мощью, что аж слега светился, отдавая сине-зеленым светом.
Отметив, что Елизаздра взмыла вверх, я активировал клинок и в мгновение обрушил барьер паучьей матки.
Её реакция была просто молниеносна. Секунда, и я, ощущая дикую боль в голове, глазах и животе, отлетаю спиной в стену пещеры. Мой барьер меня, конечно, спас, но беспрецедентная ментальная атака здорово ударила не только по моему эго, но и по здоровью. Соображал я очень туго, но вроде как постепенно приходил в себя.
— Все вошли в портал, взрывай! — прокричала рядом с ухом Лилит.
Супруга подтащила меня к открытой портальной арке и склонилась над телом.
— Давай Князь... очнись!
— Я здесь. — сплюнув кровь, отозвался я. — Ныряй в портал, я следом.
Лилит, увидев, что я уже соображаю и самостоятельно двигаюсь, послушно кивнула и шагнула внутрь портальной арки, что была в глубине одной из нор.
Учитывая, что мне оставалось сделать всего два действия: активировать огромную, под сотню килограмм бомбу, что Елизаздра с немалым трудом подняла в небо и сбросила на матку, и второе — уйти отсюда, я справился.
Ба-бах!
Из портала я вылетел, по уже сложившейся в таких ситуациях традиции, пробкой, едва не разбившись о стены своего замка. Индис открыла его прямо на центральной площади нашей крепости.
— Ты как? — склонилась надо мной Эни, вливая свою исцеляющую энергию.
— Это было очень неприятно. — вытирая с лица кровь, озвучил я первые впечатления.
— Ещё бы. — согласился товарищ, переводя взгляд с меня, на все ещё открытый портал. — Я пошёл.
— Стой. Вместе пойдём. — сказал, поднимаясь с земли.
Пришёл в себя я довольно быстро, что неудивительно. А вот отделаться от заботы окруживших жён, было уже труднее.
— Лучше скажите, какая прошла задержка между вашим выходом и нашим.
— Секунд семь. Так что убежать она бы точно не смогла. — моментально ответил товарищ. — Я считал. — добавил он, когда на него все с удивлением посмотрели.
Собравшись и подняв барьер танка, который был во дворе и увязался с нами на всякий случай, мы вышли на той стороне портала. К счастью, нашу нору сильно не завалило, чего нельзя было сказать о полностью обрушившемся потолке пещеры, похоронившим под своими обломками всех, кто был внутри. Немного разобрав завалы и выбравшись к месту взрыва, мы ничего толком не смогли разглядеть. Правда задрав головы к верху, вместо камня и светящейся породы на потолке пещеры, мы видели незнакомые созвездия тёмного неба.
Если матка и жива, то ей придётся долго выбираться из под этих завалов. Впрочем, мы решили наведаться сюда через полчаса, когда поднявшаяся пыль осядет и можно будет хоть что-то здесь увидеть.
— Давайте хоть поедим. Я что-то после этих паучьих лабиринтов совсем проголодался.
Предложение Рико было весьма кстати, поэтому мы дружно направились в тронный зал, вернувшись из паучьего мира.
* * *
— Может придумаем как их убивать иначе? — гуляя по развалинам, оставшимся в пещере после взрыва, произнёс товарищ.
— Чем тебе наш метод не нравится? — удивился я.
— Известное дело, чем. Убиваем этими бомбами врагов пачками, а опыта ни капли! Ни тебе, ни другим. — грустно вздохнул товарищ. — Как представлю сколько нам за паучькину мамку могли отсыпать, так грусть за душу берёт. Молчу про несколько сотен погибших здесь с ней за компанию других букашек.
— Хорошо, как найдём следующую матку, все карты тебе в руки. — улыбнулся я.
— Я к тому времени что-нибудь придумаю. Ну или героически умру. — добавил товарищ чуть тише.
— Можно сжечь её. Эти твари хорошо горят. — вмешалась Елизаздра, которая на меня ещё немного дулась.
Дело в том, что когда она, сбросив бомбу метнулась в открытый портал, а я ещё несколько секунд оставался на другой стороне, связь между нами нарушилась и её призыв отменился. Пока я пришёл в себя, пока заметил отсутствие архидемонши, пока мы сходили туда-сюда в портал, прошло около получаса. Суккуба же в своём мире провела в одиночестве как минимум несколько часов и вернулась злая, понимая, что мы про неё банально забыли.
— От Пламени Инферно все хорошо горят. — кивнул я, соглашаясь, что идея интересная. — Только вот от такого ментального кунг-фу, которое она демонстрирует, как бы там нам всем не передохнуть.
От обсуждения дальнейшего плана нас отвлекла Эни.
— Она подо мной. Ещё жива, но не знаю надолго ли.
— Конечно ненадолго. Я её сейчас упокою навеки! — обрадовался Рико и бросился разбирать завалы на том месте, где стояла Эни.
Мы также присоединились к ассасину, желая уже покончить с этой тварью и уйти на заслуженный отдых.
Поработать пришлось немало, но наши многократно усиленные и выносливые тела легко справлялись с нагрузкой. Тяжеленые куски породы и простые булыжники, быстро разлетались в разные стороны.
В тот момент, когда приоткрылась часть тела матки, а по воле случая это была именно её морда, точнее всего один глаз и дыхательные отверстия, я встретился с ней взглядом.
Сильнейшая боль ударила по мозгам, а судорога поразила тело. Упав на землю я скорчился в неестественной позе и про себя материл систему за то, что " Преодоление боли" не распространяется на атаки подобного рода.
Тем не менее, на этот раз я был в сознании и отметил как ребята бросились в атаке на матку.
— СТОЯТЬ! Не трогайте её! — прорычал я, что есть силы.
Это подействовало на всех, кроме Рико, который был кратно быстрее остальных членов отряда и успел нанести несколько ударов мечом в глаз твари, прежде чем та его отбросила от себя телекинезом.
Впрочем, пользы от этого было мало: уставившись на меня окровавленным глазом, размером с большой арбуз, матка продолжала свою атаку, в попытке отправить меня на перерождение. Убить, конечно, у неё не выходило, но вот доставлять
