class="p1">
– Хорошо ли он относился к вам?
Ее вопрос меня удивляет. Я откашливаюсь и бросаю на нее задумчивый взгляд.
– Лучше, чем все остальные, кому я служил.
Девушка разглядывает меня так, словно ищет шрамы и раны. Но она их не найдет. Никто, кроме меня, не может их видеть.
– Мне жаль, что у вас такая судьба, – нерешительно произносит она.
Я хмурюсь и еще раз оглядываюсь. В гостиной сидит ее больной Варра, и холод проникает сквозь гнилое дерево хижины. Как она может жалеть меня, если ее судьба еще страшнее?
Грохот заставляет меня застыть. Я снова смотрю на нежное существо, которое сейчас стоит рядом со мной, затаив дыхание.
– Черт возьми, – шипит девушка, пытаясь спрятать травы, но я хватаю ее за руку.
Она слегка вздрагивает от прикосновения и смотрит на меня большими испуганными глазами.
– Я все улажу.
Осторожными шагами я подхожу к двери и открываю ее. Двое солдат у входа с любопытством смотрят на меня.
– Как всегда, опаздываете, – упрекаю я их. – Я поймал этого фантома на сборе трав.
Когда я вижу ненависть в глазах девушки, все внутри меня застывает как лед.
Но я игнорирую ее гнев, беру со стола ступку и пестик и кладу их в маленькую раковину, прежде чем показать охранникам оставшиеся травы.
– Конфискуйте это!
– Нет! – рычит девушка и хочет броситься на мужчин, но прежде, чем она успевает опомниться, я хватаю ее и прижимаю к стене. Она задыхается и плюет мне в лицо.
– Пусть Калипар накажет вас и запретит вам переход в его царство! – кричит она хрипло и плачет. Я крепче сжимаю ее запястья, прежде чем наклониться к ней. Так близко, что охранникам кажется, будто я к ней пристаю.
– Добавь еще три ложки воды и цедру лимона, – шепчу я ей на ухо. Со стороны выглядит так, будто я шепчу ей непристойности, и это заставляет солдат позади меня мерзко посмеиваться.
Она сглатывает так громко, что я невольно смотрю на ее маску. Как бы мне хотелось увидеть губы под этой тканью. Как бы мне хотелось разглядеть ее душу. Потому что эта девушка вызывает во мне что-то такое, чего я никогда раньше не чувствовал.
– Не давайте своему отцу все сразу, – шепчу я, продолжая прижиматься своим телом к ее.
Она стонет, и ее взгляд меняется. Это прикосновение непривычно ей, и она не знает, как справиться с реакцией своего тела.
– Вы тоже можете заразиться гриппом и умрете, если не оставите себе немного лекарства, – шепчу я.
Она не двигается. Ее учащенное дыхание оглушает меня.
– Вы меня поняли, фантом? – кричу я ей. Она коротко пожимает плечами, но затем кивает.
– Да, Теневой маг.
Я смотрю на проверяющих, которые уже распихали травы по карманам. Наверняка оставят их себе. Но, по крайней мере, они не взяли с собой все.
Когда солдаты направляются к двери, я еще раз оборачиваюсь к девушке.
– Надеюсь, когда-нибудь мы снова встретимся, фантом, – говорю я ей.
– Сари, – поправляет она меня. Это смело с ее стороны – раскрыть мне свое имя. Имя, которое ей пока нельзя носить.
– А до тех пор оставайся в живых, Сари. – C этими словами я вынимаю из кармана несколько золотых монет и кладу их в ее холодную узкую ладонь.
Когда я возвращаюсь в сознание, то вижу перед собой широкую ухмылку монарха.
– Тебе понравился мой подарок, Теневой маг?
Я стискиваю зубы и молчу. Сердце громко бьется в груди. Я чувствовал, что знаю Сари. Моя душа помнила ее. И я ненавижу монарха за то, что он отнял у меня это воспоминание.
– Ты умен, Теневой маг, поэтому я сделаю тебе еще один подарок.
Каррис снова машет рукой, и два стражника вводят в комнату молодого человека. Он выглядит растерянным и беспомощным, но когда видит меня, кажется, что-то вспоминает.
– Кто это? – осторожно спрашиваю я и встаю. Даже если мне придется обуздать свой гнев на монарха за отнятое воспоминание, я не хочу и дальше стоять перед ним на коленях.
– Это человек, чьи воспоминания ты носишь в себе, Киран.
Я содрогаюсь и чувствую себя так, будто сердце вот-вот остановится.
Монарх радостно хлопает в ладоши, заставляя меня очнуться и оторвать взгляд от юноши.
– Это жених Алишан.
– Убей монарха сейчас же! – кричит голос внутри меня. Марукк Каррис не заслуживает права жить. Но сейчас он говорит правду.
– Я не люблю Алишан, – наконец понимаю я.
Ухмылка монарха становится шире, и он кивает восторженно, как маленький ребенок. И тут что-то внутри меня вспыхивает, я сжимаю руку в кулак и ударяю Марукка в лицо. Первые несколько раз он не сопротивляется. Я слышу только его истерический, больной смех, который заставляет меня ударить в третий раз, прежде чем меня схватят и повалят охранники, осыпая градом ударов по всему телу. Я почти не чувствую этого.
Я пожертвовал всем. Я предал Сари и привез монарху Ярруша. И все это произошло только потому, что Каррис привил мне любовь к девушке, которую я даже не знаю.
Открыв глаза, я вижу мокрые каменные стены подземелья. Я сразу узнаю эту клетку. Сюда сажали пьяных монахов, чтобы отрезвить, а теперь здесь заперт я по приказу первосвященника. Я поворачиваю голову и вижу монарха. Он стоит у решетчатой двери и сердито смотрит на меня. Его лицо посинело, а взгляд безумный и эйфорический.
– Ты действительно думал, что сможешь обмануть меня, Киран? – спрашивает он, обращаясь ко мне по имени.
Это мой конец. Если раньше я этого не понимал, то теперь знаю точно.
– Ты думал, что я не вижу, кто ты? Какая кровь течет в твоих жилах? Ты правда думал, что сможешь убить меня и править королевствами вместо меня?
Я не отвечаю. Монарх не стоит моих слов, и они уже ничего не изменят, не спасут Сари и остальных.
– И ты правда думал, что я не знаю, кто эта маленькая сучка на самом деле?
Я бросаюсь к решетке. Хочется выцарапать Каррису глаза и вырвать сердце, но тяжелые цепи неумолимо тянут меня назад. Монарх только смеется, а я отчаянно ищу в себе дары. Пытаюсь открыть их, но Марукк предотвращает это. Он парализовал мое тело и мою магию, как я десятки раз проделывал
