— В таком случае я постараюсь класть вещи туда, куда нужно.
Ной нахмурился из-за внезапной перемены ее настроения. Сможет ли он когда-нибудь узнать ее сокровенные мысли? Почему столь неожиданно она изменилась к нему? Сконцентрировавшись на Кортни, он решил не обращать внимания на Джесси.
— А почему ты рыбачишь одна, Корт? Где все остальные?
Девочка повернула к нему лицо, и Ной заметил на нем выражение обиды.
— Все ужинают.
— А почему тогда ты не с ними?
— Потому что я терпеть не могу оленину и честно призналась им в этом. Но папа решил, что я грубая и в таком случае должна сама позаботиться о своем ужине. — Джес
— си сочувственно и глубоко вздохнула. — Вот почему я в одиночестве ловила рыбу. Но, подозреваю, до завтрака я умру голодной смертью, поскольку рыба совсем не клюет.
— Наверное, так и будет, — согласился Ной, ухмыльнувшись, отчего уголки его губ приподнялись. Он бросил взгляд на Джесси, которая тоже улыбалась. — Надеюсь, ты любишь оленину? — прошептал он заговорщическим голосом.
— Я не посмею жаловаться, — тихо ответила Джесси, робко посмотрев на Ноя, — даже если нам подадут к столу рис с котятами.
Ной громко расхохотался, откидывая голову:
— Ох, Джесси, ты просто прелесть!
Джесси не переставала удивляться его поведению.
— Позволь мне взять Гедеона, — обратился к ней Ной, когда они подошли к подножию поросшего травой холма. — Теперь я понесу его. Наш дом за этим холмом.
Сначала Джесси захотелось возразить. Держа Гедеона, она чувствовала себя в какой-то степени в безопасности. Но после минутного колебания все-таки уступила:
— Хорошо, возьми его.
— Если ты против, я не стану…
— Нет, все нормально, — поспешила ответить Джесси, увидев, что обидела Ноя. Она не хотела давать ему повода думать, будто не доверяет Гедеона. Как бы Ной ни обращался с ней, Джесси видела, что он очень заботился о малыше. — Спасибо, а то у меня уже руки болят.
Ной, кажется, догадался о причине ее нерешительности. Удобно усадив Гедеона на правой руке, он обнял левой рукой ее плечи.
— Джесси, тебе не следует ничего бояться, лишь придерживайся нашей стратегии.
Ной помог ей взобраться на холм, где их с нетерпением поджидала Кортни. Увидев дом Маклелланов, Джесси неожиданно почувствовала странное спокойствие. До этого момента она ничего не ожидала от предстоящей встречи, поскольку знала, что всем здесь будет чужой, однако сейчас ей страстно захотелось, чтобы все оказалось иначе. На фоне высоких, могучих дубов дом Ноя казался впечатляющим, но не вычурным. Четыре белые колонны поддерживали крыльцо, а белая крыша сверкала в лучах заходящего солнца. Привыкшая к скучному серому камню, из которого строились почти все дома в Англии, Джесси пришла к выводу, что красный кирпич, служивший материалом для дома Маклелланов, создавал впечатление тепла и уюта. Над крышей возвышались четыре трубы, соперничавшие с деревьями за господство в небе. В окнах с белыми ставнями отражалось вечернее солнце, и казалось, что они подмигивали в знак приветствия. К восточной стороне дома были пристроены две открытые веранды, имевшие выход в роскошный, ухоженный сад.
— Не слишком-то восхищайся, — сказал Ной чуть грубовато, заметив, какое впечатление произвела на жену открывшаяся взору панорама. — Мы здесь не задержимся надолго.
Радость Джесси померкла. Она и не собиралась демонстрировать свои эмоции.
— Да, — почти прошептала она, — я знаю.
Прежде чем Ной смог что-нибудь ответить, их диалог оборвала Кортни, потребовав, чтобы они шли быстрее.
— Если мы не будем поспевать за ней, она испортит наш сюрприз, — сказал Ной, сбежав по холму вниз. Кортни уже неслась по широкой лужайке, ведущей к
— веранде. — Это важно для меня, Джесси. Я много размышлял и понял: будет лучше, если моя семья поверит, что мы с тобой счастливы.
— Мы уже обсуждали этот вопрос, — попыталась уйти от ответа Джесси.
— Ты должна это понять.
Джесси ощутила потребность протестовать.
— Ной, но это несправедливо по отношению к ним. Лучше отправь меня назад, в Англию.
— Когда придет подходящий момент, — он поймал взгляд ее светлых глаз, — не раньше.
Они догнали Кортни возле входа в дом. Та поспешно надела носки с туфлями, радуясь тому, что нашла их на прежнем месте. Затем Кортни проводила Ноя с Джесси в прихожую, приложив палец к губам, чтобы те молчали. Чувствуя себя детьми, играющими в заговорщиков, они послушались.
Потихоньку открыв тяжелые двойные двери и просунув лишь голову, Кортни приняла раскаивающееся выражение лица и стала выжидать, когда кто-нибудь заметит ее присутствие.
Эшли Маклеллан краем глаза увидела свою дочь и слегка толкнула локтем мужа. Салем оторвался от еды и едва не рассмеялся, заметив крошечную головку Кортни, торчавшую между дверей. Затем он ласково обратился к ней:
— Ты уже готова присоединиться к нам, Корт?
— Да, папа, — таинственно сказала она. — Я кое-что выловила себе на ужин.
— Большую рыбу? — спросил он, удивившись.
— О да! Очень большую! — выплеснула свою радость Кортни.
Салем еле сдерживал улыбку.
— Надеюсь, ты отдала ее Тильде, чтобы та приготовила тебе ужин? Не думаю, что бабушке понравится, если ты принесла се сюда в сыром виде.
— Верно, дорогой, — согласилась Черити, положив в свою вилку на стол. В ее темно-голубых глазах мелькнули озорные огоньки, когда она повернулась к внучке. — Пожалуйста, скажи: ты отдала рыбу Тильде?
Кортни окинула озорным взглядом всю комнату, радуясь, что стала центром всеобщего внимания. Сидя во главе стола, бабушка с умилением смотрела на внучку. Рэй и Иерихон вместе со своими старшими дочерьми, занимавшими места между ними, тоже повернулись в сторону дверей в надежде разглядеть рыбу Кортни, если таковая существовала. Даже братья Кортни, Трэнтон и Трэвис, не сводили с нее восхищенных глаз.
— Сомневаюсь, что Тильде захочется жарить эту рыбу, — загадочно произнесла Кортни. — Я даже не знаю, что это за разновидность. — Может быть, ее вообще нельзя есть. — Кортни услышала, как Ной хмыкнул за ее спиной. — Мне бы все-таки очень хотелось, чтобы кто-нибудь из вас ответил, кого же я поймала.
— Отлично, — заявила Черити, — ну тогда покажи ее нам! Хотя лучше бы, чтобы она уже была приготовлена и лежала на тарелке.
Радуясь, что так здорово всех разыграла, Кортни распахнула двери и отпрыгнула в сторону.
Обняв Джесси за плечи, Ной шагнул вперед. С лукавой улыбкой на устах он молча считал секунды, пока продолжалась пауза, а Джесси благодаря ей могла перевести дух. Ему удплось дойти до пяти, когда раздался крик Трэнтона.
— Дядя Ной! — Мать не успела его остановить, и парнишка соскочил со стула. Вскоре к нему присоединились родной брат и маленькие кузины. Все четверо вытанцовывали вокруг Ноя, ожидая своей очереди поприветствовать любимого дядюшку. Никто из них не обращал внимания на ребенка, которого Ной держал на руках.
