Внутренним рынком кто заниматься будет?
— Идем дальше, — говорит В.Тархов. — Облетываем новый самолет с лыжным шасси, который собрались продавать китайцам. Чуть не капотируем при посадке. В полете лопается одна из пружин, что держит носовую лыжу. Она задирается носком вверх. Хорошо, что не вниз — иначе бы получился бы крюк, точно кувыркнулись бы вперед при приземлении. Устраиваю разнос подчиненным. Выясняю, что пружины — из некачественного металла, китайского производства, в них проявилась остаточная деформация.
«Почему китайского?! — ору. — Мы же всегда из Нижнего Новгорода брали!»
Оказывается, производство этих пружин у нижегородцев погибло. Завод закрылся. (Наверное, очередной «эффективный менеджер» постарался.) В России уже никто не делает пружин.
Мы скоро гвозди разучимся делать. Ну так же нельзя!
Нельзя уповать на мировой рынок. При размерах нашей страны мы все должны уметь делать сами. Никуда от этого не деться. Приоритет должен быть у внутреннего рынка.
Да, в СССР так и поступали. Из соображений того, что если завтра война, если завтра — в поход, то надо уметь делать все самостоятельно. Этот подход был не совсем дурным. Это такой подход, который используется в нынешнем Китае.
— И ни одна собака, называемая «либеральным экономистом», там и тявкнуть против не может…
— Именно! Китайцы чихать хотели на всякую чушь о том, что нужно закупать комплектующие где-то за рубежом и не тратиться на создание собственного производства. Они успешно локализуют, налаживают производство у себя дома. Чтобы как можно больше денег оставалось в их стране. Чтобы как можно меньше тратить средств на импорт, а больше— получать от экспорта. Китайцы делают ставку на огромный внутренний рынок и на масштабную кооперацию между своими предприятиями. Вот в чем преимущество реальной экономики!
Надеюсь, понятно, почему нынешний Китай может находиться в ВТО, и почему нам туда вступать сейчас нельзя ни при каких условиях. Сначала нужно наладить в РФ жизнь по здравому смыслу, с коррупцией и маразмом в экономической политике покончить. И это же объясняет, почему Китай после 2008 года смог «мухой проскочить» через глобальный кризис, до сих пор добиваясь экономического роста. Ате, кто столько лет ломал реальный сектор, — огребли по полной программе. Китайцам, занятым реальным сектором и развитием внутреннего рынка, было непонятно — что это там за кризис на Западе и у русских? Точно так же, как и нам в середине 1930-х было невдомек: что там за Великая депрессия на Западе?
Зачем китайцы покупают наши самолеты? Понятно, чтобы потом «слизать», не тратя времени и денег на разработку, и потом — производить массой. Прежде всего— для самих себя, для внутреннего рынка.
Беда нашей страны в том, что никто внутренним рынком вообще не занимается. Нефть, газ — привет на этом. Вроде бы нам ничего другого и не нужно. И даже гвозди скоро станем закупать по импорту.
В общем, я — решительный противник присоединения РФ к ВТО…
Никто, кроме нас
Мы беседуем с Виктором Александровичем долго и обстоятельно. Он рассказывает, как пытается воплотить свою небесную мечту— о создании не двухместных, а десятиместных легких самолетов, буквально — летающих автобусов. Как трудно делать это в нынешней РФ! Пока дело — на стадии проектирования четырехместного аппарата. Проблемы— те же. Денег мало. Государство РФ, в отличие от китайского, никакой госпрограммой работу не поддерживает.
— Вы посмотрите на программы практически всех политических сил, — продолжает Виктор Александрович. — Темы Сибири и Дальнего Востока как будто не существует! Что там за Уралом? Тайга — и все. Где забота о всей территории? Где обеспечение принципа: «Неважно, где живет российский гражданин — на Чукотке, на Камчатке или в Московской области»?
— А ведь политика поддержки государством своей промышленности — обыденное дело в Европе, США, Канаде. А у нас есть хоть что-то подобное?
— Опять пример приведу. Есть в Самаре завод «Электрощит». Директор, мой старинный приятель, звонит: «Виктор Александрович, приезжай на пуск нового производства». «Какого производства?»— удивляюсь. Оказалось, купили они убитый завод «Продмаш», наладили выпуск перспективных трансформаторов до 600 кВ/A. Они годны для небольших предприятий, для дачных поселков и т. д. «Электрощит» изучил рынок, понял, что таких трансформаторов в стране не делают, — и успешно стал заполнять нишу.
