Читаем без скачивания Золотые нити - Екатерина Александровна Белова

в голове, но сейчас все слова словно испарились, стали бессмысленными вибрациями, которые никогда не отразят истины. Словно Русалочка в чистилище морской ведьмы, я доставала из себя свой голос, облекала мысли в острые калечащие слова.

– Сей, я должна тебе сказать одну вещь, которую ты обо мне не знал. Я прошу только одного – дослушай меня до конца и не принимай решения сразу. Подумай, попробуй пережить и, пожалуйста, ради всего что между нами случилось, услышь то что я действительно хочу тебе сказать.

Лицо Сея превратилось в застывшую маску. Мне было невыносимо на это смотреть, поэтому я уперлась взглядом в свои колени.

На границе зрения замелькали золотые нити, совсем на себя не похожие. Они яркими линиями вспарывали пространство словно молнии и все накалялось тревожным ожиданием.

– Клэр, пожалуйста, не тяни. Говори уже как есть, потом мы разберемся.

Я зажмурилась и не слушающимся языком пробормотала:

– Сей, я за…

– Вот ты где?

Я вздрогнула и открыла глаза. В двери маячил Рик, крайне смутившийся, застав нас вместе.

– Ох простите, я не хотел помешать. Привет, Клэр. Сей, там Марти рвет и мечет. Надо срочно ехать, у нас завтра концерт, ни черта не готово, а все билеты проданы.

– Хорошо, я буду через минуту, – Сей устало потер переносицу.

Рик виновато улыбнулся и исчез.

Я сидела в полнейшем ступоре. Все силы, которые я копила, чтобы наконец сказать Сею правду, безрезультатно рассеялись в пространстве. На меня накатила такая усталость, что стало все равно. Я смотрела в пол и в голове не было ни единой мысли.

– Клэр, пожалуйста, давай поговорим завтра после концерта. Надеюсь ты не сбежишь опять, – Сей достал из кармана и протянул мне пригласительный билет.

Не в силах говорить, я лишь отрицательно помотала головой.

– Я очень прошу тебя прийти, для меня это очень важно. И мы поговорим после концерта, если ты все же захочешь мне сказать то, что сейчас хотела.

Я кивнула и наконец подняла на него глаза.

Сей выглядел бледным и измученным, но тем не менее нашел в себе силы мне улыбнуться.

– До завтра, я буду очень тебя ждать.

Он встал и быстро вышел, оставив меня наедине с тишиной маленького кабинета, воздух в котором до сих пор искрился от напряжения и наших безумных едва сдерживаемых эмоций.

Глава 24

Я стояла у входа в Wood Rock Bar и разглядывала веселые огонечки на фасаде, которые привлекли мое внимание еще в первое наше знакомство.

Ощущение острого дежавю наполняло пасмурный зимний вечер. Вот я стою у входа в этот маленький неказистый бар. В закутке, где он спрятался, довольно тихо, слышны лишь приглушенные голоса изнутри. В темноте уютно мерцают огоньки, но внутри меня беспросветный мрак и тоска. Я опустошена и напугана, черная дыра в моей груди поглощает собой весь мир. Я не знаю, что меня ждет, я на перепутье и кажется верной дороги нет.

Я сжала медальон в кармане пальто. Так было тогда, два месяца назад. И сейчас… Вроде то же самое, но как же иначе… Тогда я была совсем другой. Я еще не знала Сея, Лауру, Мартину. Я была запутавшейся, уставшей жить не свою жизнь, боящейся перемен. А на самом деле так глупо было бояться, потому что терять было нечего. Не было ничего настоящего, ничего стоящего. Наш разваливающийся с Максом брак, отношения, висящие на волоске, моя ненавистная работа, вечное одиночество, бегство от самой себя.

Как же все изменилось, сколько перемен и красок внесло в мою жизнь знакомство с Сеем.. Боже, я только-только начала жить по-настоящему и сейчас могу все это потерять… Теперь мне действительно есть что терять… И это намного больнее, чем я хоть когда-нибудь могла предположить.

Я выдохнула облачко пара и грустно улыбнулась. Помнится, тогда я тряхнула свежим каре и решила «будь что будет». Отличный девиз. Он помог мне столько всего обрести, а заодно наломать дров.. Главное теперь ни о чем не жалеть. Будь что будет. В любом случае спасибо за все. Спасибо, что это было в моей жизни.

А еще сегодня день Святого Валентина. Черт бы его побрал, да простят мне мое богохульство. Со школы ненавижу этот дурацкий праздник, вечно приносящий мне разочарование и слезы. Не думаю, что сегодня будет исключение. Хотя…. Я нащупала в кармане пригласительный билет и решительно толкнула дверь, оказавшись в мире мягкого полумрака и приятного шума – гул голосов, взрывы смеха, звяканье бокалов наполняли пространство уютом и жизнью.

На самом удачном месте у барной стойки стояла бутылка, к которой была пришлепнута большая белая этикетка с кривоватой надписью «Резерв». Я улыбнулась. Видимо, бронь столиков здесь не является обычным делом. Сей решил сделать для меня эксклюзив.

Я села на высокий стул и подвинула бутылку в сторону. Тут же как по волшебству возник жизнерадостный Боб при своих внушительных размерах, умудряющийся перемещаться с невероятной грацией.

– Привет, зайка. Давно тебя не видел. Отлично выглядишь. Тебе опять чайку?

Я подняла глаза, посмотрела на его добродушную физиономию уже видя, как она изменится после одной короткой фразы.

– Нет, виски, пожалуйста.

Боб вытаращил глаза.

– Ну ничего себе, как ты круто стартуешь. Ни мартини там, ни коктейльчик какой, а сразу с вискаря. Уважаю.

Он добродушно хохотнул.

Я натянуто улыбнулась. Эх, знал бы ты старина Боб, что творится в моей душе. Никакой виски, увы, меня не спасет. Но может придаст немного храбрости.

Передо мной появился толстостенный стакан с кубиками льда и янтарной терпко пахнущей жидкостью.

Я осторожно сделала небольшой глоток и закашлялась. Горло обожгло огнем, на глазах выступили слезы.

– Эх, ты дилетант, – укоризненно сказал Боб, оторвавшись от натирания бокалов – я ж тебе самого лучшего налил, двенадцатилетнего. А ты им давишься. Не твой это, напиток, зайка. Надо медленно, смакуя, чтобы прочувствовать букет.

Боги, какой тут букет. У меня с одного глотка атрофировались все вкусовые рецепторы, я уже не помню, когда последний раз пила крепкий алкоголь. С чего я вообще решила его заказать.

Я с подозрением посмотрела на стакан и настороженно его понюхала. А пахнет вроде ничего. Карамелью, чем-то слегка копченым и почему-то печеной грушей. Я сделала маленький глоток и задержала его во рту. Когда первая волна жара прошла, я неожиданно почувствовала немного резковатый, но на удивление приятный вкус. Он был настолько сложный, что я не могла его описать. Что-то сладко-медовое, и в то же время горькое, терпкое, немного земляное, с яркими пряными нотами.