на Конфу. Еще — много серых, потухших. Насколько понимаю — это те, кто в местном биоме погиб. Их картинки остались на вечное хранение. Лица. Тысячи лиц. Бесцветных контуров. А ведь каждая из женщин или мужчин на Земле жили. Любили кого-то. Многие наверняка семьями обзавелись. И пришли сюда. Ради денег, ради охватившей мир дурацкой магической лихорадки.
Я прислонилась спиной к полке, прикрыв глаза пытаюсь понять — в кого дурой уродилась. Ведь не зря говорят — пустая голова ногам покоя не дает. Ну кто мешал сразу сообразить — жетон у меня. Ключ выхода предоставили. А ключ входа — он в Джунглях остался. Мне надо было там пошарить, а не изображать из себя спятившего сайгака. Теперь — шарашить обратно. Мимо растревоженного муравейника. И не забывать, что тот же дядя Аннаргаймер в Город рванет по сучьям, грязи и паршивым тропам. Мало того, ему бравые болванчики наверняка нажаловаться успели, что «мы туда, а она не туда, и куда подевалась — ума не приложим». Поэтому все сорок или сколько там головорезов вместе с боссом будут круги нарезать в другом городе. Сюда часть забросят, чтобы перехватить при первой возможности. Но и в Джунглях кого-то обязательно оставят.
Шаги. Тихие, осторожные. Хм, я почему-то думала, что толпа примчит. Но нет — одиночка идет. Буквально скользит по плитам. И я догадываюсь, кто это может быть.
— Привет, Мэрлин. Как оно?
Замерла. Переваривает. Наконец заговорила. Устало, с еле заметными нотками раздражения в голосе:
— Вот скажи мне, Шебутная, зачем ты все это дерьмо на чужие головы вывалила?
— О чем ты?
— Я просто понять хочу. Ты с рождения дура или здесь какой-то дряни обожралась?.. Ведь Конфа — это просто работа. Понимаешь? Возможность заработать денег. Пришли, вежливо с местными пообщались, барахло магическое на продажу прихватили, дома по фиксированным расценкам сдали. Если не в какой-нибудь дурацкой Азии живешь, то тебя даже на цепи не держат. Дом, машина, уважение. Кому лень самому под клыки и когти подставляться, лавку держит. В поле не ходит, торговлей занимается. И все довольны.
Открыв глаза, смотрю на некоронованного босса. Похоже, крепко на нее давят. С лица спала, вместо платья комбез напялила.
— Не напрашивалась, Мэрлин. Все началось с того, что меня обманули с выплатами за контракт. Затем пытались два раза убить. Ну и после понеслось уже по кочкам.
— Это! Не! Так! — заорала мне в ответ любительница джаза. — Просто ты все превратила в личное! И вместо того, чтобы денежную проблему решить цивилизованно, начала войну! Войну, которая нахер никому не сдалась, кроме тебя!.. Все «Отвязные Суки» несут потери по твоей милости! «Туристы» взяли паузу, ждут, когда тебя грохнут. Нет пассажиров — нет приработка. Треть ходоков на жопу присели и не отсвечивают. За прошлый месяц бизнес потерял два миллиарда долларов. Слышишь? Два сраных миллиарда! И все — из-за тебя!.. Думаешь, кому-то теперь интересно, что за мудак вздумал тебе недоплатить в самом начале? И почему та же Дженни встала на защиту человека, который честно выложил наличку за билет туда и обратно? И за якобы лучшего ходока, способного провести как по ниточке до ближайшего Города? А ты…
Препираться лень. Но цифра понравилась. Я думала, что нахлобучила заказчиков на несколько миллионов. А тут счет пошел — ого-го! И это за месяц. Не удивлюсь, если у многих в данный конкретный момент подгорает. А ведь это недополученная прибыль. Кроме того — серьезные люди вложились в поиски, в найм головорезов, заброску, покупку на месте снаряжения и грузовиков. Порталы мощные выгребли. «Эллочек» наверняка тонны скупили и раздали парням для регулярного приема. И все — ради одной единственной дуры, которой вожжа под хвост попала.
Достав револьвер, лениво почесала округлой мушкой подбородок. Мэрлин моментально заткнулась, зашарив в карманах. Скорее всего, активирует чего-нибудь эпичное, чтобы я в ней дырок не насверлила. Усмехнулась, ткнула стволом в ближайший стеллаж на противоположной стороне:
— Готова поспорить, что через тебя всю эту беготню получится разрешить. Мало того — я там цену в двести пятьдесят лямов пенсионных назначила. Может, даже планочку поднимем. Чуть-чуть. Для круглого числа.
— Чего?.. Хочешь сказать, ты в серьез считаешь, что с тобой будут разговаривать?
— Будут, куда они денутся. Но — на моих условиях. А то до сих пор общаются, словно я недоросль с гормонами вместо мозгов.
— Разве не так?
— Будешь хамить, тебя отсюда вперед ногами вынесут. Ну а со Снулой Воблой я договорюсь. Наталья — человек прагматичный. Как и я. Поэтому быстро общие точки соприкосновения найдем… Большим мальчикам нужен Проклятый Грааль. Мне надо здесь, в хранилище, часов шесть, чтобы правильно распутать клубок и получить ключ от храма. Я даже туда не полезу, черт с ним. Пусть Аннаргаймер или еще кто-нибудь суетится. Не удивлюсь, если там рядом с алтарем прорва других «арочек» навалена. Как говорится — суперприз…
— У входа пятнадцать человек уже. Ждут только отмашки. У тебя никаких шансов… И второй раз фокус со сменой рожи не пройдет. Контроль уже поставили из наших, будут артефактами каждого просвечивать.
Медленно взвела курок, заставив Мэрлин отшатнуться.
— Мне кажется, не того человека дурой называют… Слушай сюда. Внимательно слушай… Шесть часов. Нет, даже больше. Десять. Как раз утро будет. Вот утром, как солнце взойдет, ты принесешь мне завтрак. Одна. Без придурков, кто там отмашку требует. Хороший сытный завтрак. Без снотворного, яда и прочего. Вместе перекусим и я тебе покажу ключ от заветной двери. За эти самые десять часов ты пнешь папиков. Хоть «мула» отсылай, хоть голубиной почтой — мне пофигу. Главное — железобетонные гарантии моей пенсии. Триста лямов, за которые уже уплачены налоги. Большую виллу на побережье Средиземного моря в подарок. Полный иммунитет от любых преследований. Короче — сама там подумай, как меня порадовать можно. Чтобы я стала совсем белая и пушистая.
— Виллу? — похоже, тетку начало клинить. Она никак не могла понять, почему я совершенно спокойна и уверена в собственных силах.
— Ага. Не очень большую, но с прицелом на семью и детей. Я ведь больше на Конфу ходить не стану, вот где она у меня сидит… Поэтому — уютное гнездышко, школы хорошие рядом и все дела… Себе заодно что-то выторгуй. Давай, шевели жопой, почему мне за всех отдуваться приходится? Расскажешь, что грудью встала и сумела договориться. Пусть и тебя порадуют.
— Мария. Мне кажется,
