ругался наставник без задора. Уже после полигона объяснил, что ситуация с имперцами накаляется, а доказательств у нас по-прежнему нет. Настоятель так и вовсе слег, уединившись в загородном особняке.
Я его порадовал, сдав ведьму-соседку. Хотел сам к ней заявиться и добить, например мантикорой, но пусть монах взбодрится и развлечется. Наставник тут же всех отпустил по домам и умчался, а мы с Германом пошатались по обители и отправились в подвал.
Для отвода глаз зашли к Аннушке, попили кофе и поболтали. Я украдкой поглядывал на изображения с камер наблюдения. Когда разошлись почти все, мы попрощались и двинулись вглубь коридора.
Лампы автоматически загорались ещё долго. По обеим сторонам проплывали одинаковые бункерные двери, увеличивался уклон и холодало. Я вспомнил, что тоннель закрыли после нападения демонов, но он всё не кончался и преград мы не так и не встретили.
Закончилась вереница дверей, освещение осталось тусклым техническим, по стенам лениво сочилась влага. Откуда-то подвывал ветер, донося до нас лишь слабое его дуновение.
Легенду на случай караула я придумывать не стал. Взял у завхоза шокер. Если что скажу, что гулял и с перепугу вырубил, нечего в темноте ходить и не представляться. На случай, если они представятся, у меня ещё и укол был, стирающий кратковременную память.
Остановился я, следуя интуиции. Огляделся и увидел символ навигации. Очень старый, еле видимый, но однозначно показывающий, что передо мной ответвление. Уперся в глухую стену, упорно пытаясь нашарить.
Черт, вот о том, что проход может быть скрыт, я не подумал. Герман лишь развел руками, ежась от холода. Хоть я его и предупреждал, парень остался в легкой рубашке. «Тулуп» видите ли вонючий и к его образу не подходит. Но он так посматривал на мой, что я опасался как бы не отобрал.
Пока граф стучал зубами, я осторожно позвал Кару. Мысленно обратился, сразу извиняясь. Я делал это и после завершения приема, получив отклик. Одну эмоцию — отвяжись. Но больше никого, способного открыть такой проход, я не знал.
Мантикора пришла не сразу. Я чувствовал сомнения, но в итоге хранительница явилась, а я тут же кинулся к ней:
— Что с твоими крыльями?
Их не было. То есть совсем. Даже следов на лопатках не осталось, вообще каких-либо признаков что они там были.
— Отвалились, — язвительно ответила она и клацнула зубами на мое приближение. — Вот давай без этого, голова болит.
— О, великий дух, — почтительно поклонился Герман.
Кара заурчала и снизошла на мое обеспокоенное выражение лица:
— Пришлось пока от них избавиться, чтобы общее восстановление быстрее было. Знала же, что без меня и суток не продержишься. Исцелюсь окончательно, отращу новые. Чего надо?
— Проведи нас, тут где-то...
— Да вижу я, не слепая, — проворчала она. — Руки положите на загривок. Только не хватать! Хоть одну шерстинку выдерешь, палец откушу.
Мне её обнять на радостях хотелось, что она живая и здоровая. Так я перепугался за неё. Но по глазам видел — плохая идея. Так что я просто тепло улыбнулся, на что она фыркнула, и послушался. Оракул с благоговейным трепетом положил руку, куда было сказано, и шепотом сказал:
— Приношу извинения, если это прозвучит назойливо, но не мог бы ты мне... Ну, — он кивком указал на мантикору, — тоже?
Ох, песца в этом мире не хватало. Я не был против, но с учетом всего того, что узнал, призыв духа-хранителя мог стать той самой последней каплей. Маловероятно, но риск был.
Пришлось попросить отложить этот вопрос. Граф повздыхал, но настаивать не стал. И мы пошли прямиком в стену. Уже когда мы погружались в бетон, я запоздало подумал, что стоило её попросить сходить и проверить что там...
Глава 26
Хорошая мысль слишком часто в последнее время приходит после. Но, вероятно, наш запас удачи ещё не был исчерпан, так что по ту сторону скрытого прохода нас не ждал сюрприз в виде демонов, охраны и даже владыки.
Простой технический коридор, узкий и невысокий. Паутина проводов над головой, мутные пыльные лампы и, единственный признак отсутствия заброшенности, это чистый ровный пол. Бетон под ногами явно протаптывали не одно десятилетние. Что удивительно, так как снаружи никаких следов не было.
Кара сморщила нос, принюхалась и громко чихнула, заставив нас с Германом вздрогнуть.
— Нет тут никого, — насмешливо сообщила мантикора, заметив наши настороженные позы. — Живых, по-крайней мере.
— А не живых? — уточнил я.
Уж не знаю, пах ли как-то особо мертвый владыка демонов и умела ли моя хранительница это учуять. Но с таким капризным нюхом она могла стать единственным источником такой информации.
— Вот что за манера постоянно призывать меня в самые вонючие места в этом городе? — ворчала она, уверенно вышагивая перед нами. — Воняет.
— Чем? — не отступал я.
— Воняет, — упрямо повторила Кара и более конкретного ответа я от неё не добился.
Коридор закончился таким же тупиком, как и тот, что оказался за нашими спинами, как только мы прошли стену. Пришлось снова хвататься за пушистый загривок. В этот раз я спросил, что там нас ждет. Кара засунула голову в стену, появилась через пару секунд и опять чихнула.
— Ещё больше воняет, — спокойно обозначила она происходящее по ту сторону, что я интерпретировал как безопасную обстановку.
То, что мы оказались в нужном месте, я понял сразу. Вызванные недавно воспоминания ещё были свежи, так что каменные своды зала я узнал с первого взгляда. Уж не знаю, дизайнерская задумка это была или кто-то долго и упорно грыз камни, но такой их вид ни с чем не перепутаешь.
А вот с освещением здесь было совсем плохо. Лишь в центре довольно большого помещения что-то еле светилось. Эхо от наших осторожных шагов унеслось высоко. Воздух тут, в отличие от всей дороги, был сухим и довольно теплым.
— Не нравится мне это, — прошептал граф, озираясь.
— Демоны? — я тут же потянулся за оружием.
— Нет, — не очень уверенно ответил оракул. — И да. Тут такой остаточный фон, словно вся бездна побывала в этой пещере. Что-то там, в самом центре, — он кивнул в сторону единственного источника света.
Я достал фонарик и попытался высветить обстановку. Под ногами уже оказались плиты, тоже древние и со стертыми краями, отполированные до блеска. И был заметен явный уклон к центру.
Луч
