Николай I, как утверждают современники, был прекрасным наездником. Он мог провести в седле восемь часов, а потом отправиться на бал.
Свое превосходное мастерство наездника император сохранил и после своей кончины, сделавшись памятником.
Семьдесят советских лет, когда редкий памятник русским царям сумел устоять на постаменте, уверенно держался император Николай I в седле скакуна, вздыбившегося в самом центре города трех революций.
Говорят, все дело в мастерстве П. К. Клодта, сумевшего удержать императорского коня всего на двух точках опоры.
Не знаю…
Может, и редки такие статуи, но мы ведь знаем, что в своей ненависти к русским государям и вообще ко всему русскому, а к таким государям, как Николай I, в особенности, большевики не щадили ни исторические, ни художественные ценности.
Так что приходится признать, что не только благодаря художественной ценности памятника удержался император Николай I в седле вздыбившегося скакуна, но и благодаря той Божией помощи, которая одна, кажется, и помогала ему удерживать вздыбливающуюся империю…
1
Он начал свое правление с того, что спас Россию в дни декабрьской смуты 1825 года.
Николай I был слишком благороден, слишком добр, чтобы быть тираном.
Плоть от плоти он был Павлович, и хотел править, как государь мечтательный и романтичный, не прибегая для укрепления власти к арсеналу приемов, используемых тиранами и диктаторами — подкупам, обманам, жестокостям…
Как известно, следственная комиссия по делу декабристов вела расследование в отношении 600 участников беспорядков. То ли стремясь выслужиться, то ли стараясь снять с себя возможные подозрения, судьи готовы были утопить в крови все расследование, и предлагали четвертовать основных участников мятежа, а еще двум десяткам отрубить головы! И только непосредственное вмешательство императора ограничило наказание, так чтобы оно не превратилось в расправу и не утратило своего воспитательного воздействия. Из 600 бунтовщиков лишь 121 участник восстания был осужден на каторгу и ссылку, и только пятеро — казнены.
В ходе следствия император Николай I проявил необыкновенное благородство, постоянно побуждая заговорщиков к моральному, нравственному и духовному очищению и раскаянию. Насколько успешной была его деятельность в этом направлении, свидетельствует пример К. Ф. Рылеева.
«Бог и Государь решили участь мою; я должен умереть, и умереть смертию позорною, — писал тот в предсмертном письме. — Да будет Его святая воля!.. Благодарю моего Создателя, что Он меня просветил и что я умираю во Христе».
8 сентября 1826 года, на Рождество Пресвятой Богородицы, в Чудовом монастыре в Москве состоялась встреча Николая I с возвращенным из ссылки А. С. Пушкиным, которая стала знаком и символом наступившей эпохи.
Встреча произвела глубокое впечатление — «…нынче говорил с умнейшим человеком в России…» — на императора, а для самого А. С. Пушкина она знаменовала начало нового этапа жизни. Покидая Чудов монастырь, Пушкин является России как зрелый, стремительно освобождающийся от юношеских заблуждений мыслитель, который наконец-то обретает способность выразить своим творчеством русскую национальную идею во всей ее глубине и полноте.
Как государственному деятелю, Николаю I предстояло исполнить в управлении страной ту же роль, что и Пушкину в литературе. Не всегда осознанно, но достаточно последовательно Николай I пытался соединить империю с допетровской Россией, ликвидировать разлом, образовавшийся в общественном устройстве в результате Петровских реформ.
Первым из Романовых Николай I предпринял действенные шаги к возрождению православия в его прежнем для России значении. Первым начал ограничивать своеволие и себя как монарха, и своих подданных.
Александр Сергеевич Пушкин был посвящен в эти замыслы монарха и, как это видно из многочисленных воспоминаний, вполне сочувствовал им.
Естественно, что приобретенное расположение государя породило немало завистников и врагов, число которых значительно увеличилось, когда стало понятно, что Пушкин окончательно порвал с вольтерьянскими и масонскими увлечениями. Клевета, сплетни, доносы обрушиваются на Пушкина. И это не странно, а закономерно, что люди, преследующие Александра Сергеевича Пушкина, пытающиеся очернить его в глазах государя, изо всех сил противятся и осуществлению замыслов самого Николая I.