«А какое участие в это принимала областная администрация, областная государева инвестиционная компания?» — спрашиваю.
«А что, такая и вправду есть?»— изумляется мой приятель. Никакой помощи от регионального правительства не было. «Электрощит» просто сообщил ему о факте запуска нового производства — и все.
Вот вам и вся нынешняя промполитика. Все на энтузиазме производственников делается. Просто директор старого закала не умеет ничего в жизни, кроме как что-то создавать.
— Вы не боитесь наплыва в РФ импортных дешевых легких самолетов?
— Наплыв будет, но недешевых. Аналог по характеристикам нашему «Элитару-Сигме», «Сессна-152», стоит 130 тысяч долларов. А наш аппарат— 75 тысяч. Но у американцев— бренд, марка, «номер один» во всем мире. Только за счет этого они выигрывают. Вот где нужна, например, государственная поддержка — бренд-марку «раскрутить»…
— Ну да, а в ВТО все виды господдержки только снижаются, пригибаются к самой земле. Мол, «нерыночно».
— Не могу не согласится. Но если наше производство легких самолетов еще выживет, то село будет уничтожено совсем. Отечественное машиностроение станет самой беззащитной отраслью. Его-то уже уничтожают за счет безразличного отношения государства. А тут его быстро добьют.
Когда говоришь с самарскими директорами о ВТО, у них остатки волос на голове шевелятся. А официальные лица излучают оптимизм: как все будет хорошо! Но им же приказали так говорить, они и стараются.
О чем думают «наверху»? О том, что у нас есть нефтегазовая «игла», и ее нам надолго хватит? Ерунда! Американцы успешно провели «сланцевую революцию», вскрыли громадные запасы газа. Они его скоро экспортировать примутся. Оказалось, что у каждого углеводородного месторождения есть еще и сланцевое дополнение — подложка. Уже понятно, что по крайне мере «газовая игла» РФ скоро затупится. А то и вовсе сломается.
К чему это говорю? К тому, что нужна нам в стране своя «промпартия». За 20 лет можно уже убедиться: никто отечественную промышленность спасать не желает, ей самой придется за это браться. Объединять и руководителей, и трудовые коллективы. Иначе — все, край.
Вот мы начали разговор с кадровой катастрофы. Я — нефтехимик и нефтепереработчик по базовой специальности. Авиация — это увлечение, зов души. Казалось бы, я должен быть заинтересован в экспорте, в ВТО. Ноя — против. Почему? Потому что и нефтехимия без разумной промышленной политики в стране погибает. Есть традиция: когда нефтехимики собираются, чтобы обсудить какой-то новый процесс или синтез, то первое слово обязательно дают самому молодому. Мне — уже 64 года, а я и поныне в самых молодых хожу! Кадры и в этой отрасли катастрофически состарились, даже здесь — кризис. Хотя, казалось бы, это — топливно-энергетический комплекс, нефтедоллары, экспорт вовсю. А кадры где? А после нас кто будет нефть страны перерабатывать? Уйдут последние советские ветераны — и все, привет! Нам вот о чем думать надо, а не о ВТО.
— Гибель русской промышленной цивилизации, впадение в новое варварство. Даже в, казалось бы, внешне благополучном нефтегазовом секторе…
— И здесь— разрыв поколений. Работал я до 1999 года в славной компании «ЮКОС». Тогда хватало ума — не трогать директоров, не громить весь «клан» нефтепереработчиков. Мы держали предприятия на плаву, сами искали и отбирали молодых специалистов, ездили по профильным вузам, глядели, подписывали договоры с ректорами и заведующими кафедрами. Точно так же работали с училищами, с техникумами, ныне переименованными в колледжи.
Таким образом, система работала. Она бездействовала наверху, но функционировала внизу, держалась на технократах из СССР. Теперь верхи полезли вниз. Насаждают своих «манагеров», что все угробят. Не дай бог, в процесс отбора специалистов влезет какое-нибудь Минобразования. Вот тогда наступит полная хана…
Поэтому и нужна, условно говоря, своя Промышленная Партия. Чтобы встать силой и потребовать от правительства: а ну-ка, расскажите нам, что вы творите?
— Этой силой пытается стать Партия дела во главе с агромашиностроителем Константином Бабкиным…
— Не знал. Увы, она пока что малоизвестна. Хотя дело — хорошее, его нужно делать.
— Обязательно устрою встречу Тархова и Бабкина. На почве противодействия вступлению в ВТО вы вполне можете «спеться»…
