чтобы так искусно вырезать на нём подобные узоры, похожие на лозу, которая его оплетала.
Кондрат взял его в руку и покрутил перед глазами. Остальные подошли поближе, чтобы тоже посмотреть на него.
— Что это?
— Это клык розмара, — пожал тот плечами.
— Розмар?
— Животное такое, — пояснил Феликс, осторожно взяв клык из рук Кондрата. — Хищник, обитает как раз на севере, охотится на других животных. У него почти нет естественных врагов кроме людей и редкой рождаемости, которая регулирует популяцию. Животное довольно редкое.
— Как он выглядит? — спросил Кондрат.
— Да как сказать… Ну похож чем-то на медведя и мордой моржа. Толстая шкура, много жира, умеет плавать, имеет перепонки на лапах. Этот клык уже взрослого розмара, самец, судя по всему.
— Это священное животное, — добавил метис. — На него почти не охотятся, убивают только в целях самозащиты или для ритуалов.
— Значит, наш глава был браконьером? — уточнил Рай.
— Нет, — замахал головой проводник. — Этот клык ему не принадлежал.
— А кому принадлежал?
— Малхонтам. Какому-то охотнику одного из племён ещё глубже на север у берегов ледяных вод. Это их узоры. Скорее всего, кто-то из охотников убил розмара и забрал клык, как показатель его силы и умений. Как доказательство силы.
— И как он оказался у главы деревни? — спросил Феликс. — Подарок?
— Да, наверняка, — кивнул он. — Если охотник отдал этот трофей, значит глава спас ему жизнь, и тот преподнёс его в знак признательности.
— Я так понял, что у каждого племени или семьи свой узор? — уточнил Кондрат.
— Да.
— Значит, ты знаешь, откуда он?
— Ну… да, знаю, — нехотя признался тот.
Кондрат переглянулся с Раем и Феликсом.
— Мы должны туда съездить, — произнёс Рай. — Далеко они?
— Не очень, но… они не дружелюбны, скажу так, — предупредил метис.
— Я, кажется, знаю, о ком ты говоришь… — протянул он. — В любом случае, без причины они не станут на нас нападать. Надо съездит и узнать, как клык попал главе. Может, что-то и сможем выяснить.
Кондрат его понимал. Пока что это была единственная ниточка в их руках. Здесь не было ничего подозрительного, не за что зацепиться, а здесь хоть какой-то след. Возможно, хозяин клыка сможет пролить свет на главу деревни и на то, что здесь могло произойти.
— Хорошо… — нехотя согласился тот. Второй проводник тоже был не в восторге от этой новости.
— Отлично, тогда надо выдвигаться, — направился он к выходу. — Быстрее начнём, быстрее закончим.
Глава 5
Перед отправкой дальше на север Феликс успел собрать с разных домов пробы еды и воды. И пока остальные готовили сани, он размораживал кусочки льда и проверял на яды, добавляя реагенты из своей сумки, занимаясь тем же самым, что и алхимик из города Вайрина. Возможно, это смогло бы ответить на вопросы, но…
— Никаких примесей, — покачал он головой, выйдя из дома, когда все остальные уже расселись по местам. — Ни ядов, ни каких-то наркотических веществ.
— Ты так быстро провёл проверку? — удивился Кондрат, когда тот сел рядом с ним.
— А чего проводить там? — устало осведомился он. — Добавил основные реагенты и смотришь, есть ли реакция или нет. Нам же не точный состав надо было вычислить, а просто понять, есть там что или нет.
— Значит еда не отравлена… — вздохнул Кондрат.
В этот момент сани сдвинулись с места под радостный лай собак, которые были рады немного размяться. Они перелаевались между собой, медленно набирая ход, и деревня постепенно начала отдаляться.
— Далеко до туда? — обернулся Кондрат к проводнику-метису, который стоял позади на лыжах саней.
— Честно признаюсь, так далеко мы не забирались.
— Ты говорил, что они не очень дружелюбные. Нам ждать проблем?
— Если проявить уважение к ним, то нет. Но… — он косо посмотрел на сани впереди. — Боюсь, могут возникнуть сложности.
Всю дорогу Кондрат пытался представить, куда могли уйти жители деревни. Как далеко они могли зайти. Если была буря, то вряд ли дальше трёхсот метров. Сильный ветер, быстрая потеря тепла, отказ конечностей — всё это без одежды их бы быстро уложило. Если был погожий день, как сейчас, то вполне могли пройти и километр, и два. И всё равно далеко бы не ушли.
Но как их искать в снегах? После бури, а вряд ли она была одна, тела бы замело сразу, и жди лета, пока всё оттает.
Вновь бесконечные снега без единого намёка хотя бы на рельеф, если не считать лёгких барханов, которые встречались на их пути. Хотя живности всё равно встречалась, как белоснежные лисы, какие-то мелкие мыши, а один раз вдалеке стая животных, похожих на волков, которые серыми точками преследовали их до поры до времени.
— Они не нападут, — успокоил проводник.
— Даже если голодные? — уточнил Феликс.
— По идее.
— По идее? — хмыкнул он. — Раньше снежные волки были основной причиной гибели людей в этих местах. Не малхонтов, а наших, имперских. Ни морозы, ни голод, ни бури, а именно волки. Нападали стаями, пока мы их не отучили так делать. И тем не менее, это одна из основных причин смерти наравне с холодом.
— Почему малхонтов они не трогают? — поинтересовался Кондрат.
— Да кто их знает, — пожал он плечами и поплотнее укутался в одежду.
— Потому что малхонты живут в гармонии с животным, — ответил проводник. — Они чтят духов, духи чтят их. Имперцы не чтят никого.
— Да всё это ненаучная белиберда… — пробурчал Феликс.
Ненаучная белиберда… Тоже самое можно сказать и про магию. Кондрат сколько не пытался понять принцип её работы, так и не смог разобраться. Просто есть, просто действует. Никаких нормальных исследований по этому поводу не было. Поэтому в этом мире нельзя было что-либо с уверенностью называть белибердой, учитывая, что сам Кондрат сталкивался с тем, что объяснению не поддавалось.
На ночь они остановились точно так же, как и в прошлый раз, только на этот раз заметно позднее и на помощь вышел Феликс, который отчистил участок от снега. А на вопрос, почему он не делал это во время первой стоянки, тот пожал плечами и ответил, что не видел смысла, да и согреться хотел, поработав лопатой.
Быстрый ужин и они легли спать, чтобы ранним утром, когда ещё солнце только-только начало выглядывать, быстро позавтракать и двинуться в путь. Сколько им предстояло так ещё преодолеть Кондрат не представлял, однако следующую ночь они точно так же провели в заснеженных землях. И лишь на третий день пути впереди замаячил высокие холмы, вершины которых проглядывались скалами.
— Мы уже близко, — сообщил проводник. — Это горная гряда, которая идёт вдоль побережья.
— Те малхонты, у них
