– Так чего тогда вернулся? – насторожился Захар.
Голос Романа дрогнул.
– Внизу полночи творилось… странное. Сами знаете, крики, стрельба – звуки привычные, но это… это другое. Шорох. Треск. Далекие голоса. Много, очень много голосов. Будто собралась огромная толпа, и все в ней говорят противным таким шепотком, – пленник скривился. – По коже мурашки бегут, волосы дыбом… А потом вдруг скрип. Как иглой по стеклу. Громко так, долго, не таясь, и сразу тишина. И такая жуть навалилась, что я чуть не рехнулся. Забился под кровать, ружье обнял и всю ночь так пролежал.
– Сюда вернулся утром?
– Д-да. Но не сразу. Сначала спустился в аптеку, – взгляд Романа остекленел. – Там были две девушки. Убитые. Лежали на полу, а вокруг все в крови…
– За последние месяцы ты ни разу не видел убитых? – удивился Виктор.
– Да нет. Просто… Не знаю, как объяснить… Не кровь пугала, а… – Караваев замолчал, подбирая слова. Когда он вновь заговорил, голос звучал глухо. – На одной стене осыпалась штукатурка. Сползла на пол, как песок, оголив кладку, а там… Все выглядело так, словно кирпич стал как разогретая смола, и откуда-то изнутри выплыло лицо.
– Лицо?
– Да. Гротескная морда. Никаких деталей, лишь общие черты, но испугала меня до дрожи. Жутью от нее разило, запредельщиной… И я не выдержал. Жить одному, рядом с такой мерзостью…
Пленника прервал вновь поднявшийся к ним Вадим.
– Чего тогда стрелял? Испугался? Твою картечь я еще долго помнить буду.
Старшего оборотня пошатывало, на окровавленный камуфляж была страшно смотреть, но он довольно скалился.
– Захар, тебе в этой истории ничего подозрительным не кажется? Две девушки например, а?
– Думаешь, Леонид? – уточнил Ненахов.
– Он самый. Зови Ласковина и заскочи, пожалуй, в Башню за Тагиром. Кажется, случай по его части.
…То, как повернулись события, Захару совсем не нравилось. Что говорить, с душком история Романа. Гибель девчонок, как ни цинично звучит, дело десятое, главное, Леонид объявился. Самый сильный оборотень Сосновска, проявивший склонность к убийствам. Звучит! Становиться на пути у такого смерти подобно, но ведь придется. Кардинал готов пойти на многое ради популярности. Лавры победителя душегуба и маньяка дорогого стоят. Да и в глазах «тарасовцев» неплохо лишние очки заработать. Как же, отомстили за похищенных девушек. Захар по-звериному встряхнулся, сбрасывая напряжение. У него против Вадима нет шансов, доведись всерьез схлестнуться, чего там говорить про Леонида. Кажется, они вляпались…
Тагир занимался еще одним проектом Кардинала – искал среди новых членов отряда Меченых. Бывшие «тарасовцы» чужаков встретили без энтузиазма, но открытой ненависти не проявляли. Завидовали – да, но не ненавидели. Кардинал надеялся сгладить напряжение новой задумкой, планируя подкупить несчастных «нормалов» – ни много, ни мало – возможностью стать Мечеными. Имея перед глазами пример поразительной выживаемости, многие желали обрести схожие способности. Уцелевший после обстрела Вадим казался им воплощением силы и удачи. Сверхчеловеком. А сегодняшний случай породит новые слухи. Захар слышал, как, глядя на изорванный картечью комбинезон, кое-кто назвал Вадима Бессмертным. Вскоре об этом будет знать вся округа…
Виритник встретил Захара хорошо. Без обязательной язвительности и неприятных подколок. Как подменили.
– Дар Сноходца спит у двоих. Настолько крепко, что сам может и не пробудиться. Придется подтолкнуть, – сообщил Тагир. Несмотря на усталость, он казался довольным. Каждый новый Меченый усиливал отряд Кардинала. – Пять оборотней и один не-пойми-кто. Разобраться, кто или что он, выше моих сил и способностей… Да, еще Кардинал передал, что проверил остальных, и тоже нашел перспективных ребят. Очень неплохая картина вытанцовывается… Ты чего заглянул-то?
– Тагир, кажется мы нашли девчонок из Башни. Свидетель трясется и несет какую-то чушь, но Вадим просит тебя прийти. На месте гибели полно всяких странностей… – сказал Захар осторожно. В отряде никто, кроме Кардинала, не мог приказывать Сноходцам. Их можно было лишь просить. Они элита Меченых Хмурого. Белая кость.
Выслушав сбивчивый рассказ, Тагир хмыкнул.
– Встретили первые трупы и сразу Леонид. Странности опять какие-то приплели!.. Впрочем, почему бы и не посмотреть, что там у вас? Развеюсь, а то с этими новичками рехнуться можно. Представляешь, вбили себе в голову, будто кто-кто, а уж они-то Мечеными быть не могут. И не поймешь, откуда такой глупости нахватались…
– От «чистых». Почти соседи ведь, – предположил Ненахов.
– Может, ты и прав. Хотя с церковниками все не так просто.
…К аптеке шли дворами. Из старой гвардии лишь Захар, Вадим и Тагир, а вот новичков взяли побольше – шесть человек вместе с Ласковиным. Не забыли про Караваева. Ненахов предлагал отправить его в Башню, но Вадим отказался. Наверняка затаил обиду за картечь и, судя по бросаемым на пленника взглядам, планировал в случае обмана учинить над ним жестокую расправу.
Большие опасения вызывали «тарасовцы». Похищение и возможную казнь девушек они принял чересчур близко к сердцу. С таким настроем разговор с Леонидом придется начинать со стрельбы.
Обходя груду искореженного металла, некогда бывшую грузовой газелью, Захар заметил в окне соседнего дома мелькнувший силуэт. Нагнал Вадима и тронул его за плечо. Старший оборотень кивнул. Надо будет потом сюда заглянуть, навестить жильцов. Башне нужны люди.
– Здесь, – оглянулся Роман.
А парень совсем раскис. Глаза широко раскрыты, губы дрожат. И постоянно почесывается, как обезьяна. Глядя на него, и у Захара начали противно зудеть руки.
– У тебя чесотка? – спросил Тагир. Сказал вроде бы спокойно, но Роман мгновенно прекратил драть ногтями кожу.
– Умеет наш Касимович страху нагнать, – толкнул Вадим приятеля. Захар кивнул.
Тагир остановился перед домом и прислушался.
– И вправду чем-то паскудным веет…
Остальные сгрудились позади, поглядывая на Сноходца: «тарасовцы» с недоверием и опаской, Меченые – с предвкушением. Все-таки что-то звериное появилось в оборотнях. Они начали получать удовольствие от драки. Мутации продолжаются? К удивлению Захара, эта мысль его почти не тронула.
– Идем. Только осторожно.
Тагир вытащил из ножен приличных размеров тесак и покрутил в руке. Ловко, чертяка, работает. Захар так не умел. Заметив, как Вадим сменил облик, сам начал трансформацию. Раз старшие товарищи предполагают проблемы, то и ему стоит приготовиться.
Аптека, точно, выдержала не один штурм. Витрина разбита, искореженная пластиковая дверь валяется перед входом. Лекарства нужны всем. Когда началась эпидемия, дрались за каждую таблетку. Пока не выяснилось, что земные препараты отчего-то совсем не помогают от здешних болезней. То ли зараза какая-то неправильная, то ли люди стали другие, а может, и все вместе.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
