Главной проблемой в истолковании данных о распределении дохода является необходимость провести границу между двумя совершенно разными видами неравенства — временными кратко срочными различиями в доходе и различиями в долговременном статусе дохода. Представим себе два общества с аналогичным распределением годового дохода. Для одного характерны большая мобильность и изменения, в результате которых положение отдельных семей в иерархии доходов значительно меняется из года в год. Для другого — большая консервативность результате чего каждая семья из года в год продолжает оставаться в одном и том же положении. Ясно, что второе общество будет более неравноправным. Один вид неравенства является символом динамических изменений, социальной мобильности, равенства возможностей; другой — символом статусного общества. Смешение этих двух видов неравенства может иметь очень важное значение в силу того, что конкурентный капитализм с его свободным предпринимательством стремится к замене одного другим. Некапиталистические общества, как правило, характеризуются более глубоким неравенством по сравнению с капиталистическими, даже если измерять его ежегодным доходом; кроме того, неравноправию в этих обществах свойствен перманентный характер, тогда как капитализм подрывает статичность и вводит социальную мобильность.
Правительственные меры по распределению дохода
Для изменения распределения дохода государство наиболее широко пользовалось двумя средствами: прогрессивным подоходным налогом и налогом на наследство. Прежде чем высказаться об их целесообразности, нелишне будет задать вопрос, помогли ли они достигнуть поставленной цели.
При современном уровне знаний дать исчерпывающий ответ на этот вопрос не представляется возможным. Приводимое ни же суждение есть всего лишь частное мнение, я надеюсь, не вовсе беспочвенное, излагаемое в целях экономии места и времени в более догматическом ключе, нежели того требуют особенности имеющегося в нашем распоряжении фактического материала. У меня сложилось впечатление, что эти налоговые меры оказали сравнительно небольшое воздействие (которое, однако, не следует сбрасывать со счетов) в плане сглаживания различий между средним положением групп семей, классифицируемых согласно статистическим меркам дохода. Однако они привнесли также фундаментально произвольное неравенство сопоставимого порядка между отдельными лица ми внутри этих категорий лиц, классифицируемых в соответствии с доходом. В результате остается совершенно неясным, способствовал ли общий результат с точки зрения основной цели — равноправного отношения либо равных результатов — увеличению или уменьшению равенства.
На бумаге ставки налога являются одновременно высокими и высоко прогрессивными. Однако их эффект был сведен на нет двумя различными путями. Во-первых, их воздействие частично привело к тому, что доналоговое распределение стало просто на просто более неравным. Это обычное явление при распределении налогового бремени. Отталкивая людей от занятий, облагаемых высокими налогами, — в данном случае от занятий, сопряженных с крупным риском и неудобствами нефинансового характера, — они увеличивают прибыльность этих занятий. Во-вторых, они способствовали появлению в налоговом законодательстве и в других областях «лазеек», позволяющих уклоняться от уплаты налогов, таких, например, как налоговая скидка на истощение природных ресурсов, освобождение от выплаты процентов по штатным и муниципальным облигациям, особый преимущественный режим для доходов от прироста капиталов, расходные счета, другие косвенные способы оплаты, оформление обычного дохода в виде доходов от прироста капитала и т. д. и т. п., в умопомрачительном количестве, самых разных видов. В результате фактические налоговые ставки оказались значительно ниже номинальных, и, что, пожалуй, еще важнее, распределение налогового бремени оказалось произвольным и неравным. Лица с одним и тем же экономическим положением выплачивают совершенно различные налоги, в зависимости от источника доходов и от возможностей, которыми они располагают для уклонения от налогов. Если бы существующие налоговые ставки взимались в полном объеме, это могло бы столь серьезно по влиять на стимулы и аналогичные механизмы, что произошло бы решительное падение производительности общества. По этой при чине уклонение от уплаты налогов, возможно, существенно для экономического процветания. Если так, то это достижение было куплено ценой огромной и непроизводительной траты ресурсов и установления неравенства в широких масштабах. Введение гораздо более ограниченного набора номинальных ставок в сочетании с более всеобъемлющей базой посредством более равномерного налогообложения всех источников дохода было бы более прогрессивным с точки зрения среднего распределения налогового бремени и более справедливым в частностях, а также в меньшей степени способствовало бы непроизводительному использованию ресурсов.
Мнение о том, что воздействие личного подоходного налога было произвольным и лишь в ограниченной степени способствовало уменьшению неравенства, разделяется многими специалистами в этой области, в том числе и теми, кто активно выступает в защиту прогрессивного налогообложения с целью уменьшения неравенства. Они в свою очередь настаивают на том, чтобы ставки налогообложения для категорий с высокими доходами были бы самым существенным образом снижены, а база налогообложения расширена.
Другим фактором, ослабившим воздействие структуры прогрессивных налогов на неравенство дохода и богатства, явилось то обстоятельство, что эти налоги в меньшей степени затрагивают существующее богатство, чем препятствуют появлению новых богачей. Ограничивая пользование доходом от существующего богатства, они еще более решительным образом — в меру своей эффективности — затрудняют накопление богатства. Обложение налогом дохода от богатства ни в коей мере не уменьшает само богатство, оно просто-напросто понижает уровень потребления и прирост богатства, который могут сохранять его владельцы. Налогообложение выступает в качестве стимула к избежанию риска и к воплощению богатства в стабильных формах, что уменьшает вероятность растрачивания накопленных богатств. С другой стороны, магистральный путь к накоплению новых богатств лежит через получение крупных текущих доходов, большая часть которых сберегается и инвестируется в рискованные предприятия, часть которых обеспечивает высокую прибыль. Если бы подоходный налог был действенным, этот путь был бы закрыт. И тогда его влияние выражалось бы в защите обладателей богатства от конкурентов-новичков. На практике такое его воздействие в значительной степени ослабляется наличием уже упомянутых механизмов уклонения от налогов. Примечательно, что наибольшая доля новых накоплений богатства приходится на нефтяную промышленность, где процентная скидка на истощение ресурсов обеспечивает наиболее простой путь к получению дохода, не облагаемого налогом.
