Читаем без скачивания Покоренная викингом - Хизер Грэм

- А волки любят своих волчиц?

Мергвин улыбнулся широко, и, казалось, его древние глаза блеснули серебром.

- Я уже видел этого волка влюбленным, раньше, на далеком берегу. Ее убили, и я видел, как он страдал и выл, пока не появилась... ты. Но тогда все было по-другому. Было другое время, другая жизнь. Я не думаю, что он и сам все до конца понимает. Рианон, ты держишь волка в руках. Тебе нужно только увидеть это.

- Он снова отправляется на войну, - тихо сказала она. - Он все время отправляется на войну.

- Буря всегда предшествует затишью. Это будет последнее большое сражение Альфреда. Он одержит победу и войдет в историю как единственный король, кого англичане назовут "великим".

- А мы переживем бурю? - спросила Рианон.

Он помедлил с ответом. Сильный порыв ветра обрушился на них, взметнул его волосы и бороду. Гарт, который тихонечко хныкал, успокоился, и казалось, что даже крики матросов и хлопанье парусов стали тише и слабее.

- Мы должны ее пережить! - Это все, что он сказал.

Потом Мергвин тоже поднялся и зашагал на нос. Оставшись одна, Рианон прижала Гарта ближе к сердцу и попыталась подавить дрожь, охватившую ее изнутри.

Они пересекали море зимой, и им это удалось превосходно. К наступлению ночи она была в своем доме, ступила на землю Уэссекса. Адела пришла встретить ее, в ее комнате была приготовлена теплая ванна, а подогретый чай с корицей ждал ее на каминной полке. В ту ночь, приняв ванну, накормив Гарта и уложив его спать в крошечной детской, примыкающей к комнате хозяина, она упала на свою кровать и заснула, слишком утомленная, чтобы чувствовать обиду на то, что Эрик не пришел к ней, слишком усталая, чтобы сделать больше, чем успела сделать Дариа.

Дни шли. Рианон волновало, какое впечатление произведет на ее золовку их дом после огромного Дублина. Но Дариа была очарована, а Рианон обрадована и благодарна ей за это.

Приготовления к войне шли полным ходом. В свобод-ном дворе мужчины упражнялись во владении оружием. Кузнецы ковали оружие из стали. По ночам мужчины точили свои мечи. Постоянно приезжали гонцы. Когда наступит весна, Эрик должен встретиться с Альфредом, и они объединенными силами атакуют датчан, под предводительством Гутрума.

Рианон подумала, что невидимая война шла и внутри их дома. Она не могла понять, почему Эрик так долго не возвращается к ней. Гарт рос, и Эрик был доволен младенцем и получал удовольствие от общения с ним, но все же продолжал спать отдельно. Обиженная, она чувствовала, что начинает злиться, и неловкость положения, в котором она находилась, подливала масла в огонь. Если бы Эрик хотел ее, он просто взял бы ее на руки и получил все, что ему было нужно. У нее не достало бы сил отказаться от него. Но она слишком горда, чтобы просить об этом. Ведь он сам обещал, что не оставит ее.

Но с тех пор он даже не прикоснулся к ней.

За февралем пришел март. День, назначенный для выступления в поход, приближался, и она думала, что не перенесет этого. Мергвин был чем-то недоволен и ничего не говорил, и она очень волновалась. Решившись все высказать Эрику прежде, чем он уедет, Рианон вошла в его комнату. Она хотела постучать в дверь, но поскольку она не была заперта, то распахнулась сама собой. Она увидела, что Эрик принимал ванну, от воды поднимался пар. Но рядом с ним не было мальчика-слуги, а стояла грациозная служанка Юдифь.

Он не слышал ее стука и не видел, что она вошла, потому что его лицо было покрыто подогретым полотенцем, а голова покоилась на краю ванны. Рианон гордо подняла голову и прошла дальше в комнату. Глаза Юдифи расширились при виде нее. Рианон приятно улыбнулась ей и знаком показала, что она может идти, закрыв за собой дверь.

- Эй, Юдифь, потри-ка мне спину! - приказал он.

Рианон пробормотала что-то невнятное в знак согласия и зашла ему за спину, сняв с его лица полотенце. Он пододвинулся вперед, подставляя ей спину. Она проворно терла ему спину, кусая губы, сдерживаясь, чтобы не наброситься на него. При его следующих словах сна остолбенела.

- Ну, теперь, когда ты справилась с моей спиной, можно перейти вперед.

Его голос звучал хрипло, не оставляя сомнения в его намерениях.

- Да, милорд! Я с превеликим удовольствием позабочусь об этом, бросила она ему в ответ. И, прежде чем он успел что-то ответить, окатила его водой, намочив ему и лицо, и бороду. Развернувшись, она ринулась прочь из комнаты, со слезами на глазах и с яростью в сердце.

- Рианон! - рявкнул он властным тоном. Но она не обратила на него внимания и убежала.

