Не были забыты и судьбы Амура и Сахалина. Амур мог стать удобным путем для сообщения с тихоокеанскими областями; в том числе с Камчаткой и Русской Америкой.
Весьма знаменательно то обстоятельство, что работы кругосветной экспедиции, безусловно, увязывались с деятельностью так называемого посольства Ю. А. Головкина в Китай.
Забегая вперед, скажем, что эта огромная сухопутная экспедиция вышла в путь в 1805 году. Кроме посольского состава, в ней участвовали виднейшие знатоки Востока, историки, астрономы, геодезисты, ботаники, языковеды.
О деятельности посольства Головкина известно до сих пор очень мало. Но вот одна примечательная подробность. Один из отрядов этой экспедиции под начальством ботаника Редовского должен был выйти через Сибирь на Тихий океан! Таким образом, на скалах Курил и у подножия камчатских вулканов должно было сомкнуться кольцо исследований. Внутри этого исполинского кольца оказались бы Сибирь, Аляска, Океания, Калифорния, Япония, Китай. Стоит пожалеть, что никто из историков до сих пор не сопоставлял, не изучал одновременно материалов первой экспедиции вокруг света и научного наследия посольства Головкина.
…B 1803 году белокрылые корабли вышли из Кронштадта и взяли курс к берегам Англии.
На борту «Надежды» находились японцы. Это были невольные гости России. Еще в 1793 году японский мореход Хэнбее и четырнадцать матросов после жестокого шторма добрались до одного из Алеутских островов. Здесь Хэнбее умер, а матросы-японцы были спасены русскими и увезены в Охотск. Часть японцев умерли, остальные прижились в Охотске и Иркутске — у крещеного японца Николая Синзоо, тоже когда-то выкинутого бурей на берега Сибири. Теперь старик Цуюдау и три матроса возвращались домой. Глава экспедиции Резанов надеялся, что доставка японцев на родину будет расценена в Японии как знак дружбы к ней со стороны России.
Осенью «россияне вступили, наконец, в другое полушарие земного круга». Так торжественно поведал об этом участник плавания Федор Шемелин, приказчик Российско-Американской компании. Записи о походе вели Резанов, Крузенштерн, Лисянский, Лангсдорф, Коробицын и другие участники путешествия.
«Нева» и «Надежда» были плавучими музеями и библиотеками. Картины, статуи, машины, в том числе машина электрическая, научные приборы — все это следовало доставить в Русскую Америку. Произведения русских писателей, художников, ваятелей и мастеров-механиков совершали первый путь вокруг земного шара
Заглянем в списки сокровищ, отправленных в Русскую Америку. Российская академия наук жертвовала русским читателям в западном полушарии 219 книг. В числе их были сочинения Михайлы Ломоносова, труды исследователя Камчатки Степана Крашенинникова, «История российская от древнейших времен» Михаила Щербатова^ редкое издание «Известие о Японе…».
Один из жертвователей подарил целое собрание книг о путешествиях Кука, Ванкувера, Лаперуза, Макензи, а также книги по истории Индии, Америки, Мадагаскара, Китая, Японии и других стран. Иван Дмитриев, автор надгробной надписи «Колумбу Российскому» — Шелехову, передавал в русские владения в Северной Америке собрание своих басен и сказок. Было отправлено также издание поэм М. Хераскова и множество других книг.
Двенадцать картин лучших живописцев — Уткина, Репнина, Лосенкова и других, 58 картонов и листов-рисунков, изображение памятника Суворову, принесенное в дар А. Ф. Бестужевым, отцом будущих декабристов, чугунный бюст Екатерины II — вот далеко не полный список предметов искусства, принятых на борт «Невы».
На Кадьяк отправлены были разные печати Русской Америки, медали для награждения героев исследования Аляски и пакет с указом о переименовании острова Ситхи в остров Александра Баранова.
В 1804 году впервые перед взорами русских людей открылась лазурная Полинезия. На Нукагиве (Маркизские острова) были проведены большие научные исследования. Здесь собирали коллекции, составляли словарь местного наречия, Юрию Лисянскому принадлежит честь открытия порта Чичагова и реки Невки на Нукагиве.
Во время походов русских по острову их сопровождал добровольный проводник-нукагивец Мугау. Именно от русских людей островитяне получили семена полезных растений, взошедших вскоре на земле Нукагивы. «Король» острова Танега Каттенове явился на русские корабли и выразил чувства дружбы и доверия.
В конце мая 1804 года корабли достигли Сандвичевых (Гавайских) островов. Здесь «Нева» и «Надежда» расстались. Лисянский на «Неве» задержался на островах, Крузенштерн же повел «Надежду» прямо на Камчатку, куда пришел 2 июля 1804 года
На Сандвичевых островах русские составили словарь языка канаков, собрали данные для полного описания этих владений короля Томеамеа, или Тамагама, как называл его Крузенштерн.
Молодой островитянин Тик Кенохоя пожелал ехать в Россию. Впоследствии под именем Василия Моллера, учась в петербургской школе, он показал отличные успехи в кораблестроении. Позднее он работал на невских верфях. Это был первый полинезиец, связавший свою судьбу с Россией.
Последуем вслед за Лисянским на «Неве» к славному острову Кадьяку, что в Русской Америке. Двадцать пять дней плыли туда наши мореходы, расставшись с Сандвичевыми островами
«Нева» вошла в Павловскую гавань. Одиннадцать пушек кадьякской батареи возвестили о приходе корабля в Русскую Америку. Разгрузив «Неву», Лисянский начал постройку дома для размещения музея и библиотеки.
«Нева» приняла участие в освобождении острова Ситхи (острова Баранова), захваченного индейскими старшинами, которыми руководили американские и английские пираты, непосредственно участвовавшие в резне и разграблении русского поселения на острове.
Русские моряки под командованием Лисянского и главного правителя Русской Америки Александра Баранова взяли приступом мятежную Ситху и основали там Ново-Архангельск — будущую столицу российских владений в Северной Америке. Над новорожденным городом развевался флаг Российско-Американской компании, а на Камне-кекуре стоял дом главного правителя Русской Америки
«Нева» зимовала на Кадьяке. Матросы корабля давали там театральные представления. Это был первый театр в Северо-Западной Америке!
Весной 1805 года в трюмы «Невы» были погружены сокровища Аляски — шкуры котиков, морских бобров, соболей, песцов и моржовая кость.
А в августе 1805 года Лисянский пошел в Кантон, где встретился с прибывшим туда Крузенштерном.
…Расставшись в 1804 году с Лисянским, Крузенштерн достиг Камчатки и после недолгой стоянки пошел в японские воды. На пути к Нагасаки исследователи, бывшие на «Надежде», убедились в том, что плававший здесь Лаперуз ошибался. Он показывал на своих картах мифические острова, и Крузенштерн прочно «закрыл» эти мнимо открытые морские земли.
