Читаем без скачивания Умри завтра - Питер Джеймс

– Шхуна прочная, рассчитана на бурное море, – возразил Див. – Вряд ли затонула.

– А несчастный случай? – спросил Гленн. – Столкновение? Пожар? Саботаж? Или что-то похуже…

– Например? – уточнила Таня Уайтлок.

– Тут вообще какая-то бессмыслица, – объяснил Гленн. – Я разговаривал с женой шкипера. В пятницу вечером они должны были праздновать годовщину свадьбы. Столик в ресторане заказали. Клиентов на ночную рыбалку не было. А он вместо того, чтобы пойти домой, ушел в море.

– Ну, я его вполне понимаю, – кивнул Арф. – Либо ужин с женой, либо один в море – какое может быть сравнение!

Все усмехнулись. Таня, у которой семейная жизнь началась лишь несколько месяцев назад, отнеслась к проблеме серьезней коллег.

Гонзо кивнул на окно:

– Ветерок девять баллов. Знаешь, что сейчас на море творится?

– По-моему, волнение. – Гленн с недоумением посмотрел на него.

– Если хочешь, чтоб мы посмотрели, посмотрим, – сказал Див. – Только ты тоже с нами пойдешь.

79

Линн в наушниках сидела за рабочим столом бригады «Осы-разорители», дергаясь от нетерпения, глядя на календарь, висевший на красной перегородке справа от компьютера. До Рождества три недели. Никогда в жизни она не чувствовала себя такой неподготовленной и такой равнодушной к празднику. Ей нужен только один рождественский подарок.

Подруга Сью Шеклтон вызвалась внести десять тысяч. Недостача сократилась до пятнадцати. Люк сейчас в банке, готовит перевод ста пятидесяти тысяч евро на имя Марлен Хартман в «Трансплантацион-Централе». Реально деньги будут переведены после полной проверки.

Пока все хорошо. Линн поговорила с женщиной из Манчестера, которую зовут Мэрилин Фрэнкс. Ее дочери печень пересадили в клинике в Суссексе рядом с Брайтоном – с полным успехом. Мэрилин Фрэнкс до небес превозносит Марлен Хартман. То же самое с мужчиной из Кейптауна. Сначала были осложнения, но послеоперационный уход, заверяет он, превзошел всякие ожидания. Шведка из Стокгольма, муж которой получил новое сердце и легкие, не может нахвалиться. В двух последних случаях операции проводились в местных клиниках.

В Америку звонить еще рано. Хотя уже полученные отзывы убедили Линн, она все-таки поручила Люку довести проверку до конца. Сегодня к вечеру, по крайней мере завтра, после разговора с двумя другими свидетелями, первая половина денег будет перечислена. Оставшиеся пятьдесят процентов предстоит заплатить в день операции. Остаются считаные дни на поиски недостающих пятнадцати тысяч.

Она спрашивала немку, что будет, если денег немного не хватит, но та держалась твердо – все или ничего. Яснее не скажешь.

Пятнадцать тысяч. Все равно много, тем более что их надо найти за неделю, даже меньше. Вдобавок предсказывается падение курса фунта стерлингов по отношению к евро. Значит, недостача может вырасти еще больше.

Как только Люк оформит перевод, часы начнут тикать. Немка может позвонить в любую минуту, предупредив всего за два часа, что их с Кейтлин заберут и повезут в клинику. Она вполне логично объяснила, что невозможно предвидеть, когда произойдет несчастный случай, у жертвы которого окажется подходящая печень.

Линн огляделась. На рабочих столах появляются рождественские открытки, мишура, ветки падуба. Но поскольку в компании работает много мусульман, сотрудникам запрещено широко отмечать Рождество, чтобы не оскорбить людей другой веры. Значит, не будет ни украшений, ни официального праздничного обеда в офисе. В прошлом году у нее кровь вскипела от негодования, а сейчас все равно. В данный момент ее волнует только одно – время. Без пяти час. В час все отправятся на ленч по расписанию, как солдаты, включая коллег по бригаде. Самое главное – уйдут Кэти и Джим, которые сидят по обе стороны от нее и могут при желании слышать каждое ее слово, а также менеджер бригады Лив Томас.

На экране на стенке общий премиальный фонд увеличился нынче утром до 1450. Идет предрождественский бум, надо выкачать из клиентов деньги, пока они их не потратили на подарки и выпивку.

С большим усилием сосредоточившись на работе, но не надеясь на бонус на этой неделе, она набрала следующий номер в списке. Через несколько секунд ответил дрожащий женский голос.

– Миссис Холл?

– Кто это?

– Линн Беккет из «Динария». Мы вас просто предупреждаем, что в понедельник на этой неделе вы не внесли платеж.