Она сбежала вниз по ступеням, мимо Патрика и Ролло и людей в коридоре, мимо Аделы и Дарии, которые сидели за ткацким станком.

- Рианон! - снова прогремел его голос. Она схватила свой темный плащ у дверей и побежала к конюшням. Промчавшись мимо конюхов, она взнуздала лошадь, забралась ей на спину, не надев седла, а потом галопом проскакала мимо часовых у ворот.

Она не знала, куда едет. Она скакала некоторое время, которое показалось ей вечностью, а потом поняла, что нужно дать передохнуть ее бедной лошади. Когда наконец поехала медленнее, то обнаружила, что пошел снег и ночь очень холодная. Вокруг была темнота, и она, знавшая эти места, как свои пять пальцев, почти заблудилась.

Но это не имело значения.

- Черт бы его побрал! - крикнула она ночному ветру. А потом по ее лицу потекли слезы. Она ехала не разбирая дороги и совершенно не ожидала, что ее лошадь вдруг поднимется на дыбы с жалобным ржанием. Рианон не сумела удержаться и соскользнула с нее, упав спиной на землю. От неожиданности она некоторое время продолжала лежать на земле.

И тогда коварное животное, вырвавшись на волю, побежало по направлению к дому, к теплу, к стойлу с сеном.

Поднявшись и потерев ушибленные места, Рианон почувствовала, как ее сердце замерло на мгновение, а потом начала дрожать. Гарт! Сейчас, ночью, он спит, но утром проснется, голодный и плачущий, совсем один. Конечно, они присмотрят за ним. Там были Адела и Дариа, они не допустят, чтобы ему было плохо. В конце концов там есть козье молоко, чтобы он пил...

Она может тут и умереть. Нет, она не умрет, она хочет жить, ей просто нужно идти...

Она услышала топот лошадиных копыт, и через секунду увидела Эрика, появившегося из темноты на большом белом коне. Она быстро утерла слезы и попыталась поправить свои занесенные снегом волосы и одежду. Он остановился перед ней, вглядываясь в нее, и она была уверена, что в его глазах было удовольствие. Как он смеет!

Она двинулась в том направлении, откуда он приехал.

- Рианон!

Она продолжала идти. Он не стал останавливать ее, а шагом следовал за ней верхом.

- Я подумал, может, тебе требуется помощь?

- С чего ты это решил?

- Во-первых, лошадь, которая проскакала мимо без седока...

- А, ну, сначала мне захотелось проехаться. Но, приехав сюда, я поняла, что предпочитаю пройтись, и поэтому я отослала ее домой. Ты тоже можешь оставить меня.

- А это нужно?

- Конечно.

Она не слышала, как он спешился, она не слышала его шагов по снегу, но неожиданно он оказался прямо перед ней и схватил ее на руки. Она стала с ним бороться, но он не обращал внимания на град ее кулаков.

- Ты промокла! Ты заболеешь! - распекал он ее. Через мгновение он посадил ее на лошадь и сел сам. Но все же она продолжала вырываться из его объятий. - Какая тебе разница! - в ярости крикнула она. - Ты найдешь себе забаву, где захочешь.

- У Гарта будет разбито сердце!

- Отпусти меня... викинг, - бросила она ему вызов.

Небеса внезапно разверзлись. Из темноты на них обрушились мириады снежных хлопьев. Эрик сыпал проклятьями, понуждая лошадь двигаться вперед. Теперь Рианон пожалела о своем необдуманном побеге из дома. Они никогда уже туда не вернутся. Теперь густой мокрый снег безжалостно засыпал их.

- Но Эрик и не стремился домой. Некоторое время спустя она поняла, что он направляется в один из небольших охотничьих домиков, которые гнездились в лесу у подножия гор. Он поставил лошадь под навес, спешился и снял с лошади Рианон. Борясь с ветром, он внес ее в домик и вынужден был почти бросить ее, чтобы закрыть за собой дверь. Захлопнув дверь, он прислонился к ней, а во взгляде его голубых глаз Рианон увидела опасный блеск.

- Ну, любовь моя! Вот мы и здесь! Здесь мы проведем ночь в безопасности и тепле, и нас согреет наш собственный огонь!

Она не обращала на него внимания, повернувшись к нему спиной и пытаясь отжать воду с подола. Он шагнул к ней, и она замерла на мгновение, но он прошел мимо, не коснувшись ее. Он подошел к камину в центре комнаты и чертыхнулся, когда складывал сухие дрова и разжигал огонь с помощью кремня и кресала. Тепло было завораживающим. Она не хотела подходить ближе, но не могла справиться с дрожью.

Эрик выпрямился и огляделся. Соломенные тюфяки лежали по углам небольшой комнаты, покрытые меховыми одеялами. Слева от камина стоял большой струганый стол, а на нем рога с напитками. Он подошел к столу и попробовал из первого попавшегося рога. Потом он снова посмотрел на Рианон и пошел к ней. Она сделала шаг назад, и он остановился, а в глазах его появился дьявольский блеск, когда он передавал ей рог: