не хотелось ехать в особняк. Конечно, это не значит, что Арслан, раз вернулся, там появится. Но все равно возвращаться туда казалось невыносимым.
— Может она как в прошлый раз, у входа его подкараулила. Ульяна, ты поступила неразумно, наверняка сама уже это понимаешь. Позвони ему.
— Можно я у тебя переночую?
— Дорогая моя, ну конечно! Не волнуйся, я сама позвоню Фариду Хасановичу. А ты позвони Арслану. Хотя нет, не звони пока. Тебе надо прийти в себя, отойти немного. Я постараюсь все узнать, почему он был с Кирой.
— Не нужно ничего выяснять, прошу тебя, — хватаю Женю за руку. Она ободряюще сжимает ее в ответ.
— Хорошо, как скажешь. Ты, главное, успокойся. Не переживай так, не изводи себя.
— Черт, я бросила там Саиду… — закрываю лицо руками. — Фарид отпустил ее только со мной.
— Ничего, Лика за ней присмотрит. Да и брат ее там. Не переживай, Ульяна. В последнее время на тебя столько навалилось, ты имеешь право на маленький нервный срыв. Пошли все к черту и думай только о себе. Хотя бы один день в году, тебе это нужно, милая.
— Женечка, можно к вам? — в комнату заглядывает мама Евгении, Анна Матвеевна. — Извини что отвлекаю. Берслан попросил тебя подойти.
— Я сейчас вернусь, — поворачивается ко мне Женя, вставая.
— Мы с Ульяной можем пока на кухню сходить, перекусить чего-нибудь. Или здесь могу побыть, — Анна Матвеевна всегда очень заботлива.
— Я не голодна, спасибо, — чувствую себя крайне неловко. Ведь ничего ужасного не произошло, всего лишь увидела парня, в которого влюблена, с его бывшей. Самая банальная что ни на есть история! Смешно даже. А со мной тут носятся как с умирающей. Честное слово, стыдно!
— Спасибо вам огромное за все, — меня снова душат слезы. Такая нервозность не очень мне свойственна, и я ужасно злюсь на себя.
— Хорошо, скажи, если что понадобится.
Анна Матвеевна с Женей уходят. Я прислушиваюсь к голосам внизу. Подхожу к двери. Что-то тревожит меня… И тут понимаю… что это голос Арслана! Он о чем-то спорит с Женей!
Он приехал сюда за мной! Как узнал, что я здесь? Хотя, что удивляться, Берслан наверняка сказал. Да и разве это важно?
Он здесь! Сердце стучит глухо и отчаянно. Глаза застилают предательские слезы. Подхожу к зеркалу, смотрю на себя. Не хочу, чтобы он видел меня такой! Макияж смыт, глаза красные, лицо опухшее. Вот только слишком поздно, Эстемиров, как ураган, врывается в комнату.
— Поехали, — кидает отрывисто.
— Ты можешь быть чуть поспокойнее, — следом вбегает взволнованная Женя. Руками держится за живот, и я тут же перестаю думать о себе, о своей обиде. Не хватало еще выяснять отношения перед ней! Она беременна, ей совсем противопоказано волнение.
Поэтому, киваю. У меня нет желания разговаривать сейчас с Арсом, я совсем к этому не готова. Но и к скандалу в чужом доме, перед людьми, которые очень мне дороги — тем более. Несмотря на сильную обиду и боль, я киваю.
— Жень, я поеду. Извини пожалуйста, что причинила столько беспокойства.
— Что ты такое говоришь, ты ничего мне не причинила! Арс, нельзя так врываться…
— Жень, они сами разберутся, — властный голос Берслана ставит точку в споре. По глазам Арса вижу, что он все равно не отступил бы. Сейчас главное увести его отсюда. Не хватает еще, чтобы из-за меня друзья перессорились!
Спускаюсь вниз. Там Анна Матвеевна, рядом две девушки, работающие в доме прислугой. Мой визит превратился, похоже, в своеобразное представление.
Арс протягивает мне плащ. Бежевый. Мой. Тот что в клубе забыла. Какой заботливый! Привез, не счел за труд! Проснувшаяся внутри язвительность не добавляет настроения. Снова вспоминаю как обнимала его Кира, держала собственнически под руку. Меня начинает колотить. Хочется в ответ причинить Арсу тоже боль, какую сама испытываю.
Прощаюсь с Тоитовыми, направляюсь к двери, Арс отступает на шаг и, пропустив меня вперед, следует за мной, выглядя при этом как грозовая туча, готовая разнести все к чертовой матери.
Наверное, его взбесило мое поведение. Дрожу всем телом, чувствуя, как легкие сдавил крепкий кулак тревоги и страха. Что если он выскажет мне за то, что бросила Саиду, а потом заявит, что помирился с Кирой?
***
— Зачем ты приехал? Я хотела остаться ночевать у Жени, — говорю тихо, когда машина трогается с места.
— Давай поговорим, когда приедем, — отвечает отрывисто. — Я слишком устал, не хочу попасть в аварию.
— Ты сегодня прилетел?
— Да.
Ясно. И Кира узнала об этом раньше меня. Она с ним была задолго ДО меня.
Глава 37
Арслан неразговорчив, действительно, заметно что сильно устал, но сейчас мне не до того чтобы сочувствовать ему. Злюсь ужасно на его поведение. Почему он обращается со мной как с игрушкой? Я не хочу никуда с ним ехать вот так! Мне нужны объяснения. Но не могла же я устроить скандал в доме Тоитовых. Женя и ее родственники этого точно не заслуживают!
Арслан должен это понимать. Вот только судя по его бесстрастному лицу — ему все равно.
— Я думала, что мы едем в особняк, — замечаю дрожащим от ярости голосом, когда Эстемиров сворачивает в знакомое место. Он везет меня на квартиру Крюгера!
Для него я просто девушка для секса. Которая должна терпеть, даже если он появляется рядом с бывшей. Ничто не играет роли, кроме его удовольствия.
Он даже ничего не отвечает мне. Только на слове «особняк» заметно, как стискивает челюсти.
По инерции следую за ним в квартиру, внутренне закипая все сильнее. Никогда не закатывала скандал парню. Да что там, я даже с мамой всегда старалась сглаживать конфликты. Но сейчас я на грани истерики.
Входим в темное помещение, проскальзываю мимо Арслана, он включает свет. Обернувшись, вижу, как он раздевается, закатывает рукава рубашки, обнажая мускулистые предплечья с проступающими на них венами, и тут же забываю все что хотела предъявить ему.
Арслан открывает холодильник, кривится недовольно. Голоден? Бедняжка, почему не попросил Киру приготовить ужин? — язвлю мысленно.
Открывает стеклянную бутылку сока, пьет жадно. Скольжу по нему взглядом. Все так же спокоен и неотразим. А я — рассыпаюсь, разбиваюсь вдребезги. Мне нужны ответы.
— Я очень устала, и ты тоже, — начинаю первой.
— Да, в этом ты права, Ульяна. Идем лучше спать, я только душ приму, — кивает спокойно.
— Я не буду здесь ночевать. Вызову такси. Извини, но так не получится.
— Как?
— Ты ведь и сам понимаешь. Нам лучше позже поговорить…
До меня вдруг доходит, что я совершенно не умею отстаивать себя. Свою
