И это ещё при наличии массы различных фильтро-вентиляционных установок, шлюзов и приспособлений очистки и редукции воздуха, свойственных космическому объекту, что тоже проведение акции ничуть не облегчает.
Ещё получив только эту задачу от Говоруна и засев за планы и чертежи станции, Тома осознал масштаб предстоящей работы и ужаснулся. Первое время, даже стал сомневаться в выполнимости подобного плана. Но потом, как это водится, общая неподъёмная задача стала распадаться на составные более мелкие подзадачи. Те — на ещё более мелкие… уже конкретные. Пошла творческая работа. Начали подсчитываться средства, ресурсы… К тому же, Нагору уже и самого спортивный азарт взял: сможет или не сможет? Ведь подобного вызова перед ним не стояло ещё никогда. По своей совокупной сложности, он был сравним с тем, который шесть лет назад поставил перед ним Демон.
Естественно, Нагору не один разрабатывал этот план. Были у Говоруна и ещё способные люди. Способные шевелить мозгами, а не только метко стрелять по живым мишеням. Но координацией и объединением их творческих усилий был именно он. Говорун… был «генератором идей». А ещё добытчиком ресурсов для их осуществления. Денежных, людских, административных, материальных. Гениальный человек… под стать Демону. Тома даже часто ловил себя на мысли, что из этих двоих мог бы получиться идеальный дуэт, способный творить любые чудеса. Слишком они дополняли друг друга. Мог бы… или должен был? Или-таки был?
Чем дольше Нагору работал с Говоруном, тем больше убеждался в том, что этих двоих связывает какая-то довольно длинная общая история. И какие-то совместные дела у них всё-таки были. Вопрос только стоял в том — почему они разбежались? Почему теперь охотятся друг на друга?
Хотя, с другой стороны, Тому не слишком-то и интересовал ответ на этот вопрос. Он получал то, что ему было нужно, от них обоих. И, в принципе, уже получил это. Главный вопрос нынче звучал по-другому: Как теперь соскочить, не поломав ноги и не свернув шею? То, что всё идёт к столкновению этих двоих лбами, для Нагору было кристально ясно. Счёт до этого столкновения шёл уже не на дни, а на часы… если не на минуты.
Демон не посвящал в свои планы Тому. Тома не посвящал в планы Говоруна Демона. Единственный раз, в который у них был за эти шесть лет, контакт, случился тогда, на пляже. Между ними не было произнесено более ни одного слова. Да, Тома написал оговоренное объявление. И на это объявление даже откликнулись трое соискателей, с двумя из которых его исполнительный директор… точнее, исполнительный директор компании Gonzo, собеседование на указанное время запланировал. И, Тома даже склонялся ко мнению, что один из этих соискателей даже будет им нанят…
Тома не сообщал Демону никаких подробностей. Ничего. Но тот всё равно, совершенно точно был в курсе текущих дел Говоруна. Насколько только…
То, что у Демона имелись ещё «кроты» среди тех, кого в своей работе использовал Говорун, для Томы не подлежало никакому сомнению. Двух, он даже сумел вычислить. Даже более того — сдал их Говоруну, так как всегда выполнял свои задачи ответственно и даже честно… в какой-то степени. Ну, как минимум, профессионально. Но, сколько их было ещё?
Тех двоих, кстати, и Говорун не тронул. Даже не приблизился к ним. Никак их не выделил. Никак не показал, что что-то узнал на их счет. Однако, информация этим двоим потекла чуть-чуть не верная. Совсем немного искажённая и мало-мало запаздывающая. Да и направления их работы оказались дублированы новыми командами людей.
По мнению Томы, Говорун поступил грамотно. Но, по всё тому же его мнению, Говоруна это уже не могло спасти. «Вес» фигур был несопоставим. То, что Говорун мог бы идеально дополнить Демона, совершенно не означает, что в противоборстве с Демоном, у него имелся хотя бы малейший шанс выстоять. Всё же, Говорун — человек. Пусть и «сверхчеловек». А Демон… это Демон.
