- Отец мой…
Кристелин, одумайтесь! - продолжал священник. - Я всегда считал вас трезвомыслящей и рассудительной девушкой, и меньше всего ожидал, что вы способны на нечто подобное!.. Если вы сейчас вернетесь домой, то, поверьте, все еще можно уладить! Граф, поезжайте к себе домой, разведитесь с женой, и возвращайтесь сюда холостым человеком. Говорите, герцог отказал вам в руке своей дочери? Если хотите знать мое мнение, то он поступил верно. И точно так же скажут все остальные. Одна жена, один муж… Если не ошибаюсь, то в Таристане, откуда вы родом, тоже положено одновременно иметь лишь одну жену, а не двух. Любой другой брак в вашем случае будет признан незаконным! Подумайте о собственной репутации, граф, и о репутации этой бедной девушки!.. А вы, сударыня… Вы должны немедленно, сию же секунду, вернуться домой, пока вас не стали искать! Со своей стороны я обещаю молчать о том, что вы хотели сделать. Только вообразите, какой, в случае вашего побега, может грянуть скандал, или же о том, какой страшный удар вы можете нанести своим близким! Не хотите думать о себе - подумайте о них. Кроме того, у вас уже имеется жених! Ваш род…
- Причем тут мой род! - закричала Кристелин. - Вы можете понимаете, что я не могу жить без этого человека, что стоит сейчас перед вами! А мой жених… Я его не люблю, и не думаю, что он любит меня! Брак, о котором договорились мои родные - это просто коммерческая сделка, и не более того. Только вот при заключении этой сделки никто не подумал обо мне, о моих чувствах!..
- А мне кажется, подумали. Ваш жених достойный и порядочный человек. А любовь… Увы, но мы часто обязаны смирять наши желания ради иного, того, что другие считают более важным. В вашем случае, сударыня, вы должны смириться ради вашей семьи… И, простите, граф, что я вынужден вам это говорить, но слухи о вашей дурной репутации достигли даже наших отдаленных земель…
- Перестаньте, святой отец! - вскочил на ноги граф. - Не повторяйте злых наветов, не имеющих под собой никаких оснований!
- То, что вы сбиваете с пути истинного юную девушку, уже говорит о многом… Еще раз прошу меня простить, но мне, глядя непредвзятым взглядом со стороны на всю эту историю, кажется, что вы думаете прежде всего о приданом этого ребенка, а не о…
- Как вы смеете?! - одновременно закричали и Кристелин и граф.
- Смею. Так вот, граф, хочу сказать вам прямо и без околичностей: я знаю герцога много лет, и могу утверждать со всей ответственностью - он не поддается не давлению, ни уговорам. И уж тем более шантажу…
- Хватит! - граф встал, и потянул за собой Кристелин. - Что ж, жаль, святой отец, что наша искренняя просьба о помощи не нашла здесь понимания…
- Кристелин, вернитесь домой! - умоляюще сказал священник. - Не губите свою жизнь и жизнь своих близких…
Но его слова увещевания не слушал ни торопящийся граф, ни Кристелин, которая была словно околдована этим красавцем. Неудивительно: граф то и дело смотрел на нее взглядом, в котором смешивались любовь и боль от возможной потери любимой… Так что голос разума, к которому призывал прислушаться священник, проходил у Кристелин мимо сознания. Долг, честь, ответственность перед своей семьей, боль, которую она может принести своим родным… Кристелин ничего не хотела слушать, да, говоря по чести, слушать и не желала. Ее обуревало другое чувство - страх остаться без любимого человека. Словно ослепленная, она не замечала того, что граф постоянно поглядывает на тонкую струйку песка, стекающую в больших песчаных часах у стены. Кучка песка в нижней части часов становится все больше, и ему следует поторапливаться - вечером в церквушке должна состояться вечерняя служба, на которой будет присутствовать как семейство герцога, так и многие из гостей. Граф понимал - время уходит и ему надо как можно скорей заканчивать с этой пустой комедией…
- Хватит! - наконец не выдержала Кристелин. - Если вы не хотите исполнить нашу просьбу, то я уеду со своим избранником просто так, без вашего благословения!.. - и, схватив графа за руку, девушка повернулась к выходу.
- Постойте! - священник с горечью посмотрел на девушку. - Хорошо. Пусть будет по-вашему. Дочь моя, раз ты настолько обезумела, что не понимаешь моих доводов, которые, без сомнения, остановили бы любого здравомыслящего человека, то я вынужден пойти вам навстречу… Граф, вы согласны положиться на волю Пресветлой Иштр и совершить брак по ее законам?
- Да!
- А ты, Кристелин?
- Конечно, святой отец!
- Безумцы… Ладно, возьму этот грех на свою душу. И сам постараюсь объяснить свой поступок герцогу, хотя далеко не уверен, что он правильно поймет меня… Раз вы оба не боитесь отдать свои судьбы в руки Пресветлой Иштр, и согласны вступить в брак по ее законам… Что ж, в вашем случае подобное бракосочетание допустимо. Хочу, чтоб вы оба знали одно: это брак будет не признан никем, кроме Пресветлой Иштр.
- Хорошо! Только начинайте поскорей!..
- Но, граф, если вы обманете эту наивную девочку, или не выполните свои обещания… За подобными браками Иштр следит очень строго. Запомните: Пресветлая Богиня может жестоко наказать вас обоих за нарушение данных вами обязательств! Она, чтоб вы знали, сурова к тем, кто, поклявшись ее именем, нарушает свои обещания. Тогда ждите бед. В этом вы оба должны отдавать себе отчет!..
- Я все понял! И она тоже…
Церемония была простой и короткой. Отныне судьбы графа и Кристелин были отданы в руки Пресветлой Богини. Конечно, настоящее свадебное заключение брака заняло бы куда больше времени, но девушка об этом не думала. Главное - они теперь навсегда будут вместе! Граф - самый красивый, честный и благородный человек на свете! И что бы там ни говорил священник, но ее муж не может ни обмануть, ни солгать!
Когда все закончилось, и граф, таща за руку Кристелин, направился к выходу, их остановил голос священника.
- И последнее. Кристелин, возьмите - на подрагивающей ладони священника лежал огарок свечи. - Этой свечой я благословил ваше рождение, и ею же заключил ваш брак. Отдаю его тебе. Храни его, как зеницу ока, и ни за что не теряй. С сегодняшнего дня это - твой оберег, и, в самом Можно не сомневаться - их попытаются задержать у Перехода… Вряд ли кто решит, что беглецы рискнут направиться к горам: сейчас осень, и в тех высокогорных местах вовсю начинают дуть ледяные ветры, пронизывающие до костей, и уже идут сильные снегопады, а от резких перемен погоды редкие горные тропки обледеневают до такой степени, что многие из них становятся и вовсе непроходимы… Впрочем, с наступлением осени непроходимой считается вся горная гряда.
Спустя годы, вспоминая то путешествие и сопоставляя факты, Кристелин придет к печальному выводу - у графа все было продумано и подготовлено заранее: и перекладные лошади, и места отдыха, и запасы продовольствия и фуража в самых безлюдных местах, и проводники в горах, и немалая охрана, сопровождающая их… Как это ни горько, но Кристелин должна будет признаться самой себе: брак с ней не был внезапным решением влюбленного человека, а исполнением давно задуманного плана с тщательно проработанными деталями… Наверное, если бы в то время побега девушка даже захотела уехать от графа и вернуться домой, то этого ей никто бы не позволил…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
