я не обратила внимания?
— В чем весь сыр-бор? — пораженно спросила я, втягивая тяжелые пакеты на кухню.
— Мама мне не разрешает… — завопила моя племянница из ванной.
— Конечно, не разрешаю. Что про меня соседи подумают? — перебила ее Ксюша. — А если этот ужас не сойдет к сентябрю, то ты такая красивая пойдешь на линейку?
— И что? Сейчас это модно, — не прекращала вопить Юля.
— Сейчас и татуировки в моде, но это не значит, что я разрешу тебе ее набить, — завопила в ответ обычно спокойная Ксюта.
— Захочу и набью, — назло ей ответила девочка.
— Тогда сразу на лбу бей, что бы все видели.
Я заглянула в ванну.
— Так в чем дело? — сурово уставилась я на них.
— Вот, полюбуйся, — Ксюша сунула мне в руки какой-то тюбик.
— Стойкая краска для волос, — машинально прочитала я.
— Ты посмотри на цвет.
— Цвет: бешеный апельсин, — покорно зачитала я.
— Так это еще не все, — всплеснула руками моя сестрица, и мне в руки ткнулся другой тюбик.
— Краска для волос. Цвет: лазурное море? — удивленно уставилась я на Ксюшу.
— Да, — рявкнула она. — Теперь ты понимаешь, почему я в бешенстве?
— Лазурное море — это голубой? — решила я уточнить.
— Лазурное море — это лазурное море, — закатила глаза Юля. — Ничего вы не понимаете в моде.
— Да, мы престарелые динозавры и это значит, что не видать тебе окрашивания, — припечатала Ксюта.
Я сдавленно хрюкнула и зажала рот рукой.
— Ну, мама, — возопила вновь Юля.
— Нет! — рявкнула напоследок Ксюта и, выхватив из моих рук несчастные баночки, ретировалась в нашу комнату.
У Юли от обиды задрожали губы. Я обняла девочку и успокаивающе пробормотала:
— Не переживай. Этот цвет тебе бы все равно не подошел бы.
Юля вывернулась из моих объятий.
— Это ты во всем виновата, — крикнула она и убежала в детскую не забыв хлопнуть дверью.
Я пораженно застыла. Я тут, с какого бока? Это не я придумала нынешнюю невообразимую моду и не я запретила ей красить волосы. Но нет, виновата, осталась я. Немыслимо. В этот момент в дверь настойчиво позвонили. Закатив глаза, я отправилась открывать. Кого там принесла нелёгкая?
— Кто? — машинально осведомилась я.
— Я.
Я фыркнула. Замечательный ответ.
— Я бывают разные, — отозвалась я в ответ.
— Соседка сверху, Клава.
— Так бы сразу и сказала, — буркнула я, открывая замок.
— Привет. У тебя есть подсолнечное масло? — с ходу начала она.
Ответить я не успела. Маус, который ещё не успел отойти от семейных разборок Ксюши и Юльки, увидел свою старую обидчицу, которая в свое время гонялась за ним с молотком и, завопив громче пожарной сирены, бросился на Клаву. Метко спланировав на голову, он вцепился всеми четырьмя лапами ей в шевелюру.
— Твою.. — истерично заорала соседка, пытаясь сбросить разъяренного кота на пол.
Я заметалась по коридору, не зная, с какой стороны подступиться к орущему клубку из Клавы и Мауса.
— Помогите. Убивают, — завопила ещё громче соседка.
Я бросилась на кухню и схватила графин с кипячёной водой.
— Саша, где тебя черти носят. Помоги мне, — раздался отчаянный вопль из коридора.
Я стремглав бросилась на зов, расплёскивая по пути воду. Клава уже барахталась на полу в прихожей и пыталась лежа отцепить кота. Я, не раздумывая, вылила на орущую кучу всю воду. Раздался такой отборный мат, что я невольно закрыла глаза.
— Лови его, — оглушительно завопила Клава. — Он схватил его.
Я распахнула глаза и, не обращая внимания на орущую благим матом соседку, кинулась вглубь квартиры вслед за Маусом. Что он схватил я так и не поняла. Но судя по воплям Клавы это явно что-то живое. Разъярённый кот держал в зубах что-то мохнатое, которое после соприкосновения с водой приняло вид потрёпанной меховой шапки. На шум из комнат выбежали мои домашние.
— Ловите Мауса, — отчаянно закричала я. — Он его сейчас загрызет.
— Маус маленький, — спокойно фыркнула Юлька. — Он не сможет никого загрызть.
— Кого? — обеспокоенно уточнила Ксюта.
— Не знаю, — рявкнула я. — Ловите кота и не задавайте глупых вопросов.
Все бросились за Маусом. Кот не стал ждать, пока его схватят, и резво забрался на карниз вверх по шторам. Удобно там устроившись, он принялся драть когтями неведомую зверушку.
— Он его сейчас разорвет, — разрыдалась Юлька.
Тимка прибежал в комнату со шваброй наперевес.
— А кто это?
— Не знаю, — честно ответила я, пытаясь допрыгнуть до Мауса.
— Саша, достань его, — топнула ногой моя племяшка.
— А я что, танцую тут? — вызверилась я от отчаяния.
Я схватила брошенную Тимой швабру и попыталась дотянуться до кота. Кот зло сверкнул глазами и с троекратным усилием вцепился в несчастное животное.
— Посторонись, — крикнула Ксюта.
Они с Тимкой тащили к окну стол. Я отпрыгнула в сторону и как только они придвинули его к окну, резво вскочила наверх. Маус не стал ждать, когда я дотянусь до него и, схватив свою добычу в зубы, кинулся наутёк.
— Лови его, — взвизгнула Юлька.
Вся компания бросилась следом за котом. Он бросился в коридор. Толкаясь, мы влетели следом. Он обернулся на своих преследователей и ловко взлетел на кухонный стол, скидывая по пути на пол кружки. Раздался звон разбитой керамики. Не обращая внимания на осколки, мы пытались схватить Мауса, но оказался шустрее. Сделав в воздухе кульбит, кот приземлился на пол и забился под кухонный шкаф.
— Где Клава? — разозлилась я. Почему только нас волнует судьба несчастного животного? Где его хозяйка?
— В туалете я, — раздалось со стороны коридора.
— Тебя что понос пробрал? — рявкнула я.
В ответ раздались характерные булькающие звуки и душераздирающий стон. Я закатила глаза и резко выдохнула. Тимка распластался на полу и пытался веником вытолкнуть Мауса наружу. Под шкафом раздался яростный рык, от которого у меня кровь застыла в жилах.
— Убил, — осела на пол