Так что, когда автоматические двери вагона «поезда» распахнулись на станции прибытия, Нагору как-то даже и не то, чтобы не удивился, а скорее уж испытал чувство с родни облегчению, увидев прямо перед ними Демона во плоти. Да ещё и с его же черным мечом в руке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
То, что где-то за спиной Демона маячил ещё Император Всероссийский, особого значения не имело. Мелочь, не стоящая внимания.
Оттого, Нагору и смог среагировать быстрее Говоруна. Даже секунду потратил на обдумывание вариантов действий. Обнажение меча было его сознательным и осознанным выбором. Как и пронзающий удар в сердце «Босса» через спину.
Уже через секунду Тома понял, что не ошибся — когда отрубленная мечом Демона голова Говоруна подлетела в воздух. А после была схвачена тем и помещена в уже знакомый Нагору контейнер, до этого находившийся рядом с ногой Демона на полу станции.
Дальше… Дальше оставалось лишь следовать за ситуацией дальше. Не останавливаясь. Не тормозя, словно бы всё именно так и было задумано.
Было… может, оно и было. Только не им. Та лёгкость, с которой Демон уничтожил Говоруна, уже не совсем человека, вышедшего давно за пределы человеческих ограничений профессионального убийцу, всё же несколько шокировала Тому. В конце концов, он же не был полностью «роботом». «Робот» включался у него только эпизодически. От того, эмоции не были ему чужды.
От того, в тот момент, когда на пассажирское сиденье того флаера, который приготовлен был для отхода Томы Демоном, завалился, как ни в чем не бывало, сам Демон, сердечко у Нагору-таки ёкнуло.
***
Глава 49
***
Демон достал свой ноутбук, установил его в специальное крепление на приборной панели флаера, активировал развёртывание голографического экрана и запустил на нём трансляцию видео. Нескольких видео сразу.
На одном видео стоял возле края пустого перрона Император Иван, держащий в руках коммуникатор и внимательно смотрящий на его экран. На другом видео было крупным планом лицо Императора — видимо трансляция шла с фронтальной камеры коммуникатора. На третьем был Александр Кровавый в военном мундире. На четвёртом — какой-то военный в форме флотского Капитана Первого Ранга. На пятом — изображение Александра Кровавого откуда-то сбоку. На шестом была панорама космоса, того самого участка, где располагался астероидный пояс системы Лилии. Тот самый пояс, в котором пряталась лаборатория Л-51, замаскированная под астероид с таким же названием.
Тома посмотрел на этот развернувшийся здоровенный шестнадцатидюймовый голографический экран, закрывший добрую половину приборной панели вместе с частью лобового стекла, и решил, что пилотировать флаер в такой ситуации нормально не сможет всё равно. А значит — не стоит и пытаться.
Нагору заглушил двигатель готового к взлёту флаера, отпустил штурвал и откинулся на спинку кресла, приготовившись смотреть заготовленное Демоном представление. Заготовленное им для себя, но которым он расщедрился поделиться и с ним.
Зрелище было странным. Захватывающим и отталкивающим одновременно. Ведь не может быть приятной сцена, в которой отец сознательно осознанно убивает своего собственного сына. Пусть и не собственными руками, а лишь отдачей приказа…
Красиво расцветал в космосе яркий цветок плазменного взрыва на месте астероида-лаборатории Л-51. Красиво. Но этот вид заставлял спину Томы покрываться липким холодным потом. Ведь, всего час назад он сам в этой лаборатории находился. И покидать её надолго даже не собирался. Наоборот — была запланирована стыковка с зафрахтованным грузовозом… который, почему-то задерживался. Хотя, теперь это уже не «задерживался», а «так и не прибыл вовсе». Ведь, если корабль не пришёл раньше, то теперь, после залпа по астероидному поясу, он не придёт уже точно.
С одной стороны, Тома испытывал некоторую досаду по этому поводу: задаток, оставленный им фирме, предоставившей грузовоз, ведь теперь, получается, останется этой фирме, которая не выполнила своих обязательств. С другой стороны: их ли в этом вина?
