Дракон потянулся вперед, открыв пасть и глядя тусклыми желтыми глазами на Рагха.
— Риг мертв, — уныло пробормотала Фиона. — Шаон, Раф и Джаспер — все мертвы. Скоро умрет Рагх. И Мэлдред тоже. Все умрут.
Мглистый покосился на соламнийку, но тут же снова перевел взгляд на драконида и нагу, растянув губы и обнажив зубы в жуткой усмешке.
«Это животное даже не обратило на меня внимания, — подумала девушка. — Сначала он убьет Мэлдреда. Потом Рагха. И, наконец, в живых останусь только я… только я одна… одна».
Фиона рванулась вперед, ее меч блеснул в магическом свете, который еще разливался по пещере. Она оттолкнула Рагха, приблизилась к мглистому, широко размахнулась и сильно ударила в толстое чешуйчатое брюхо.
Темный дракон развернулся к соламнийке, удивленный тем, что человек, а тем более — женщина, посмел атаковать его в одиночку. Его глаза остановились на магическом оружии.
— Немедленно дай мне этот меч! — прорычал дракон.
— Фиона! — предостерегающе крикнул Мэлдред.
— Я заберу магию меча, — продолжал мглистый, — и убью тебя!
Фиона плюнула в него, отступила, легко парировала удар драконьего когтя и нанесла укол, пустив струю темной крови.
— Попробуй, возьми меня! — завопила она.
— Фиона, назад! — снова прокричал Мэлдред.
Он зашел дракону в тыл, соединил большие пальцы и поспешно прочел заклинание. Руки его засветились слабым зеленым светом, и людоед вытянул пальцы к дракону.
Рагх перестал душить нагу и швырнул ее на землю, затем наступил на змеиное тело, потоптал и, снова подняв, бросил в сторону мглистого.
В этот момент, когда дракон отвлекся на врагов, которых оказалось сразу несколько. Дамон почувствовал прилив сил. Перед его внутренним взором злобный дракон преследовал зеркального, но все изменилось в мгновение ока. Теперь же зеркальный выдохнул черное облако, которое поплыло к его противнику.
Фиона подпрыгнула и погрузила зачарованный клинок глубоко в плоть мглистого дракона.
Он пожертвовал слишком большим количеством энергии в момент переноса и истратил почти всю магию, за исключением единственного заклинания, которое Хаос вдохнул в свое детище вместе с жизнью.
Соламнийка снова ударила, сама того не зная, подарив Дамону несколько драгоценных секунд для концентрации сил сознания, чтобы использовать его новое оружие. Тем же самым она дала Мэлдреду возможность усилить заклинание, а Рагху — время вонзить когти в тело старого утомленного дракона.
— Попробуй, возьми меня! — снова выкрикнула Фиона.
Зеркальный дракон в воображении Грозного Волка снова выдохнул черное облако — и точно такое же облако вылетело из пасти Дамона-дракона и охватило голову мглистого.
В мгновение ока старый дракон окончательно покинул сознание бывшего рыцаря, и в тот же момент Дамон избавился от своей вялости.
Мглистый ударил Фиону когтем и помотал головой, злобно посмотрев на Мэлдреда. Людоед тем временем посылал в него шары зеленого огня.
Маг с заклинанием зеленого пламени, Рагх с могучими когтями, Дамон с ядовитым черным дыханием — все трое объединились и напали на дракона.
И мглистый рухнул безжизненной тушей.
И одновременно с ним упала Фиона.
Когда они огляделись, выяснилось, что нага бесследно исчезла. Рагх надеялся, что ужасная тварь мертва, но Нура, должно быть, смогла уползти в последний момент — когда погиб ее уважаемый хозяин. У них не было ни сил, ни желания преследовать Змеедеву, заманившую их всех в коварную ловушку.
Они похоронили Фиону в глубине драконьей пещеры, недалеко от того места, где она так отважно сражалась. У изголовья ее могилы Мэлдред использовал свою магию, чтобы размягчить на несколько мгновений скалу, а затем вплавил в камень ее длинный меч. Теперь зачарованный клинок стал памятником ее благородной гибели.
Мэлдред переместил магическое воздействие на пол пещеры, расплавил каменные осколки и создал над могилой гладкое надгробие.
— Надеюсь, что она снова найдет Рига, — сказал драконид, когда Мэлдред закончил. — Надеюсь, если есть что-нибудь вне этого мира, место, в котором собираются души, когда умирают тела… я надеюсь, что там они будут вместе. Вместе — в покое и мире.
Дамон ничего не сказал. Закрыв свои огромные драконьи глаза, он тихонько грустил — о Фионе и Риге, о Шаон, и Рафе, и Джаспере. О всех жизнях, которые он, вольно или невольно, погубил. Через минуту, в жуткой тишине, он выскользнул из пещеры по самому широкому коридору на поверхность. Мэлдред и Рагх последовали за ним.
Они не разговаривали, пока не спустились в предгорья. Солнце садилось, заливая высохшую землю теплым светом и заставляя чешую Дамона светиться так, будто он целиком отлит из металла. Дамон лег, сложив крылья и вытянув когти к горизонту. Рагх осторожно поднялся на его спину и сел у основания шеи между двумя острыми пластинами гребня. Мэлдред ждал, наблюдая за угасающим солнцем и тающими тенями. Затем он взгромоздился позади Рагха, обхватив одну из пластин, и судорожно сжал ноги, когда дракон расправил крылья и без особых усилий взмыл в небо.
Дамон летал инстинктивно и задавался вопросом, получается это благодаря магии мглистого или же сказываются годы, проведенные им на спине синего дракона по имени Гейл. Ветер обдувал его крылья и голову, мягко лаская спину. Дракон понимал, что его еще долго будет беспокоить человеческая сущность, но мощь нового тела и захватывающее чувство полета отгоняли грустные мысли прочь.
Возможно, в том, что он стал драконом, было что-то прекрасное и закономерное. Дамону всегда нравилось летать высоко над землей.
— Куда мы направляемся? — спросил Рагх, стараясь перекричать свист ветра.
— Далеко, — ответил Дамон. — На южное побережье. Туда, где заканчиваются горы.
Небо стало совсем темным, когда они приземлились. Дракон кивнул Мэлдреду, чтобы тот спускался на землю.
Людоед выполнил это требование весьма неохотно.
— Я буду скучать без тебя, Дамон, — сказал он, — и надеюсь, что судьба снова сведет нас. Мне очень хочется думать, что за это время ты найдешь способ простить меня.
Дамон подождал, пока Мэлдред уйдет, затем снова расправил крылья, подпрыгнул и взлетел. Поднявшись выше, он обернулся, чтобы в последний раз взглянуть на бывшего друга, но синекожий людоед уже исчез. Вместо него снова появился высокий мужчина, покрытый бронзовым загаром, с красивым широкоскулым лицом и коротко подстриженными рыжеватыми волосами. Это был облик, который Дамон знал лучше всего и который, как он считал, наиболее подходит Мэлдреду.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
