— Дядя Ной! — Мать не успела его остановить, и парнишка соскочил со стула. Вскоре к нему присоединились родной брат и маленькие кузины. Все четверо вытанцовывали вокруг Ноя, ожидая своей очереди поприветствовать любимого дядюшку. Никто из них не обращал внимания на ребенка, которого Ной держал на руках.
Опустившись на колени, он каждого крепко обнял свободной рукой, а Элис и Кэти еще и поцеловал по их настоятельному требованию.
— Кортни, — изумился Салем, — определенно эту рыбу есть нельзя!
Иерихон поднялся с места и, подойдя к расшалившимся детям, сгреб обеих дочерей под мышки, оттащив их от Ноя, чтобы те не свалили его с ног. Их протестующие возгласы остались незамеченными.
— Предупреждаю, мы выпустим эту рыбу обратно в реку, если вы будете продолжать ее мучить, — подмигнул Иерихон, посмотрев на Салема.
— Ты слышала, как они меня называют? — спросил Ной, повернувшись к Джесси. Слегка шлепнув Трэнтона и Трэвнса, он отправил их опять к столу. Оставаясь на месте, Ной обнял Джесси за плечи и притянул к себе. — Вот моя семья. — В его голосе звучала гордость. — Как бы им всем ни хотелось бросить меня в реку, они не сделают этого, пока не удовлетворят своего любопытства.
Джесси застенчиво улыбнулась под изумленными взглядами стольких глаз, и была очень признательна Ною за то, что он вернул ей Гедеона. Она так сильно прижала малыша к груди, что тот даже чуть взвизгнул, а его пухленькие щечки раскраснелись.
— Очень рада познакомиться с вами, — произнесла Джесси.
Некоторая растерянность, прозвучавшая в ее голосе и отражавшаяся в красивых светло-серых глазах, вызвала взрыв радушного смеха и улыбки всех сидевших за столом.
— Не знаю, как вы можете… — с сочувствием обратилась к Джесси Эшли, поднимаясь со стула, когда смех прекратился. — Я имею в виду, как вы можете быть рады
— встрече с нами. Я отлично помню свой первый приезд в этот дом и страх, который испытывала тогда перед всеми Маклелланами. — Она бросила взгляд на Ноя. — Будь любезен, подведи ее к нам поближе для знакомства.
— Очень хорошо. — Ной подошел к столу, оставивДжесси. — Это моя мама, Черити Маклеллан. — Ной наклонился и поцеловал мать.
— Мне так приятно снова видеть тебя, сын, — не скрывая радости, сказала Черити. Она схватила руку Ноя, словно пытаясь убедиться, что это не сон. Черити тепло улыбнулась Джесси, поправив свои каштановые волосы, когда Ной отошел и встал возле обоих мальчишек.
— Это Трэнтон и Трэвис Маклеллан.
— Привет, — сказал Трэнтон. — Мне шесть лет. — Он толкнул локтем своего брата, который заученным жестом показал три пальца.
Ухмыльнувшись, Ной взъерошил их темные волосенки и шагнул к Эшли.
— Уверен, ты догадалась, что это моя невестка Эшли Маклеллан, — обратился Ной к Джесси, радуясь тому, что мальчики смогли вызвать ее искреннюю улыбку. Он быстро
Поцеловал Эшли. — Прекрасно выглядишь, — признался Ной, имея в виду ее здоровый цвет лица и красивые густые волосы. — Кортни сообщила, что ты родила еще одного мальчика.
Эшли звонко расхохоталась, снова усаживаясь на стул.
— Представляю, каким тоном она рассказывала вам об этом. Ей ведь так хотелось, чтобы родилась сестренка. — Взгляд Эшли упал на Джесси, а потом переметнулся на Гедеона. — Кристиан будет рад компании в своей детской.
Ной перешел к старшему брату.
— Это Иерусалим, — продолжал он знакомить Джесси со своими^ родными, — хотя советую тебе называть его просто Салем. Ему не нравится имя, которым родители
Окрестили его.