– Да ведь сейчас Рождество… Надо сделать покупки. Что я детям скажу, как вы думаете? Что они в этом году не получат подарков, потому что я должна платить «Динарию»?

– Но ведь мы с вами договорились, миссис Холл.

– Ладно, тогда приходите сюда, черт возьми, и сами объясняйтесь с детьми!

Линн на секунду закрыла глаза, слыша сдавленный звук, словно женщина что-то проглотила. Сил нет с этим сейчас разбираться.

– Скажите, когда можно ждать возобновления выплат по плану?

– Это вы мне скажите. Расскажите о социальной программе жилищного строительства, о социальном обеспечении… Почему бы вам с ними не поговорить?

Женщина заплакала, слов понять невозможно.

– Я перезвоню завтра, миссис Холл.

Она разъединилась.

Сидевший справа от нее Джим сдернул наушники, резко выдохнул.

– Проклятье, – буркнул он. – Что сегодня творится с людьми?

Линн сочувственно улыбнулась ему. Он поднялся:

– Пойду. Полагаю, сегодня мне требуется жидкий ленч. Выпить не хочешь? Я угощаю.

– Извини, Джим, спасибо. Надо поработать.

– Дело твое.

Линн с облегчением увидела, как рыжеволосая сорокалетняя Кэти снимает наушники, берет сумочку.

– Ну, – сказала она, – ударим по магазинам!

– Желаю удачи, – ответила Линн.

Спустя несколько минут и начальница принялась натягивать пальто. Линн вытащила досье одного клиента, принялась набирать номер, дожидаясь, пока все трое покинут помещение. Как только они ушли, она сбросила наушники, вытащила из сумки мобильник, включила функцию «не показывать номер» и позвонила самому ненавистному клиенту.

– Алло? – раздался низкий елейный голос.

– Редж Окума?

– Представьтесь, пожалуйста.

Еле слышным шепотом она проговорила:

– Линн Беккет из «Динария».

Его тон мгновенно переменился:

– Линн, моя красавица! Звонишь сообщить, что мы теперь можем заняться любовью?

– Собственно, хочу сказать, что могла бы помочь вам. Мы делаем клиентам специальные рождественские предложения. Вы должны трем кредитным компаниям тридцать семь тысяч пятьсот фунтов плюс проценты, так?

– По вашим словам.

– Если выплатите сейчас пятнадцать тысяч наличными, мы готовы списать остаток долга и выдать вам с Нового года чистый лист.

– Правда? – недоверчиво переспросил он.

– Специальное предложение к Рождеству. Для нас важен годовой итог. Нам выгодно закрыть дела некоторых основных клиентов.

– Очень интересное предложение.

Известно – у него есть деньги. История его долгов тянется больше десятилетия. Он оперирует с наличными – фургоны с мороженым, уличные продуктовые ларьки, – потом покупает кредитные карты, максимально использует и заявляет, что у него нет денег, хотя на руках, по прикидкам, скорее всего, сотни тысяч наличными. Пятнадцать для него просто мелочь. И выгодная сделка.

– Вы мне вчера говорили, что вам отказывают в кредите на покупку машин для нового предприятия.

– Да.

– Тогда для вас это хороший выход.

Наступило долгое молчание.

– Мистер Окума, вы слушаете?

– Слушаю, моя красавица, люблю слушать твое дыхание. Помогает прояснить мысли и страшно возбуждает. Итак, если я найду… э-э-э… сумею найти эту сумму…

– Наличными.

– Обязательно наличными?

– Я вам оказываю большую услугу. Кладу голову под топор на колоду, чтобы вам помочь.

– Хочу вознаградить тебя, Линн. Может быть, в постели?

– Сначала покажите деньги.

– Пожалуй, такая сумма… возможна. М-м-м… да. Сколько даете времени?

– Двадцать четыре часа.

– Скоро перезвоню.

– Позвоните по этому номеру. – Линн продиктовала номер мобильника.

Разъединилась и задрожала.

80

Грейс ввел в ноутбук дату и время: 18:30, вторник 4 декабря. Взглянул на пространную повестку четырнадцатого инструктажа по операции «Нептун».

Гай Батчелор, Норман Поттинг и Гленн Брэнсон яростно спорили насчет сомнительного решения судьи на вчерашнем футбольном матче, которого Грейс, предпочитая регби, не видел.

– Ладно, – сказал он, подняв руку, – введем мяч в игру.

– Очень остроумно, – буркнул Гленн.

– Нарываешься на желтую карточку?

– Вряд ли ты ее мне предъявишь, услышав о результате. Фактически о двух результатах. Хочешь, чтобы я ввел мяч в игру?

– Надевай бутсы, – ухмыльнулся Грейс.