— Да, мисс Бромли.
— Расскажите, почему вы убили моего отца и его партнера Вудхолла.
Эллербек достал носовой платок и вытер мокрый лоб.
— Потому что они обнаружили, что это я украл одно из растений, которое вы привезли с Амазонки.
— Мистер Джонс был прав, — сказала она. — Начало всему положила та экспедиция.
Глава 44
— Такстер в конце жизни был болен, но странным образом сохранял ясность ума, — сказал Калеб. — Он стоял во главе Седьмого круга Силы. Как и в случае с Третьим кругом, нет очевидной связи с другими кругами или с теми, кто возглавлял заговор.
Калеб и Гейб сидели в его библиотеке-лаборатории. Калеб пытался дать кузену полный отчет о том, что стало известно, но его отвлекало странное чувство тревоги. И это было не тем обычным чувством, которое всегда овладевало Калебом, когда он распутывал какое-то сложную загадку. Сейчас оно было как-то связано с Люсиндой.
— Скорее всего мы нашли не все бумаги Стилвелла, — сказал Гейб. — Очевидно, имеются и другие версии формулы, получившие распространение. Об этом говорит тот факт, что членам заговора удалось завладеть рецептом.
— Джинн выпущен из бутылки, Гейб.
— Да. — Гейб скрестил руки на груди. — Халси намеренно изменил наркотик так, чтобы он убил и Норкросса, и Такстера, и таким образом отомстил за смерть миссис Дейкин.
— Она была его любовницей, деловым партнером и матерью его сына. Халси узнал, что Седьмой круг поручил Норкроссу убить ее. Можно понять его желание отомстить.
— Ты все еще не знаешь, сколько человек было в круге Такстера? — спросил Гейб.
— Ювелир сказал, что было изготовлено три табакерки. Две были заказаны примерно шесть месяцев назад. Третью купили месяц спустя. Такстер, видимо, раздавал их членам круга.
— Выходит, — подвел итог Гейб, — в Седьмой круг входили всего трое.
— Но пока мы знаем про две табакерки — Норкросса и Такстера.
— Третья должна быть у Халси. Когда мы найдем его, то найдем и табакерку.
Необходимость видеть Люсинду все росла.
— Я на девяносто семь процентов уверен, что у Халси нет табакерки, — сказал Калеб. «Успокойся. Она дома, в безопасности».
— Почему ты так считаешь?
— Такстер считал Халси всего лишь наемным работником. Он заявлял, что орден Изумруда принимает лишь людей, имеющих определенный социальный статус.
— Другими словами, Такстер мог охотно нанять такого талантливого человека, как Халси, но никогда не сделал бы его членом ордена?
— Для него это было бы то же самое, как пригласить садовника или кучера в члены своего клуба. Я просто не представляю себе, что он мог дать Халси золотую табакерку, которая, согласно его способу мышления, предназначена для джентльмена.
— А может быть, Халси настаивал на том, чтобы с ним обращались как с джентльменом и равным членом круга, и потребовал табакерку в счет своего гонорара? — предположил Гейб.
— Из того, что я узнал о его характере, Халси глубоко наплевать на социальный статус. Ему нужны только исследования. Меня беспокоит кое-что другое. Третья табакерка была заказана пять месяцев назад. В то время Халси не был связан с Седьмым кругом.
— Ты прав. Значит, надо определить третьего члена круга.
— И еще одну нерасследованную кражу растения, — сказал Калеб, заглянув в разложенные на рабочем столе бумаги. — Должна быть какая-то связь с последней экспедицией Бромли на Амазонку.
— Ты уже что-то нашел?
— Люсинда составила список ботаников, которые видели растения, привезенные ее отцом и его партнером из экспедиции на Амазонку.
— И кто из этого списка тебя интересует?
— Человек, укравший восемнадцать месяцев назад первое растение. Ты представляешь себе, сколько требуется усилий, чтобы установить, был ли некий человек в Лондоне в определенный день полтора года назад?
— Да, немало, — признался Гейб.
— Это не просто трудно. Это почти невозможно. Мне понадобятся помощники, Гейб. И деньги.
— Просто для того чтобы найти вора?
— Не просто для этого. Для агентства. Постоянные клиенты платят за расследования их дел, но для того, чтобы начать поиск других членов ордена и вычислить главарей заговора, потребуются консультанты. А консультанты, как ты сам понимаешь, стоят дорого.
— Я думал, что мы с тобой уже определили бюджет агентства Джонса.
— Придется его увеличить.
Их разговор прервал стук в дверь. Дверь открыла экономка.
— Да, миссис Перкинс, в чем дело?
— Пришел инспектор Спеллар, сэр.
— Немедленно проводите его сюда.
— Он уже здесь, сэр. — Миссис Перкинс выпрямилась — Вы помните, что я предупредила вас о своем уходе, мистер Джонс? Я уйду в конце недели.
— Да, миссис Перкинс, — пробормотал Калеб. — Вы говорил об этом.
— В таком случае я жду расчета.
— Не беспокойтесь, миссис Перкинс, вы получите свои деньги.
В комнату, дожевывая печенье, вошел Спеллар.
— Мистер Джонс! — Поклон в сторону Калеба. — И мистер Джонс. — Поклон в сторону Гейба. — Добрый день! Как видите, миссис Перкинс немного меня подкормила.
— Какие новости, Спеллар? — спросил Калеб.
— Наверное, вам будет интересно узнать, что я наконец-то нашел адрес Аллистера Норкросса. Проследил за ним от дома его портного.
— Портной его запомнил?
— Портные всегда запоминают богатых заказчиков. А этот сообщил мне адрес Норкросса — Рэнсли-сквер, 14.
Калеб наморщил лоб.
— Это район огромных особняков, а не улица, где холостяк снял бы квартиру.
— Норкросс живет в доме своего дяди, который, очевидно, серьезно болен. По дороге сюда я остановился возле дома 14, чтобы получить какую-либо информацию, но мне было сказано, что владелец особняка слишком болен, чтобы принимать визитеров. — Спеллар улыбнулся. — Я подумал, что перед человеком с фамилией Джонс двери все же откроются.
Калеб заглянул в список имен и адресов. Последняя часть мозаики встала на место.
— Рэнсли-сквер. Считают, что этот негодяй умирает. Если он принял порошок Халси, так оно, вероятно, и есть.
Калеб признавался Люсинде, что не всегда понимает, почему люди поступают так или иначе, но некоторые мотивы были ему ясны. И один из них — месть. А это все, что в такой ситуации оставалось у Эллербека.
— Посторонитесь, Спеллар, — сказал Калеб.
— Куда ты? — крикнул вслед Гейб.
— Рэнсли-сквер. Там Люсинда.
Глава 45
— Вы были первым, кто украл растение из моей оранжереи, — сказала Люсинда. — Зачем вы это сделали?