Наблюдая за дружественным рукопожатием братьев, Джесси была поражена их сходством. Однако на первый взгляд оно не так бросалось в глаза. Волосы Салема имели более темный оттенок, чем у Ноя, а глаза были оловянно-серого цвета, но атлетическое телосложение обоих братьев выделяло их, по мнению Джесси, среди остальных мужчин. Она бросила взгляд на отца Ноя, который встал за минуту до того, как к нему подошел сын.
— А это мой отец, Роберт Маклеллан, — сказал Ной, крепко обнявшись с отцом.
Джесси сделала небольшой реверанс. Ей показалось, что она уже где-то видела этого человека. Он был таким же широкоплечим, как и его сыновья, и хотя виски окрасила седина, его волосы по-прежнему оставались темными и густыми. Улыбался он чуть смущенно, но приветливо.
— Мой зять Иерихон Смит, — представил родственника Ной, похлопав Иерихона по спине.
— О Боже, — прошептала Джесси, узнав в этом человеке Джеффри Хантерсмита, стенхоупского графа.
Иерихон растянул губы в ленивой улыбке, светлый локон блестящих волос упал ему на лоб.
— Здесь меня никто так не называет, — сказал он, бросив лукавый взгляд на свою жену, — за исключением Рыжей, когда она хочет мне нагрубить.
Предвидя реакцию своей рыжеволосой сестры на поддразнивание мужа, Ной быстро вмешался:
— Позволь представить тебе Элис. — Он указал на белокурую маленькую девочку, сидевшую на левом колене Иерихона. — Ей скоро исполнится пять лет. А морковные
— кудряшки принадлежат Кэти, которой три годика. — Обе девчушки стыдливо спрятали свои мордашки на груди у отца. — А где Гарланд? — спросил Ной.
— Дремлет, — ответил Иерихон, усаживая снова дочерей на их стулья.
— Ну что ж, — протянул Ной, окидывая взором весь стол и старательно избегая обращать внимание на сестру, — кажется, в таком случае я всех представил. Вероятно, Гаррет и Дарлен остались дома у себя. — Ной повернулся в сторону Джесси. — И как я уже говорил тебе, Лиа и Трои живут в Нью-Йорке.
— Ууух! Я знала, что ты ужасно противный, Ной! — выкрикнула Рэй, вскочив на ноги. Впорхнув в объятия свое го брата, она стала обнимать его с таким же энтузиазмом, который был проявлен детьми.
Смеясь, Ной подхватил ее, оторвав от пола, поцеловал в щеку, а затем опять опустил, обняв за талию.
— Это моя сестра Рахиль. Мы зовем ее просто Рэй. Иерихон называет ее Рыжей по вполне понятной причине.
Рэй топнула ногой, ткнув брата в бок.
— Достаточно! Мы все были на редкость терпеливы, но ты наконец должен все-таки перестать болтать. — Рэй вытащила стул и обратилась к Джесси:
— Простите, мы
Вели себя невоспитанно. Присаживайтесь, пожалуйста. Вам, должно быть, не очень удобно стоять, выслушивая Ноя. И даже никто не предложил вам присесть.
Благодарная Рэй за внимание, Джесси устроилась на стуле. Лучи солнца просеивались через стекла огромной полукруглой веранды, и Джесси ощущала, как они ласкали ее лицо. Она была бы потрясена, если бы узнала о том, что все Маклелланы в этот момент сравнивали ее с Мадонной, обладавшей спокойной, безмятежной красотой.
— Я полагаю, вы все немного удивлены тому, что Ной приехал домой не один, — промолвила Джесси. В этом доме она не чувствовала враждебности по отношению к себе. На оборот, все были к ней необычайно добры. Джесси развернула Гедеона так, чтобы он смог увидеть каждого. Его глаза были широко раскрыты, а губы, растянувшиеся в улыбке, слегка вздрагивали, когда он рассматривал незнакомые лица.
