.

Сказывался и традиционный подход СССР к максимальному засекречиванию своей космической деятельности. Именно по этой причине Москва противилась превращению ООН в своего рода координатора и организатора международных космических проектов, главными участниками которых, естественно, были бы Советский Союз и Соединенные Штаты. Подобное объединение усилий, да еще в рамках глобальной организации, предполагало бы доступ к космическим программам двух сверхдержав. Но США, которые довольно четко отделили гражданский «космос» от военного, в принципе, довольно безболезненно могли перенести ознакомление посторонних со своей «мирной» космонавтикой. Что же касается СССР, где невоенные космические проекты были только «сучками» на «стволе» оборонной космической программы, то он подобной беспечности себе позволить не мог.