Читаем без скачивания Смерть знает, где тебя искать - Андрей Воронин

– Мама, что произошло? Случилось что-нибудь?

– Случилось, случилось, будьте вы оба неладны! Навели на наш дом несчастье, ничего вам доверить нельзя! Все из-за вас!

– Что произошло? Что случилось?

– Давайте быстро заезжайте и закрывайтесь!

Машина въехала во двор, ворота были закрыты. Женщина рассказала о странном электрике, который на электрика не похож, и о том, как ловко она заперла его в подземелье.

– Он там, с этим басурманом.

– Мама, не волнуйтесь, – сказал Илья, – с ними мы разберемся, нет проблем!

– Это ты так думаешь!

Но убежденность сыновей Наталью Евдокимовну немного успокоила.

– Мама, мы туда спустимся, убьем электрика, убьем эфиопа.

– Да-да, их надо убить, и как можно быстрее. А вы там хорошо заделали выход?

– Мама, что вы, там никак не выберешься, можно только взорвать! – убежденно говорил Илья, ведь это он сам забетонировал второй выход из подземелья. – Я за это отвечаю!

– Ты бы, сынок, лучше не отвечал, а подумал, как этих гадов оттуда выкурить и уничтожить.

– Мама, все сделаем, только не волнуйтесь! Уже через полчаса братья Вырезубовы были в бронежилетах, на головах – приборы ночного видения. Братья переглядывались, самодовольно скаля зубы. Они предполагали, что сейчас начнется веселье, вновь в кровь поступит адреналин, они хорошенько поохотятся и уничтожат мерзавца, который мешает жить и который своим появлением расстроил маму. Ведь мама – это святое, ее обижать нельзя ни в коем случае. Кто обижает мать – тот последний человек, и он обязан умереть.

Но уже сразу братья Вырезубовы были обескуражены: люк открыть не удалось.

– Сволочь! – сказал Григорий. – Какой мерзавец изнутри люк закрыл!

– Что будем делать? – спросил Илья.

– Люк-то мы откроем. Вы, мама, идите в дом и ни о чем не беспокойтесь, – в руке Григория была граната. – Откроем, бросим гранату вниз, а потом спустимся сами.

– Нет, я буду здесь, – сказала Наталья Евдокимовна.

Она стояла рядом с люком, широко расставив ноги, в комнатных тапках, в руках у нее было охотничье ружье. Она стояла, как матрос на палубе корабля.

Братья Вырезубовы сновали вокруг люка. Они принесли большой лом и принялись ковырять пол, подсовывая лом под край люка.

Но тут же Григорий сказал:

– Илья, не надо лом, давай открутим завесы.

Работа пошла. Минут за пятнадцать огромные шурупы были выкручены из петель, и теперь люк можно было поднять.

Сергей Дорогин и эфиоп Абеба слышали всю эту возню. Люк приподняли и сдвинули, но цепь не давала сдвинуть его до конца.

Григорий присел на корточки и крикнул в щель:

– Ну, как ты там, электрик?

– Живой! – отозвался Дорогин.

– Это ты пока живой. Как там наш эфиоп? Абеба гордо крикнул:

– Тоже пока живой!

– Это все временно, скоро вы будете мертвы. Готовьтесь к смерти!

– Пошел ты…! – крикнул Абеба.

Лица братьев Вырезубовых поморщились, а лицо Натальи Евдокимовны оставалось каменным, только пальцы крепче сжали ружье.

– Мама, мы спустимся вниз, – говорил Григорий, – вы люк закроете. Мы постучим. Мы этих гадов утихомирим быстро. Подойдите сюда! – крикнул Григорий, обращаясь к Муму и эфиопу.

– Тебе надо, сам спустись! – держа в руках пистолет, ответил Сергей.

– Сейчас спустимся! – был ответ Григория Вырезубова.

Братья еще раз переглянулись. Григорий сорвал чеку с гранаты и бросил ее в щель, узкую, на кулак. Илья тут же вернул крышку люка на место.

И на этот раз интуиция не подвела Дорогина. Он схватил Абебу, потащил по тоннелю. Абеба не понимал, что происходит. У них за спиной громыхнул мощный взрыв – такой мощный, что оранжерея вздрогнула, стекла зазвенели, а розы закачались на своих длинных стеблях, и капли воды, сверкая, посыпались с нежных лепестков.

– Порядок, – буркнул Вырезубов, ломом отвернул крышку люка и бросился вниз, держа в одной руке пистолет, а в другой – металлический прут.

Загрохотали ступеньки. За Григорием быстро спустился Илья. Люк захлопнулся, а подземелье окунулось в кромешную тьму. Но кромешной эта тьма была лишь для Дорогина. Он успел увидеть силуэт одного из братьев, и силуэт показался ему странным. Но что именно вызвало подозрения у Дорогина, он себе сразу ответить не смог.

– Ну, как вы там, живы? – крикнул Григорий, и эхо полетело по подземелью.

– Молчи! – прошептал Дорогин, прижимая Абебу к стене левой рукой, правая же, с пистолетом, была прижата к ноге.

Они спрятались в маленьком проеме.

"Что же там такое, что вызвало подозрение? – иступленно думал Дорогин. – И тут он вспомнил:

– Голова! Голова была очень странной! Да, у него на голове прибор ночного видения. Мать его!..

– Быстро, быстро! – зашептал он, схватив за локоть эфиопа. Толкая его перед собой, он двинулся в глубину подземелья.

«Туда, к лестнице, ко второму ярусу, только там можно спастись.»

Когда граната взорвалась, осколки перерубили провода. И Илья дважды проверил, есть ли в подземелье свет. Света не было. Все преимущества – на стороне братьев Вырезубовых. Они в своей победе не сомневались ни секунды.

Григорий приблизился к брату и прошептал:

– Они пошли туда, – Григорий увидел светлый, немного мерцающий силуэт и, вскинув руку, дважды выстрелил. Пули, высекая искры из бетонных стен, полетели, срикошетив о бетон, но ни одна не попала ни в Муму, ни в эфиопа Абебу.

– Быстрее, Абеба!

Эфиоп, как обезьяна, взобрался наверх, за ним следом Сергей. О том, что на второй ярус существует еще один вход, ни Абеба, ни Дорогин не знали. Они тяжело дышали, они ожидали своих врагов, сидя на втором ярусе. Дорогин был готов стрелять, едва заслышав какой-нибудь посторонний звук. Но братья Вырезубовы были хитры. Спасти в кромешной тьме от безжалостных убийц эфиопа Абебу и Сергея Дорогина могло лишь везение и слух.

Сергей слышал шаги, которые медленно приближались. Железным прутом Илья постукивал по бетонной стене. Сергей понял: сейчас или никогда.

Братья Вырезубовы готовы были ко всему, кроме одного-единственного: они даже не могли предположить, что один из их врагов вооружен пистолетом, “ТТ” и пользоваться этим пистолетом умеет. Напряженно вслушиваясь в позвякивание стального прута о стальную стену, Сергей сосредоточился, прикидывая, где в данный момент может находиться соперник. На мгновение он свесился со второго яруса и выстрелил. Если бы Григорий шел вдоль самой стены, то пуля попала бы ему в голову, а так она лишь ударила в стену рядом, высекла искру.

Григорий опешил.

– Илья, Илья, – крикнул он, прячась в простенок, – у этой суки оружие! Оружие, слышишь?

Илья же не слышал криков брата, все тонуло в грохоте выстрелов. Илья подумал, что это стреляет его брат, и самодовольно улыбнулся.

"Неужели повезет ему, а не мне? Если бы я убил этого долбанного электрика, вот бы мама порадовалась.” А Григорий опять закричал:

– Илья! Илья! – и поняв, что брат не слышит, бросился за ним вдогонку.

Он мчался по узкому проходу, затем принялся взбираться по металлическим скобам.

– Илья, Илья, стой!

Сергей ориентировался лишь по голосам своих врагов.

– Ложись, – прошептал он, прижимая Абебу к бетонному полу. – Лежи и не шевелись.

Сам же он пополз по проходу, понимая, что на этот раз враг появится совсем в другом месте. Он рукой нащупал угол узкого проема, такого узкого, что двое в него не протиснутся, а вот один может. Он, притаившись, услышал крик Григория: “Илья! Илья!” – и по нему понял, тот пытается предупредить брата, что соперник вооружен.

Илья был слишком поглощен охотой и слишком самоуверен. Он шел, держа пистолет в правой руке, прут в левой, шел тихо – так, чтобы не производить ни малейшего шума, даже задерживал дыхание.

Но Дорогин услышал приближение врага. И ответом на появление врага были два выстрела. Илья ойкнул, пуля вошла в низ живота, не прикрытого жилетом. Сергей стрелял, стоя на колене. Он бросился к Вырезубову, который корчился, пытаясь руками зажать рану, вначале стонал, а потом принялся кричать истерично и жутко.

Сергей нащупал под рукой пистолет, который Илья уронил, нащупал тело Вырезубова, дотянулся до головы и сорвал прибор ночного видения. Развернувшись, он пополз назад.

А Илья вопил, звал на помощь брата. Но Григорий не спешил, понимая, там его может поджидать смерть.

– Эй, ты, – крикнул Дорогин, – что ж ты медлишь, что ж ты прячешься? Иди сюда, иди помоги братцу. Он тут подыхает.

– Я тебя убью, урок”, ублюдок! – кричал Григорий.

Кричал и Илья, но постепенно его голос слабел, крики сменились хрипом, стонами. Илья перевернулся на живот и на четвереньках, одной рукой зажимая рану, пополз по подземелью, пополз к люку – туда, где была мама, ведь только она могла его спасти.

Григорий Вырезубов крался по темному коридору, прижимаясь к стене. Самым страшным было то, что прибор ночного видения, который Сергей сорвал с головы Ильи Вырезубова, оказался ни к черту. То ли Илья ударился им о бетон и он перестал работать, то ли что-то отключилось и сломалось, одним словом, прибор стал бесполезен.