Осмотрев таким же образом содержимое стоявшего рядом с буфетом холодильника, бригадир переключил установку на обследование другой комнаты, в которую вела дверь из столовой. И здесь тоже не было ничего достойного внимания. Спальня, как спальня. Ковер во всю стену, широкая кровать, ночной столик, два шкафа для одежды.
Еле заметным поворотом ручки наблюдатель несколько увеличил радиус действия установки. Теперь на экране обозначились предметы, расположенные в самой дальней, смежной со спальней комнате часовщика.
Это было тесное, совершенно лишенное окон помещение. Судя по всему, здесь находились кабинет и рабочая мастерская Прохорова.
На обширном письменном столе возвышался самодельный многоламповый радиоприемник, здесь же в закрытых футлярах стояли электроизмерительные приборы и трансформаторы. В ящиках письменного стола взору наблюдателя открылся целый склад полупроводниковых триодов, вытеснивших в радиоприборах хрупкие, занимающие много места лампы.
«Должно быть, мастерит полупроводниковые приемники», — подумал бригадир. И в самом деле на экране перед ним проплыла целая плеяда таких приемников, чутких, безотказных, малогабаритных. Под столом стоял сколоченный из толстых досок вместительный ящик с инструментами: паяльные лампы, отвертки, стамески, шурупы, мотки разноцветных проводов.
Все, обнаруженное здесь, не возбуждало пока никаких подозрений. Увлечение Прохорова радиотехникой было широко известно всей улице, он сам всячески рекламировал эту свою невинную страсть.
В пользу часовщика свидетельствовал и довольно обширный застекленный Г-образный стеллаж, заполненный разнообразными книгами. Наблюдатель осматривал полку за полкой. Словно врач грудную клетку больного, просветила установка прилегающие участки стен. И снова нигде ничего настораживающего, никаких следов тайников, опасных для окружающих приборов.
Но что это? На нижней полке стеллажа, между двумя толстыми, старинными, с металлическими застежками книгами, точно случайно были вложены три фотографии. Бригадир еще усилил контрастность и даже присвистнул от удивления. На снимках был запечатлен профессор Стогов. Причем, судя по всему, Михаила Павловича засняли откуда-то издалека и в тот момент, когда он менее всего этого ожидал. Вот профессор с заступом в руках трудится в саду, вот он, видимо, спорит о чем-то с Игорем в столовой своего дома, а здесь Михаил Павлович, выйдя из машины, беседует с красивым элегантным человеком, в котором нетрудно было узнать Ронского.
Это уже было интересно. Теперь становилось ясно, почему Прохоров облюбовал себе мастерскую именно напротив дома Стогова.
Бригадир стал еще внимательнее. Но едва он настроился на обозрение узкой пристройки стеллажа, примыкавшей вплотную к письменному столу, изображение сначала потускнело, потом расплылось совсем, и по отливавшему голубоватым светом полю побежали, обгоняя один другого, юркие световые «зайчики».
Как ни регулировал бригадир свою установку, число «зайчиков» не уменьшалось. Более того, в дополнение к ним на экране появились зигзагообразные ярко-белые полосы, напоминающие вспышки молний на ночном небе.
Наблюдатель решил проверить исправность установки. Он вновь направил раструб электронного видоискателя на предметы, находившиеся на столе. Игра световых бликов на экране стала слабее, но и полученной ранее четкости тоже не было.
Тот же результат получился и после того, как бригадир вернулся к обозрению спаленки. Лишь в столовой изображение вновь обрело нужную четкость. Но по мере приближения видоискателя к пристройке правого стеллажа очертания предметов вновь тускнели, пока не исчезли совсем за рябью «зайчиков» и молний.
Словом, «всевидящий глаз», не терявший своих драгоценных качеств ни во мгле, ни в тумане, проникавший сквозь каменные толщи, вдруг оказался бессильным перед не защищенной никакими специальными устройствами квартирой часовщика.
«А незащищенной ли? — усомнился бригадир и тотчас же не без тревоги подумал: — А может быть, установка не совсем исправна?» Но сменив несколько объектов обозрения, расположенных на разных расстояниях от дома часовщика, бригадир убедился в полной исправности аппарата. Следовательно, дом Прохорова действительно имел какой-то сюрприз, устройство, которое отражало направленный поток элементарных частиц.
Тайну этого дома необходимо было раскрыть, и раскрыть, как можно скорее. Но как, не возбуждая подозрений хозяина, проникнуть в его вечно запертую квартиру? Надо было срочно найти решение. И, как показалось бригадиру, он после некоторого размышления нашел его. Но для выполнения его плана нужно было вернуться в город…
Когда бригадир с прежним совершенно беззаботным видом оставил свой наблюдательный пункт, работа по ремонту водопровода на участке была закончена. Однако помощник бригадира, докладывая своему начальнику об этом, все же усомнился в качестве водопроводной сети и высказал предположение, что после их отъезда могут обнаружиться новые неисправности, так как повреждение труб очень серьезно.
— Что же ты предлагаешь, Сергей?
— Даже и не знаю, что предложить. Остаться нам, всем нельзя. Вдруг авария где-нибудь в другом месте произойдет.
— Есть идея, — быстро сориентировался бригадир. — Что, если оставить кого-нибудь с контрольными приборами? В случае чего он просигналит нам — мы мигом явимся.
— Дельно, конечно. Только куда деваться парню? Не сидеть же ему среди мостовой. Вот если бы в дом куда. Ты, кажется, знаешь этого гражданина в крайнем дворе. Может, к нему?
— Ну, зачем же к Прохорову? — вставила слышавшая этот разговор Даша Рыжикова. — Его же никогда дома нет, он к себе постороннего не возьмет. Милости просим к нам. У нас просторно, не стесните. И хозяйство там, какое вам надо, устроите, и колонка напротив.
— Ну, раз сама хозяйка зовет, чего же лучше, — обрадовался бригадир. И кивнул одному из стоявших рядом рабочих: — Ты как, Петр, не против, чтобы остаться, присмотреть за колонкой? Больно уж она ненадежная.
— Надо, так надо, какой разговор? — отозвался вяловатый на вид сильно загорелый парень в красной безрукавке. — Раз хозяйка зовет — останусь.
Нужные приборы были отнесены в домик Рыжиковых, рабочие быстренько расселись в автобусы, весельчак-бригадир на прощание шутливо погрозил Васе, дескать, не обижай временного своего квартиранта, галантно простился с Дашей, вскочил в машину, и ремонтники уехали. Когда Прохоров, теперь уже пешком, и поэтому раньше обычного, отправился на работу, улица была пуста.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
