Однажды, чтоб хоть как-то заполнить медленно тянувшееся время, Кристелин решила описать на бумаге весь долгий путь, который они с графом прошли от замка ее отца до дома графа. Это были такие светлые воспоминания, которые ей хотелось оставить надолго, особенно пока они еще свежи в памяти. Будет что потом рассказать детям… Но во всем замке отыскался лишь один чистый лист пергамента, а на нем при всем желании много не напишешь.
Что ж, можно пойти по другому пути. Найдя в так называемой библиотеке среди вороха старых истрепанных карт несколько тех, которые ей были нужны, она при помощи остро отточенного пера тщательно перенесла с них на единственный имеющийся у нее чистый лист пергамента нужный ей отрезок территории, и уже там, на этой схеме, как на карте, изобразила всю пройденную ими дорогу, причем сделала это очень подробно, и со всеми необходимыми отметками. На счастье, в доме графа пользовались особыми чернилами, сделанными из морских каракатиц. Что текст, что рисунки, сделанные этими чернилами, быстро высыхали, навечно сохраняясь на пергаменте, точнее, до тех самых пор, пока сама кожа не рассыпался от времени. Еще эти чернила были удобны тем, что совсем не выцветали со временем, и даже почти не расплывались в воде. И Кристелин принялась за работу.
С одной стороны желтоватого листа у нее получилась самая настоящая подробная карта со всеми необходимыми отметками. А на обратной стороне листа она мелким убористым почерком сделала множество примечаний: места, где они останавливались на отдых, расстояние между самыми заметными вехами той дороги, наиболее опасные участки, или же те, где можно было передвигаться сравнительно безопасно. Особенно тщательно Кристелин изобразила на схеме переход через горы - несмотря на всю опасность перехода через них, они произвели на девушку должное впечатление. Как-то давненько ей довелось услышать выражение: один раз побываешь на горной гряде - на всю оставшуюся жизнь заболеешь горами. И верно - Кристелин снова хотелось побывать там, среди гор, вновь увидеть их холодную и суровую красоту…
Работа увлекла ее, свободного времени у девушки было в избытке, так что в итоге у нее получились не обычные заметки, и не просто карта, а самая настоящая, бесценная подсказка для любого, кто захотел бы пройти через горную гряду. У Кристелин была прекрасная память, отменный глазомер, так что и изображение их пути, и заметки получились просто замечательные. Любой картограф, посмотрев на ее работу, пришел бы в восторг. Только вот у нее все никак не находилось повода показать эту карту графу. Впрочем, тот и не интересовался, чем занимается девушка в его отсутствие.
Граф приезжал изредка, и не оставался с ней больше, чем на день-другой. В один из своих приездов он выполнил давнюю просьбу Кристелин - показал ей те самые камни, Диа и Анте. Действительно, восхитительные бриллианты необыкновенной величины и огранки. Хранились они в комнате графа, в особом тайнике. Вернее, это был не просто тайник в толстом каменном полу: чтобы добраться до камней, надо было открыть несколько кодовых замков, и при этом еще надо было суметь отключить систему охраны, иначе можно было погибнуть от яда, наполнявшего несколько ловушек, предназначенных для возможных грабителей. Именно тогда потрясенная до глубины души Кристелин впервые увидела, как у графа, взявшего в свои руки эти удивительные камни, с ладоней заструился самый настоящий золотой свет. Казалось, его, этот дивный луч из золота, можно было потрогать руками, зачерпнуть горсть золотого света в свои ладони… Это было одно из самых необычных зрелищ, которые когда-либо видела девушка!
За эти краткие мгновения счастья Кристелин готова была простить графу свое одиночество, свои страхи, тревоги, сомнения. А они, эти сомнения, одолевали ее все больше и больше. Насчет развода со своей женой граф говорил одно и тоже: много неожиданных препятствий, потерпи, я делаю все, что могу, в конце концов все будет хорошо… При разводе, мол, возникли сложности: в брачном контракте графа со своей женой были пункты, согласно которым основанием для развода может быть отсутствие у графа законного наследника. Так что как только родится ребенок, развод может состояться без особых проблем. Ты, главное, сейчас напиши еще одно письмо отцу… Они писала снова и снова, граф уезжал с очередным посланием, а Кристелин оставалось терпеть, верно и преданно ждать очередного возвращения любимого, и еще надеяться, что привезенные им в следующий раз новости будут лучше предыдущих…
В один из дней, граф, как обычно, не предупредив и не сообщив заранее о своем приезде, вернулся в замок. Господин граф, как в прежние времена, был мил и очарователен, относился к Кристелин с бесконечной любовью и нежностью, и говорил, что вот-вот получит развод. Девушка была на седьмом небе от счастья. Она, как хозяйка, принимала приехавших с графом людей, среди которых с удивлением и радостью узнала нескольких дворян из своей родной страны, в том числе и старого барона Обре, того самого, что впервые представил графа ее семье… Чуть позже приехавшие засыпали ее вопросами насчет ее побега и свадьбы, причем на время этого разговора графа попросили выйти.
Все прошло замечательно. Кристелин без устали рассказывала гостям, какой замечательный человек - ее будущий муж, что они очень любят друг друга, что сбежала с ним по своей воле, и что сразу же после рождения ребенка они поженятся уже по-настоящему… Гости выслушали ее, переглянулись, повздыхали, и почти сразу же покинули замок, оставив Кристелин в душевном смятении. Дело в том, что на просьбу девушки рассказать о том, что происходит в ее родном доме - она, дескать, ничего не знает о своих родных, Кристелин получила убийственные известия. Дело было даже не в том страшном скандале, что разыгрался в доме герцога Белунг после того, как стало известно о побеге Кристелин, и не в том, что в последнее время ее имя на все лады перемывают во всех знатных домах Севера и Юга. Гораздо хуже другое: при известии о поступке дочери и о позоре, свалившемся на их семью, с матерью Кристелин случился удар, и с того дня она так и лежит, разбитая параличом. Что касается самого герцога Белунг… Приезжие сказали Кристелин: она должна хорошо знать твердый и несгибаемый характер своего отца… Что именно они имеют в виду?
Кристелин кинулась за ответами к графу, но тот ничего не пояснил ей, и не ответил ни на один из ее вопросов. Более того: он и сам уехал из замка чуть ли не через несколько часов после отъезда гостей. "По делам о разводе" - привычно сказал он ей. Как видно, объяснять что-либо или же придумывать другой предлог граф не считал нужным. А может, просто не хотел понапрасну тратить время…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
