Читаем без скачивания Котёл - Ласло Варгаши

Обособившиеся одесситы, давшие согласие о единстве юго-востока лишь на словах, уже расплатились за свое головотяпство. Жалкое количество фашиствующих молодчиков разгромило миллионный город Одессу и сожгло полсотни человек в Доме профсоюзов. Где мужское население, где местные герои- Почему никто не бросился на защиту города- Защищать население Одессы надо было, а вы способны только анекдоты рассказывать, слабаки. И Одесса замерла, она может лить только слезы, а больше ни на что неспособна. Этот позор будет хвостом тянуться за ней в течение столетий. Нет в Одессе мужиков, одно бабье, а если есть хлюпики, то они, возможно, и для юбки не годятся.

Какой город еще ждет такая участь- Нельзя сказать, что здесь не поработали Колошмойши, Пердуски и всякая нечисть, которая не хочет обосноваться в земле Обетованной, возможно, потому, что там работать надо, работать, и соблюдать законы. Они хорошо знают, что в земле Обетованной надо трудиться, а не грабить беспринципных, слабоумных бандеровцев и прочих националистов, возомнивших себя мудрыми, но гроша ломаного не стоящими.

Донецкие и Луганские повстанцы работали в трудных, но поначалу приемлемых условиях, соприкасаясь только с работниками милиции и представителями новой власти. Они захватывали здания областной администрации, но работники правопорядка отбивали у них. Администрация Донецка и Луганска переходили из рук в руки. Иногда милиция переходила на сторону восставших. К двум городам примыкал и Харьков, но возможно отрицательную роль сыграл мэр Харькова Кернес, который получил вскоре травму в результате покушения и был отправлен в Израиль на операцию. У некоторых наблюдателей есть подозрение, что еврей Кернес не хотел пойти против губернатора Днепропетровской области Коломойши, как брата по крови. Короче Харьков решил подружиться с киевской хунтой. Таким образом, сопротивление киевским властям по-прежнему остались выказывать только две области, две сиротки, две бесстрашные группы, выразившие готовность подчиниться лозунгу: жизнь или смерть. Киевские власти решили арестовать руководителей восстания, и этот замысел был осуществлен. Новоизбранный губернатор Донецкой области Болотов был арестован и увезен в Киев, где его содержали около двух месяцев. Но это не испугало повстанцев, а наоборот придало им силы.

Перед дончанами выступил магнат Ренат Ахметов.

— Я с вами, — сказал он. Но как только работники его многочисленных шахт попросили Рената перечислить налоги в казну новообразованной Донецкой республики, Гобсек отказался. А миллионному городу нужны были деньги. Коломойша, как владелец «Приват банка», заблокировал все кассовые аппараты на территории Донецкой и Луганской областей.

— Я заморю их голодом, — заявил он.

Владельцы банковских карт, где хранились деньги, не могли снять ни рубля в банкомате. Как они вышли из этого положения, один бог знает. Возможно, помогли все те же русские братья.

Хунта поняла: дончан так просто не взять, они крепкие орешки. Тогда стали собирать остатки армии, где как и везде процветало воровство. Кролик заявил, что казна пуста, но он, грубо говоря, врал: он сам потянул свыше двадцати миллионов из пустой казны на личные нужды.

— У нас миллионы людей владеют мобильными телефонами, — заявил Кролик на заседании Совета министров. — Если каждый владелец перечислит пятерку на нужды армии, мы получим значительную сумму. Бросьте клич. Запустите агитацию по телевидению, по всем каналам, напишите об этом во всех газетах и собирайте, собирайте, даже обманным путем.

— Ведь чтоб обмануть, надо что-то сказать, как-то сагитировать, — сказал министр связи Разгуляйко.

— Эх, Разгуляйко- Размотайко! Как вы не понимаете- Сделайте так, чтоб один звонок абоненту и уже пятерка была на счету, вот он номер счета, на стене под портретом президента Трупчинова.

— У нас президент Пердуске, — сказал Разгуляйко. — Сам Бардак его поздравил, а нам сам Бог велел.

— Я этого не знал. Где министр культуры- Сверло, где ты- Срочно патрет Пердускке! Чтоб до конца совещания уже висел над моей головой.

Министр культуры Сверло как раз заканчивал процедуру извлечения яблочного зернышка из донышка гнилого зуба, а окрик премьера заставил его вздрогнуть и закрыть рот вместе с зубочисткой.

— Патрет, значит, а идее я его возьму. Еще ни один художник не приступал к написанию патрета. Может, повесим Юлю- Все думали: Юля будет президентом, а тут вышло, в общем, нехорошо вышло.

