как и я.
- Все делают свой выбор, они – такой сделали.
Наш не убиваемый пикап катится за грузовиком, впереди разгрузка и ужин, размещение пленных в приготовленном каземате и, наконец, долгожданный отдых.
Жека сзади тоже устало молчит и курит, жадно затягиваясь, похоже, привычка от прежнего владельца этого тела осталась у прежде некурящего парня.
Следующая глава последняя в этой книге.
Больше новинок на http://litres.ucoz.site/
Или на нашем телеграмм канале https://t.me/martin_2015
Глава 28
Вечером, после позднего ужина, сил у всех нас не осталось совсем…
Едва заползли на третий этаж мы с Ирой, Жека остается пока жить на первом этаже.
Все не может Алену забыть, хотя, сегодня много раз мелькали среди спасенных симпатичные мордашки с огромной надеждой в глазах встретить своего личного сильного защитника среди освободителей, исхудавшие за время лишений, конечно.
Который заберет в безопасное место, где можно кипятить чай или гулять по улице, спускать воду в унитазе и с кем-то в голос разговаривать, не ожидая неминуемой смерти.
Сначала просто сидели в креслах, борясь со сном и засыпая время от времени. Через часок, как и ожидали, силы снова вернулись в наши тела и, сняв одежду, пропотевшую и забрызганную кровью и прочими потрохами, мы снова забрались в гигантскую ванну, отмокая и проходя в себя.
Помывшись, переоделись в чистое и закинули шмотки в еще работающие стиралки, дорогие и умные. На сколько времени нашему поселку хватит электричества и даруемых им благ – никто не знает, поэтому используем каждую возможность держать себя в чистоте. Потом уже на генераторах будем жить, благо они почти в каждом доме и не по одному имеются.
В нашем жилище три спальни на первом этаже, три - на втором и две – на третьем, то есть, с комфортом может расположиться восемь семей. Еще в подсобках разных можно разместить примерно четыре семьи, выходит, что человек тридцать пять – сорок вполне дом сможет принять на своей территории. Проблемы будут со стиркой и сушкой одежды, зато, имеется большая баня с видом на озеро, даже с витринными окнами, поэтому мыться и париться будет не сложно.
Да и белье с одеждой сушить тоже, хотя, с излишней чистоплотностью придется однозначно завязывать, в богатых домах избалованные мадамы привыкли по три раза в день душ принимать, теперь – раз в неделю, в лучшем случае, как в армии водят в баню.
Даже красиво сложенная поленница имеется на заднем дворе, на пару месяцев хватит, впрочем, мы уже решили, что этими поленьям будем только разжигать печь и камин, а потом использовать уже свежие нарубленные дрова из леса.
Теперь пора думать о бензопилах и топорах во время мародерки, посетить пару подходящих магазинов и сделать себе запас цепей и масла побольше и, конечно, различных топоров и пил, для ручной, полезной для организма работы.
С новой то силой, напилить и нарубить вручную пару стволов, которых хватит на неделю общего домового обогрева – нет никаких проблем.
Я даже записываю себе в тетрадочку новые дела и потребности, но, учитывая, что нам требуется все, абсолютно все, тетрадочка уже распухла конкретно.
Интересно, как смогут пережить холода зараженные, по идее они должны замерзнуть уже при первых осенних заморозках полностью, кроме самых высокоразвитых.
Хотя, они и так уже выглядят полумертвыми, больше одной недели точно не протянут те, кто не смог найти от кого подпитаться. Да и те же единички и двойки через неделю-две замерзли бы после холодной ночи. Только тройки, четверки и пятерки выглядят полными сил, в отличии от своих собратьев, может, жрут тех понемногу, когда нет свежих людей на закуску.
У троек то, точно, с таким делом проблемы, с ежедневными свежими людьми, они еще не настолько далеко ушли от обычных людей, чтобы вырывать железные двери, как старшие собратья.
Правда, погрызенных своими же тел зараженных мы еще не находили, впрочем, может, какое-то чувство корпоративного стыда у зараженных присутствует, о том, что своих кушать – это нехорошо. И поэтому предназначенных на еду утаскивают в укромные места, которыми теперь стали все подъезды и подвалы.
Выбравшись из джакузи, мы залегли на кровать и пока еще оставались силы в разморенных теплом и уютом телах, занялись своими процентами за сегодняшний день и вечер, учитывая, что махать острыми предметами нам пришлось, как никогда.
Впереди еще минимум неделя такого плотнейшего сенокоса для освобождение всех соседних районов города и до каких вершин я смогу подняться по уровням, даже загадывать опасаюсь.
По уровню в день – это минимум, как мне кажется.
- Серый, у меня восемьсот процентов, так что - я улетаю, - мурлыкнула подруга и замерла, ловя свой приход, ей осталось прокачать только ВОСПРИЯТИЕ, и она окажется на одиннадцатом уровне, где еще хватит процентов на один навык, раз умений у Иры не имеется.
Я не стал дожидаться, пока Ира придет в себя, раз уж мы в безопасном месте и под нами есть еще два этажа вооруженных людей, поэтому занялся собой. У меня набралось уже тысяча сто сорок процентов и есть, о чем подумать в моем случае.
Я поднимаю ПОЗНАНИЕ до половины и РЕГЕНЕРАЦИЮ выше половины уровней, на всякий случай:
УРОВЕНЬ 14
НАВЫКИ:
СИЛА - 8/8
ЛОВКОСТЬ - 8/8
ЭНЕРГИЯ – 8/8
ВОСПРИЯТИЕ 10/16
РЕГЕНЕРАЦИЯ 9/16
ПОЗНАНИЕ 8/16
ОЦЕНКА 2/16
УМЕНИЯ:
НЕЗАМЕТНОСТЬ 8/8
СКОРОСТЬ 5/8
Остается поднять еще СКОРОСТЬ и ВОСПРИЯТИЕ, чтобы получить новый уровень, на один навык или умение у меня уже почти есть необходимая сумма процентов, на второй я накошу за пару часов с утра с новыми силами.
С такими мыслями я засыпаю.
Просыпаемся мы рано, кажется, у всех, вставших на путь ускоренного развития, такой метаболизм присутствует, выспаться полностью хватает всего пяти часов.
Снова готовимся к выезду, пленных загружают в кузов грузовика, вместе с ними получаем ранний завтрак, как заказали с вечера, и наша колонна вытягивается на выход из поселка.
Маша рассказала нам вчера, что в поселке все спокойно, семьи наших сторонников с удовольствием приходят столоваться на нашу кухню, дети местных и пришлых уже играют вместе.
- Ну, детям то легко подружиться, а вот нам с ними не так просто жить вместе, - ответила Ира, внимательно выслушав рассказ Маши про сегодняшнюю обстановку в поселке.
- Это ладно, мы сейчас союзники. Как оставшиеся жители, которые не приняли нашу сторону, но и не успевшие ничего натворить в то время, когда здесь правила
