почтения к традициям! Хамло и грубияны.
– Господин Альмедор долго жил в столице, – уронила я как бы невзначай, и это возымело свое действие. Госпожа Ирма закрыла рот. Но не успокоилась. Она ревнивым взглядом окинула лавку, заметила перестановки и так побагровела, что я испугалась – как бы почтенную тетушку удар не хватил.
– Что это?! Зачем вы передвинули шкафы? Ковер на полу?! Светильник? И это... это же предметы из коллекции господина Бармалана! Их место в гостиной, а не здесь, где их будут хватать грязными руками дети!
– Пусть хватают. Чистоту рук буду проверять. Зачем этим прекрасным вещам лежать там, где их никто не увидит? А здесь они принесут пользу. По картам мы будем учить с детьми географию, по песочным часам… – я задумалась. – Засекать время на соревнованиях по чтению на скорость!
Госпожа Ирма всплеснула руками, как бы не веря такому святотатству.
– А ковер! – продолжила я с энтузиазмом. – Посмотрите, как удобно на нем сидеть!
Я встала и плюхнулась на ковер, чтобы продемонстрировать.
– Ну же, садитесь рядом, попробуйте! Можно читать лежа.
– Нет уж, увольте, – холодно отозвалась госпожа Ирма.
– Послушайте, почему вы так настроены против меня и моих новшеств? – не выдержала я. – Это потому что я иноземка, да? Вас шокируют мои привычки, моя культура? Но я не так уж сильно отличаюсь от вас и не делаю ничего плохого.
– Мой долг – следить, чтобы все жители города соблюдали приличия, – отрезала она. – Я забочусь о вас и обо всех остальных. Я добровольно взяла на себя эту обязанность, и она не такая уж легкая.
– Заботиться можно по-разному. В городе есть те, кому действительно нужна помощь. Я вчера была у госпожи Таффиты.
– Зачем вы ходили к этой ведьме?!
– Из любопытства. Знаете, как она живет? В нищете и грязи. Она слепая, за ней нужно присматривать. Вам бы лучше к ней заглянуть!
– Оставьте ваши упреки при себе, – отрезала Ирма. – Думаете, я к ней не заходила? Заходила. Один раз она обругала меня последними словами, потом не открывала дверь. Последний раз я застала ее на улице. Она швырнула в меня куском грязи. И очень метко. Так что у меня есть сильные сомнения в ее слепоте. И все же я раз в неделю приношу ей кувшин молока и пакеты с крупой. Оставляю на крыльце и ухожу. Знаете, мне не понравилось вычесывать грязь из волос.
– Вы очень добры, – сказала я серьезно.
– Зоя, я не желаю вам зла, – Ирма быстро натянула на лицо благочестивое выражение. – Но вам не место в нашем городе, в нашем мире. Я глубоко возмущена тем, как вы обходитесь с наследством господина Бармалана. Как только истекут три месяца – уезжайте. Я готова купить у вас эту лавку со всем ее содержимым, – закончила она небрежно. – Но дам немного, потому что к концу этого срока лавка будет в плачевном состоянии.
Я мигом насторожилась. Со всем содержимым? Со всеми волшебными книгами и магическим подвалом?
– А я, может, еще и не уеду, – бросила я ей. – Думаю, я нашла свое место в вашем мире. Мне понравилось торговать книгами. У меня есть несколько идей, как сделать лавку популярным местом.
– Этому не бывать, – Ирма встала и расправила юбку. И пригрозила на прощание: – Уж я об этом позабочусь.
После ухода Ирмы я долго не могла успокоиться. Как же я не люблю открытые конфликты! А Ирма объявила войну. Но в этот раз я не собиралась действовать, как обычно: молчать в тряпочку и плыть по течению.
Хватит, наплавалась уже. Глядите, куда это меня принесло... в глубокий омут, и теперь только и остается, что барахтаться или тонуть.
Во мне взыграл воинственный дух, и я решила им воспользоваться, пока он не угас.
Пойду и разберусь с Тахиром!
Мне было известно, что он остановился в «Голове мантикоры». Когда я вошла в зал постоялого двора, там было пусто: завсегдатаи появятся ближе к вечеру, проезжающий экипаж с пассажирами только что отбыл.
За столиками скучали возчики, да клевал носом над кружкой пива ночной сторож.
Тахир сидел в дальнем углу у очага. Хорошо, что он в зале; не придется подниматься к нему в комнату. Вести с колдуном разговоры без свидетелей не хотелось.
Я немного понаблюдала за ним, собираясь с духом перед новой стычкой.
И с глубоким удовлетворением заметила крупную шишку на его лысине. Что и говорить, тяжелый был ковшик, клея я много сварила.
Колдун сидел, оперевшись локтями о стол, и вчитывался в толстую книгу. Он насупил брови, ноздри его ястребиного носа подрагивали, а лицо имело нездоровый желтоватый оттенок.
Рядом с ним на скамье лежал уже знакомый мне кожаный мешок, затянутый красным шнуром. В мешке отчетливо виднелись очертания чего-то тяжелого и круглого. Вряд ли колдун таскает с собой шары для боулинга. Там еще один Орбус? А то и два!
На этот раз колдун принял меры предосторожности. Кошелек был надежно прицеплен металлической цепочкой к его поясу, а от плотной кожи шло едва заметное зеленоватое сияние. Понятно: Тахир обеспечил как физическую, так и магическую защиту от воришек. Раньше надо было ему думать.
Мне ужасно не хотелось подходить к нему. Калибром я не вышла колдунам угрожать. Но делать нечего; теперь я сама себе защитник.
Я уселась на скамью напротив колдуна и нахально поздоровалась:
– Доброе утро, господин Тахир. Как ваша голова? Не болит?
Он поднял на меня глаза и побледнел, но тут же покраснел от ярости.
– Ш-ш-што ты хочеш-ш-шь, иноземка? – прошипел он.
– Зашла справиться о вашем здоровье. Хорошо ли вам спалось ночью, после того как вы ломились в мой дом?
– Не понимаю, о чем ты говоришь, – оскалился Тахир.
Решил в несознанку