— Нехорошо- Ты сказал нехорошо- Фсе! ты уволен! Вы слышали, господа министры: Сверло сказал: нехорошо. Да знаете ли вы, что Пердуске великий человек, он мудрый человек, он ходит ровно по прямой дорожке и не налегает ни на одну ногу, а Юля…она хромает. Вы хотите, чтоб Украина хромала- Она и так хромала все годы, будучи порабощена Россией. Все, министр, Сверло, прощайте и не поминайте лихом.

— Шалом, Яцек! — произнес бывший министр и кисло улыбнулся.

— Давай, давай! Дуй, дуй!

— Паруубий, иди, достань патрет великого человека.

— Есть достать патрет!

Паруубий с фотоаппаратом направился в офис Пердуске.

— Стань по стойке смирно, Пердуске! Кролик требует твой патрет как нового президента, шоб висел у него над лысиной. Сделай умный и строгий вид, отец нации.

— Я приспущу штаны, а ты засними. На первый раз достаточно. Это персонально для Кролика, так ему и передай.

— А большего он не заслуживает- Что ж, ежели так, обнажайся.

— Тебе точно такой же патрет. Вы вдвоем не смогли очистить Донбасс от российских террористов. Народ Донбасса страдает, а они в своих кабинетах отсиживаются. Знаешь, сколько у меня писем от матерей и детей, да пенсионеров. И все задают один и тот же вопрос: когда наведете порядок. Да я в течение часа наведу там блеск. Ни одного террориста, ни одного здания, все города будут стерты с лица земли, а вы…будете искать работу, но выше дворника не получите. Гут бай!

23

Игорь Коломойша награбил так много денег, что не знал, что с ними делать, куда их девать. Миллиард восемьсот миллионов долларов, не самый большой капитал, но если им правильно распорядиться, он может приносить баснословные прибыли. Об этом Коломойша думал постоянно и напряженно. Подобно всем успешным бизнесменам он не пьянствовал, не снимал рестораны за границей за баснословные суммы, не разрешал детям вести разгульный образ жизни, как многие другие бизнесмены, а жену Руфь устроил на работу секретарем на один из своих заводов.

У Коломойши были еще многочисленные отделения «Приват банка», приносившие ему баснословные прибыли. Если бы он не был таким жестоким, если бы он более терпимо относился к русским, а русскими он считал и украинцев, его можно было бы считать хорошим хозяином, способным из ничего извлекать прибыль. Он ненавидел Украину, как Ленин Россию и до того, как в Киеве власть захватила хунта, жил за границей. Там у него от полноводной реки ответвился тоненький ручеек, куда уходили деньги. Но это никак не влияло на его капиталы, они все равно продолжали увеличиваться и он уже готовился стать конкурентом американских миллиардеров — еврейской национальности.

Когда в Киеве грянула полная и абсолютная «незалежность» и можно было открыто выступить против старшего брата, выказать ему всю ненависть и вылить на его голову бочки нацистских помоев, Коломойша дал согласие возглавить одну из самых богатых, самых многочисленных по населению областей Украины — Днепропетровскую область. Как и в Донецкой области, здесь тлел костер и в любое время мог вспыхнуть.

Я потрачусь немного, подумал он, а потом выжму из этих дураков все соки.

После своего назначения губернатором, ему предстояло отправиться в Днепропетровск — свой родной город. Но прежде, чем уехать, он пожелал встретиться с лидером Правого сектора Пипиярошем.

— Послушай, жаль что ты не еврей, но сумма в миллион долларов сделает тебя евреем, хотя бы на время.

— О, деньги мне сейчас нужны, как никогда. И…я слышал, что ты назначен Трупчиновым своим земляком на самую высокую должность в городе. Давай договоримся: ты — мне, я — тебе. А теперь скажи, что я должен делать.

— Пошли своих бойцов в Днепропетровск, пусть они приведут в порядок областную администрацию. Там не должно быть ни одного клерка, назначенного когда-то президентом Януковичем. Я наберу своих. В Днепре полгорода — евреи, а евреи хорошие, работящие люди. Хочешь, и из твоей банды кого-нибудь возьму.

— Договорились. Завтра два микроавтобуса, набитые бойцами, экипированные, отправятся в Днепропетровск. В городе у меня еще есть гвардейцы. Я заранее рассредоточил их по всей стране. Мне Псаки Суки порекомендовала. Как увижу ее, непременно трахну в знак благодарности за подсказку.

— Сообщи, когда все будет готово. Но, когда все клерки уберут свои толстые зады, очистят уютные кресла, пусть уборщицы все протрут, откроют все окна, проветрят помещения, закупят цветы и сделают так, чтоб все блестело. А, еще. Выдели мне охрану. Подбери плечистых, тупых, неразговорчивых бандеровцев с шести семи классным образованием. Я им буду хорошо платить. Две тысячи долларов в месяц каждому и жилье им предоставлю. Идет- А тебе построю дачу в престижном районе. А хочешь, особняк в Крыму передам.