Памятник Николаю I на Исаакиевской площади
Разумеется, бессмысленно говорить о каком-то идеальном совпадении позиций царя и поэта, об отсутствии разногласий.
«Строй политических идей даже зрелого Пушкина, — отметил Петр Струве, — был во многом не похож на политическое мировоззрение Николая, но тем значительнее выступает непререкаемая взаимная личная связь между ними, основанная одинаково и на их человеческих чувствах, и на их государственном смысле. Они оба любили Россию и ценили ее исторический образ».
Возникновению недомолвок, недоумений немало способствовали преследователи Пушкина, «жадною толпой стоящие у трона» и одинаково враждебные — подчеркнем это еще раз! — и самому Николаю I.
И все же духовная связь сохранялась.
«Я перестал сердиться (на государя. — Н.К.), — пишет 16 июня 1834 года жене Пушкин, — потому что он не виноват в свинстве его окружающих»…
«Знаю лично Пушкина, — говорит Николай I, — я его слову верю».
Такими же — пролетающими высоко над объятой бесовским возбуждением толпой — окажутся и слова последнего, заочного диалога Царя и Поэта:
«Прошу тебя исполнить последний долг христианина»… — звучит в вечности голос императора Николая I.
«Мне жаль умереть… — откликается в ответ голос А. С. Пушкина. — Был бы весь его…»
2
Сходны с беседой государя с А. С. Пушкиным в Чудове монастыре и другие докоронационные события правления Николая I. Рождение в России неевклидовой геометрии (7 февраля 1826 года профессор Казанского университета Н. И. Лобачевский представил сочинение «Сжатое изложение начал геометрии»), издание первого учебника по астрономии на русском языке («Руководство к астрономии» Д. М. Перевощикова) идут бок о бок с указами о закрытии Русского Библейского общества и запрещением деятельности всех тайных обществ на территории России.
Если отбросить мероприятия, связанные с погребением Александра I, ликвидацией мятежа и началом Русско-персидской войны, возникает совершенно очевидная доминанта, которая, как выяснится в дальнейшем, распространится на всю Николаевскую эпоху. И правление это в результате превратится в начало золотого века русской литературы, станет временем крупномасштабных инженерных свершений, а российская наука и техника достигнут таких высот, что открытия, сделанные русскими учеными, начнут определять развитие всей мировой цивилизации…
С другой стороны, мы знаем и иные — «жандарм Европы», «Николай Палкин» — оценки Николая I. При всей их тенденциозности, некоторые основания для подобных характеристик имеются, и заложены они были тоже в самые первые недели его правления.
И нет тут никакого противоречия.
В правление Николая I впервые при Романовых национальная русская идея начинает проявляться как система, как общественная и политическая программа. Развивая просвещение и гражданское самосознание, и тем самым обеспечивая воистину выдающиеся прорывы России в научной, литературной и духовной сферах, Николай I укрепляет правопорядок в стране и стремится защитить империю от разрушающих ее сил.
М. А. Зичи. Николай I на строительных работах
Он поступал как монарх-инженер — а он и на самом деле был выдающимся инженером![71] — перестраивающий величественное здание своей империи. Укрепляя его, безжалостно выбраковывал он негодный испорченный материал, защищал от разрушающего влияния стихий несущие конструкции.
Символично, что на начало правления Николая I попадает завершение строительства в Шлиссельбурге каменной соборной церкви во имя Рождества Крестителя Господня Иоанна взамен бывшей, «оказавшей трещины в куполе и стенах» сразу после убийства императора Павла. В 1828 году храм был достроен, и целое столетие шли в нем церковные службы. Развалины этого храма, словно бы поддерживаемые бронзовыми бойцами стрелковой роты 1-й дивизии НКВД и 409-й морской батареи, которые обороняли в годы Великой Отечественной войны и крепость, и эту церковь, можно видеть и сейчас. В этих развалинах, сохраняющих мощь Николаевской эпохи, и сейчас звучит церковное пение. Здесь совершаются новым настоятелем храма Рождества Иоанна Предтечи игуменом Евстафием (Жаковым) Божественные литургии.
