все так же будете бегать кроссы, фехтовать, стрелять и лазать по полосе препятствий. И не надо тут стонать, это все делается для вашей же пользы! На этом у меня все, можете быть пока свободны.
Студенты, громко обсуждая услышанное, отправились на первые свои лекции по объявленным Вениамином Яковлевичем предметам. Первая неделя обучения, как и в прошлом году, предстояла полностью лекционная. И лишь когда Ваня уже был на пороге помещения, где проходил их классный час, куратор окликнул его:
— Ах, да! Лудильщиков! Там тебе на адрес академии толстое письмо пришло. Забери после занятий у секретаря Фаддея Яковлевича.
— Слушаюсь, Вениамин Яковлевич.
— Все-то ты Иван перепутал. — Пожурил его куратор. — Если слушаюсь, то господин штабс-капитан. А к Вениамину Яковлевичу вместо «слушаюсь», стоило ответить «хорошо». Понял ли?
— Понял, Вениамин Яковлевич.
— Ну, вот и хорошо. А теперь поспеши на лекцию, а то опоздаешь еще чего доброго.
Ваня, понятное дело, поспешил, заходить в аудиторию после лектора — дурной тон. Ну, и возможные придирки на экзамене, если преподаватель окажется злопамятным.
Лекции закончились, осталось самое неприятное, сдача маны. Начиная со вчерашнего часа пополудни, сразу, как продал все излишки маны Абашеву, его резерв копился и лишь близко к полудню сегодняшнего дня, наконец-то, наполнился. Вывод выходил не очень утешительным: что-то, конечно, после сдачи оброка у Вани будет оставаться, но после летнего изобилия, это будут слезы! По примерным прикидкам, суточный остаток при текущих Ваниных статах не достигнет и трехсот единиц. Вполне достаточно для отработки простых заклинаний первого уровня, но на второй уровень заклинаний уже будет хватать совсем на грани. Чтобы с гарантией избавиться от дефицита маны придется Ване потратить свободные очки Первичных Характеристик. Что ж, так тому и быть!
После сдачи маны Ваня уже подходил к дверям собственного общежития, когда внезапно вспомнил: «Черт! Я же еще должен у секретаря забрать какое-то письмо!». Пришлось разворачиваться и топать в сторону административного корпуса. Письмо, и в самом деле, оказалось весьма «упитанным». Интересно, от кого оно. Кроме каких-то сургучных печатей на поверхности письма никаких координат отправителя не наблюдалось.
И вот Ваня открывает дверь собственной комнаты! Наконец-то отдых!… На кровати сидит и лыбится во все свои тридцать два до боли знакомая физиономия.
— Васька! Ты вернулся!
За те несколько суток, что Ваня трясся в поездах, его Характеристики не изменились, так что вот:
Уровень 10.
Очки опыта до следующего уровня:615051200
Класс: Целитель; Вторичный Класс: Химеролог.
Основные характеристики:
Сила 22
Ловкость 23
Выносливость 29
Интеллект 35
Дух 38
Свободные очки Первичных Характеристик 6
Дополнительные характеристики: Удача 14; Восприятие 9; Харизма 3; Меткость 10; Скрытность 5.
Навыки: открыть для просмотра
Мана 19001900
Магические конструкты: открыть для просмотра
Заключен двухлетний контракт с Рассейским Летным училищем, согласно которому надлежит ежедневно сдавать на нужды училища 95 % единовременного максимального объема маны (на данный момент 18051900). Срок контракта 2 года. В случае систематического нарушения условий контракта возможна санкция со стороны Системы.
Глава 22
— Не успел из дома уехать, а тебе письма уже шлют? — Поинтересовался Васька, заметив письмо, которое Ваня все также сжимал в руках.
— Это не из дома. Сам не понял от кого. Вениамин Яковлевич сказал, для меня на адрес академии пришло.
— Ну, так вскрывай скорее. Интересно же!
Ваня достал из сумки, с которой ходил на занятия, перочинный ножик и принялся вскрывать плотный конверт.
— Тут листок с письмом и какая-то немецкая газета.
— Читай, значит, письмо. Газету потом посмотрим.
— О! Это от погранцов! Приветы нашим, что у них практику проходили, передают. Полковник Самсонов, написали, благодарность ректору отправил, что своих студентов хорошо подготовили.
— Это замечательно, а дальше что?
— Так все уже. И про газету ничего не написано.
— У тебя как с немецким? — Васька с интересом развернул газету, пытаясь понять, про что там написано. — Смотри, тут одна статья карандашом обведена.
— Шпрехаю хорошо, только дойчи понимают меня почему-то не всегда.
— Во-во, у меня точно такая же беда. Так что, пойдем искать переводчика?
— Подожди. Давай я сначала сам все же попробую. — Ваня взял газету из рук друга, принялся изучать. — Это не немецкая газета, а австрийская. Вроде, пишут о какой-то эпидемии среди вернувшихся с нашей территории. Даже список жертв есть. О! Знакомая фамилия! Не тот ли это Вишневский, что на нас со своей бандой напал. Не, Васька, сложно написано, лучше все же попросить знающего немецкий перевести, а то там какие-то странные обороты встречаются в описании последствий болезни. — Ваня понял, конечно, что статья про результаты его диверсии против польских бандитов, но ведь хотелось все в подробностях разузнать.
— Пошли к Звонареву. У него среди друзей наверняка найдутся немцы, если сам не сможет нам перевести. — Васька уже возле входной двери натягивал сапоги, нимало не сомневаясь, что Ваня пойдет вслед за ним.
Звонарева пришлось поискать. Для начала, выяснилось, что он, как и все второкурсники, сменил место жительства, и друзьям пришлось побегать по второму этажу их общежития, чтобы выяснить, куда его переселили. Комнату Звонарева отыскали, осталось отыскать только самого Олега, потому что после занятий он еще не возвращался. Хорошо еще, что Васька знал, в каком месте их очень обширных мастерских Звонарев обычно зависал в прошлом году, так что долго не плутали.
— О! Парни! Вы в гости пожаловали? — Встретил их Олег на пороге мастерской, которая, судя по всему, находилась в его полной и безраздельной собственности. По крайней мере, официальный ученический китель его был развешен на специальной стойке, воздвигнутой возле топчана, в данный момент расправленного, а сам Олег щеголял в махровом халате, накинутом на голое тело. — Простите, лег только в обед, а до этого всю ночь не спал, доводил до ума свою поделку.
— Что за поделку? — Тут же заинтересовался бесцеремонный Васька, в момент забывший о цели с которой они сюда пожаловали.
— Очень правильный вопрос! — Тут же загорелся Звонарев. — Пойдемте, хвастаться буду. — И он повел их, постоянно лавируя среди верстаков, станков и просто куч всевозможных материалов, к двери в стене противоположной от той, через которую они сюда вошли.
Та таинственная дверь вывела студентов на задний двор, где среди очень ровной лужайки со стриженой травой стояло нечто. Это нечто представляло собой лодку,
