Вот и сегодня он снова следует за ней, пропустив вперед три машины. Элизабет, не останавливаясь, проехала вход в редакцию и вместо того, чтобы свернуть на парковку, покатила дальше. Она заехала в «Макдоналдс», заказала себе стаканчик кофе с пирожком, затем снова свернула на Мейн-стрит и направилась к стоянке рядом со своей работой.
Она уже въехала на свободный пятачок, когда заметила, как мимо, на черепашьей скорости, прополз зеленый пикап. Водителя она не узнала – крупный мужчина в клетчатой рубашке с коротким рукавом и видавшей виды соломенной ковбойской шляпе.
Неужели он следил за ней?
Вряд ли. Скорее, это у нее самой паранойя.
И все-таки ей не хотелось, чтобы Карсон знал, какие у нее планы. И еще ей не хотелось, чтобы Мигель лишился работы.
Войдя в офис, она сделала пару телефонных звонков, затем просмотрела папки с делами своих клиентов. Через полчаса она вышла из офиса и пешком направилась в редакцию газеты.
Зеленого пикапа в поле зрения не обнаружилось. Оставалось лишь надеяться, что пожилая секретарша в приемной никоим образом не связана с Карсоном.
– Мне бы хотелось снова поработать с микрофишами, – сказала она, обращаясь к седовласой женщине в очках.
– Пожалуйста, – ответила та, продолжая что-то печатать на компьютере. – Вы знаете, где это.
– Разумеется, спасибо. – И она направилась в заднее помещение, где стояли шкафы с микрофишами и машины для их чтения. Она уже успела сверить список Мариано, однако теперь в ее распоряжении был другой, полученный у Флетчера Харкорта, более длинный и подробный.
Она решила начать с как можно более старых газет, с конца пятидесятых. И тотчас обнаружила несколько имен, которые совпадали с именами в ее списке. Впрочем, хотя имена и были те же, люди оказались другие. Когда она прочла заметку, выяснилось, что никто из них не был обитателем дома.
Затем всплыло еще одно имя. Некто Винсент Малой, который, по словам Флетчера, жил в старом доме в начале шестидесятых. Он был арестован за хулиганство в пьяном виде. А в шестьдесят пятом некто по имени Рикардо Лопес погиб в автомобильной катастрофе на шоссе номер пятьдесят один.
Элизабет вздохнула и вернулась к каталогу за следующие десять лет, сравнивая имена в своем списке с именами на микрофише. Было одиннадцать часов, и утро быстро заканчивалось, уступая место полудню, когда всплыло еще одно имя из ее списка.
Консуэла Мартинес, а ниже имя ее мужа, Гектора. Этот каталог покрывал семидесятые, то есть тот период времени, если верить Флетчеру Харкорту, когда Мартинесы не жили в старом доме. Впрочем, можно ли полностью полагаться на память старика?
Элизабет быстро пробежала глазами микрофиш. Эти два имени встретились ей десяток раз.
Вернувшись к шкафу с микрофишами, она взяла тот, на котором хранилась самая ранняя статья, в которой упоминались имена Консуэлы и Гектора Мартинес – за 15 сентября 1972 года. Аппарат для чтения микрофишей негромко гудел. Элизабет неторопливо перематывала пленку, пока не нашла нужную ей статью – она располагалась в нижней части страницы. Стоило ей прочесть заголовок, как внутри у нее все похолодело.
Супружеская пара из Фресно арестована за убийство.
Пульс забился как бешеный. Она быстро пробежала заметку глазами, затем прочитала снова, уже внимательнее. К тому моменту, когда она закончила ее читать, сердце, казалось, было готово выскочить у нее из груди, а во рту пересохло.
Согласно статье, супружеская пара из Фресно, которая некоторое время жила в Сан-Пико, была арестована по подозрению в похищении и жестоком убийстве двенадцатилетней девочки. До убийства ребенок подвергся сексуальному насилию, и, согласно статье, муж, и жена предстали перед судом по обвинению в убийстве, которое произошло в их доме.
Элизабет задумчиво откинулась на спинку стула. Хотя убийство произошло во Фресно, а не в доме на «Харкорт фармз», чудовищность этого преступления, тот факт, что оно произошло в доме, где жила супружеская пара, и то, что жертвой преступников стал ребенок, – от всего этого было невозможно отмахнуться.
В течение следующего получаса Элизабет нашла, прочитала и распечатала все статьи из местной газеты Сан-Пико, в которых упоминались супруги Мартинес. Поскольку к тому времени они переехали в другой город, события освещались бегло. Элизабет сумела откопать лишь скудную информацию о погибшей девочке и несколько подробностей самого преступления.
Газета напечатала также заметку накануне суда, а потом еще одну – после, когда супругов уже осудили за совершенное злодеяние. Самый важный материал был озаглавлен «Гектор Мартинес приговорен к смертной казни». По причине особой жестокости преступления присяжные высказались за смертную казнь, и судья с ними согласился. Его супруга была приговорена к пожизненному заключению без права на освобождение по амнистии.
Последняя дата, которая значилась в каталоге, – 25 августа 1984 года. В заметке сообщалось о том, что после двенадцати лет ожидания исполнения приговора Гектор Мартинес был умерщвлен в газовой камере тюрьмы Сан-Квентин.
Усталая и взволнованная одновременно, Элизабет взяла распечатки и покинула здание редакции. Убийство во Фресно может быть никак не связано с домом в Сан-Пико. И тот факт, что пара когда-то жила в нем, может быть чистой воды совпадением.
И тем не менее то, что ей удалось раскопать, наверняка поможет им найти ответ на вопрос, что, собственно, творится в доме на «Харкорт фармз».
Глава 21
Сидя за письменным столом, Зак слушал, как Элизабет докладывала ему малоприятную информацию, которую ей удалось раскопать утром в редакции газеты. От тех вещей, что она ему говорила, по коже забегали мурашки.
– Мне кажется, это важное для нас открытие, Зак.
– Мне тоже. Сейчас мне нужно завершить кое-какие дела, но ближе к вечеру я к тебе приеду.
– Ближе к вечеру? Ты хочешь сказать, что берешь отгулы?
– Я уже принял решение и даже успел сегодня утром поговорить с моим партнером, Джоном Ноблом. Он пообещал подхватить на этой неделе мои дела. К тому же звонил доктор Марвин. Сказал, что хочет поговорить со мной и Карсоном о новой операции. Он приедет в Сан-Пико в среду, чтобы еще раз взглянуть на отца. И когда он будет здесь, то надеется поговорить с нами обоими.
– Отлично, Зак. Возможно, это и есть тот самый шанс, которого ты так долго ждал.
– Хотелось бы надеяться. А пока мне нужно будет снова поговорить с Мариано. Никак не могу забыть ту жуткую ночь в доме и не могу не думать о Марии. Нужно непременно выяснить, что там творится. И если Марии и ее будущему ребенку действительно угрожает опасность, то с каждым часом времени у нас все меньше и меньше.
