надо будет идти?
– Во-он туда, – указала Нитмайя. – Отсюда ничего толком не углядишь, за лесом-то.
– А пришли мы оттуда? – попыталась сориентироваться Шура, но не слишком успешно.
– Не туда смотришь, бери левее, – развернула ее Нитмайя. – Видишь, какой мы крюк дали! А шли бы напрямик, подошли бы к Холму вот с этой стороны, через Травень, видишь?
Шура взглянула вниз: ну, понятно, откуда такое название – это было целое море травы, простирающееся чуть не до горизонта и рассеченное широкой, ровной черной полосой.
– А это что? – не удержалась она от любопытства. – Дорога?
– Нет, не дорога. Через Травень дорог нет, к чему они? – произнесла женщина.
– Тогда что?
– Это Рана, – ответила она и пояснила, видя, что Шура не понимает. – Ну, дело давно было, тому уж лет четыреста, наверно. Тогда Тёмные к Холму шли. Конечно, тех, кто это видел, уже в живых нету, а в хрониках, говорят, записано: катилась волна чёрного огня от края до края, и до неба высотой, сколько деревень под нее попало, сколько людей – даже пепла не осталось! Что им, Тёмным? Они тогда собрались Холм взять, трое сильных магов объединились…
Шура живо припомнила слова Куа-Тан об упавшем с неба чёрном огне. Уж не тогда ли появились в Брогайхе куакки? Хотя нет, болотница говорила о своем народе, как о достаточно древнем, а четыреста лет – это не так уж и много, если подумать.
– Только у подножия Холма их остановили, – добавила Нитмайя. – Самого сильного таки удалось прикончить, а двое других огонь не удержали, их самих и спалило. И поделом! А вот там, где они прошли, осталась голая земля. Не земля даже, так, камень, и тот спёкся! Видишь, – она повела рукой, – вот Травени раньше не было, а была одна чернота. Теперь только Рана виднеется, но и она еще нескоро зарастет…
– Почему? – полюбопытствовала Шура. Вроде бы для того, чтобы на голом месте трава выросла, столько уж времени не требуется!
– Ну, такие раны на земле тяжело срастаются, – серьезно пояснила та. – Магией же нанесены, да тёмной. Уж сколько вычищали, а всё равно… Но до сих пор в обычае, – добавила Нитмайя, – кто мимо Раны идет, непременно хоть горсточку земли, хоть щепотку семян туда бросит. И то, сама видишь…
– Ага… – протянула девочка, попытавшись представить себе выжженную черноту от Холма до горизонта. Воображаемое зрелище ей совсем не понравилось. Похоже, Джамдир не сильно преувеличивал, говоря о выходках Тёмных!
– Пора, – сказала вдруг женщина, взглянув на солнце. – Нас, поди, уже заждались, а я тебе тут байки травлю!
Их и в самом деле ждали: в небольшом зале собрались уже знакомые люди. Тиррук со своими подчиненными, Джамдир с Сашей…
– Дитя моё, – встретил Шуру маг, как ей показалось, с некоторым удивлением, – и ты с нами? Не лучше ли тебе будет остаться на Холме, в безопасности?
– Я Сашку не брошу, – хмуро ответила девочка, присматриваясь к приятелю.
Семенов выглядел пришибленным. Интересно, что за знание такое обрушили на него великие маги? Или он просто осознал, наконец, во что влип?
Об этом Шура намеревалась потолковать с ним попозже, а пока настороженно ждала, не прикажет ли ей Джамдир оставаться. И готовилась в таком случае поднять скандал до небес. Неизвестно, поможет ли, но вдруг?…
– Ну что ж… – вздохнул он, – Избранный тоже не желает расставаться с тобой. Быть может, раз уж ты пришла вместе с ним, и тебе предстоит какое-то свершение?
Насколько помнила Шура, спутникам главных героев всегда доставались не великие свершения, а какая-нибудь на редкость нелепая смерть. Разумеется, Избранных они защищали, а вот кто бы защитил их самих? Впрочем, умирать она не собиралась, а потому важно кивнула и постаралась ответить в тон Джамдиру:
– Я и сама думала остаться, только что-то не даёт покоя. Ну, как под локоть кто толкает – иди да иди!
– Раз так, – постановил маг, – то ты пойдешь с нами. Нитмайя присмотрит за тобой. А теперь к делу, времени у нас мало! – Он повернулся к стене, повел перед собой ладонью, и на голой поверхности вдруг засветились какие-то линии. – Итак, мы находимся вот здесь…
Длинный сухой палец указал некую точку, и Шура сообразила, что перед ними карта.
– Долина Нан Кванти расположена тут. Как видите, добраться до неё можно, и не так уж сложно это проделать, если обходить опасные места, – продолжал Джамдир. – Вот только времени на это у нас нет.
– Пойдем напрямик? – скептически спросил Тиррук. – У нас есть армия? А лучше две: как раз хватит, чтобы пересечь земли Тао Гарти и Сон Хьярни! Если больше народу с собой вести, остальные заметят, и дальше мы не уйдем!
– Мы пойдем напрямик, – согласился Джамдир, ничем не выдавая раздражения. – Однако постараемся миновать как можно большее расстояние, не заходя во владения Тёмных! Нам нужно добраться до последнего нашего форпоста перед страной Тьмы – земель Чин-Хатт, там нас снабдят всем необходимым, и вот тогда останется сделать последний рывок…
– Но как вы намерены попасть в Чин-Хатт, минуя Тао Гарти и Сон Хьярни? – поинтересовался Тиррук. – У нас крылья пока не отросли!
– У нас – нет, – загадочно улыбнулся Джамдир, – но есть кое-кто с крыльями, кто сумеет донести нас туда по воздуху!
– Летящеры? – удивилась Шура.
– Летящеров нельзя приручить, – сухо сказал маг в ответ. – Конечно же, нет… Идемте, всё уже готово, мы можем выступать немедленно!
Сгорая от любопытства, Шура последовала за остальными. Нитмайя, похоже, тоже не знала, что их ожидает, да и Тиррук терялся в догадках. Прочие лишь переглядывались – мол, кто знает, что затеял маг! Может, возьмет да перенесет всех прямиком в Чин-Хатт!
Джамдир одному ему известными переходами вывел отряд (а он заметно уменьшился, заметила Шура, осталось всего человек десять, не больше) на склон Холма. Здесь была оборудована просторная площадка, на которую выходило несколько коридоров. По одному пришли люди, а из другого как раз выводили…
Шура невольно попятилась, чтобы оказаться поближе к Нитмайе. Впрочем, та и сама явно подумывала, а не рвануть ли обратно в спасительный тоннель! Даже Тиррук – и тот держал руку при коротком мече, а уж остальные и вовсе не скрывали испуга. А вот Саша остался на удивление спокоен: то ли его предупредили заранее, то ли еще что, но он не перепугался при виде чудищ!
А посмотреть было на что: каждая тварь оказалась повыше человека; здоровенные, широкие, они неуклюже переваливались на широкопалых лапах, будто бы с трудом выдерживающих вес тела. Огромные рты, ничего не выражающие круглые глаза, кожа в непонятных и отвратительных
