коротко кивнул, продолжил движение. Ничего объяснять ему у меня желания не было. Хочет, пусть идет, по возможности помогает. Главное, чтобы не мешал.
Моя первостепенная цель поскорее добраться до сектора, где было заложено взрывное устройство. Наверняка, там все встанет на свои места и будет понятно, кто был прав, а кто нет.
Вскоре мы добрались до длинного прохода, который был перекрыт массивной решеткой. Судя по всему, это переходная часть между секциями. Примечательно, что замка на этой решетке не оказалось — он валялся прямо на полу. Подняв его, я сразу пришел к мысли, что он не был сломан или срезан. Замок был открыт кем-то специально, потому что ключ все еще торчал в замке.
Осмотревшись по сторонам, обнаружил на полу забытую керосиновую лампу. Даже не удивился — как и все остальное, она была оставлена здесь недавно, на стекле даже пыли не было.
— Леха, что происходит?
— Ничего, все по плану. Выполняем поставленную задачу, только не ту, которую нам озвучили… Другую, истинную.
Я развернулся, посмотрел на него оценивающим взглядом.
— Ну скажи мне, Игорь… — спокойно, но настойчиво произнес я. — О чем с тобой беседовал Гнездов в канцелярии вчера вечером? Какую задачу поставил?
— Чего? Какую еще задачу? — не понял тот.
— Ты знаешь, о чем я. Все наши сослуживцы были на собеседовании у капитана. Подозреваю, но пока не могу доказать, что некоторые из нас получили определенную задачу. Рассказывай.
— Да не получал я никакой задачи! — взвизгнул Денисов.
— А где твой штык-нож? — поинтересовался я.
Тот спохватился, похлопал руками по форме. Но естественно, оружия не было. Я давно заметил, что на ремне товарища ничего нет.
— Что, уже забыл как снял его? — усмехнулся я. — А ведь ты был один из тех, кто ходил искать источник запаха дыма.
Денисов молчал, наблюдая за мной с таким видом, будто его только что жестоко обманули. Его я не боялся совершенно — комитет любит таких, ведь с ними легко работать. Сам по себе парень может и нормальный, только бесхребетный.
— Молчишь? Ну, ну…
Я снова усмехнулся, дальше давить не стал. Это просто бессмысленно.
Повернулся и двинулся дальше, а Денисов уныло побрел за мной следом.
На пути мне попалась лужа красной краски, в темноте очень похожая на кровь. Затем была россыпь стрелянных гильз от «Макарова». Никаких выстрелов я не слышал.
Через минут десять я добрался до огромного пустого помещения, под самый потолок заставленного деревянными ящиками, мешками с чем-то сыпучим, бочками с топливом.
Примечательно было то, что в самом помещении, по центру горела одна единственная лампочка. Ее света хватало только на то, чтобы осветить небольшой пятачок посередине комнаты.
Вдруг, в дальнем конце помещения я увидел мелькнувший луч света. Никого из наших там быть не могло, значит… Учебный диверсант?
Я быстро прокрутил у себя в голове содержимое карты и понял, что дальше ни хрена не помню. Держать в голове столько поворотов, проходов и обозначений было нереально. Поэтому дальше ориентировался уже наобум, что было сомнительно.
Миновав все помещение, на выходе обнаружил рассыпанный цемент и чьи-то следы. Судя по всему, это были не сапоги, а что-то другое… Ботинки или вообще чулки от ОЗК.
Честно говоря, надоели эти игры уже. Если поначалу, когда я едва не попался в капкан, еще не понимал, что происходит, то сейчас в голове уже сформировалась кое-какая картина.
Вдруг, сзади раздался какой-то грохот. Звук торопливо удаляющихся шагов. Все, не выдержал младший сержант. Сбежал.
Ну пусть. Все равно толку от него никакого.
Дальше я шел в полном одиночестве. Все попадающиеся по пути решетки были открыты.
Снова оказался в центральном сточном канале, только с другой стороны. Здесь откуда-то стекала вода, шум глушил все остальные посторонние звуки.
Вдруг, откуда-то впереди раздался оглушительный выстрел. Затем еще раз.
Я по инерции плюхнулся на бетон, прямо в воду.
А потом раздалась сразу очередь. Различил серию вспышек. По звуку, даже искаженному эхом, понял, что стреляли из автомата «Калашникова».
И стреляли в меня, ведь свет моего фонаря был отличной мишенью.
— Ну все, хорош! — заорал я изо всех сил. — Надоел этот цирк!
Стрельба прекратилась. Повисла мертвая тишина.
Поднявшись и плюнув в воду, я медленным шагом направился вперед и метров через тридцать наткнулся на брошенную огневую точку. На станке был закреплен «АК-74». Ствол еще дымился, однако сам стрелок словно испарился.
Проверил магазин — пусто. Подобрал одну из гильз — учебная. Все эффекты выстрела, только без негативных последствий.
Снова продолжил движение. Звуки моих шагов разлетались во все стороны, но это меня больше не беспокоило. С каждым шагом сомнений становилось все меньше и меньше.
Сточный канал уперся в тупик — здесь сходилось сразу несколько мелких каналов. Справа виднелась небольшая лестница, ведущая в какой-то проход. Других путей тут не было, поэтому я направился прямо туда.
Быстро поднявшись, оказался в небольшой, пустой комнатушке. У единственного выхода тускло горела одинокая лампочка. За границей светлой зоны, я различил темный человеческий силуэт. Что-то с ним было не так.
— Цирк, говоришь, надоел? — послышался глухой, искаженный голос. Он сделал пару шагов навстречу.
— Вот именно, — спокойно ответил я. Хоть сердце и колотилось, но свои эмоции я контролировал. — Никакого муляжа бомбы нет?!
Вдруг сзади меня послышался какой-то шорох. Среагировать я успел — заметил еще одного человека. Вот только реакция подвела — мне в ухо прилетел сильный удар, от которого аж искры из глаз посыпались.
Я охнул, отлетел к стене. Рукой схватился за висевший на поясе штык-нож.
На самом деле, несмотря на множество вариантов применения изделия «6X4», использовать его в ближнем бою без автомата было крайне неэффективно. И я это прекрасно понимал. Но и им, в случае опасности, и некоторых навыков, можно нанести серьезные раны.
В моей голове гудело, вся левая сторона лица и шеи отзывалась болью. В самом ухе ощутимо звенело. Но настроен я был решительно. Демонстрация продолжалась, в этом даже сомнений не было. Интересно, как далеко они зайдут?
— Убери нож, пацан! — глухо произнес тот, что нанес мне удар.
— А ты забери! — глухо прорычал я. — Двоих я не вывезу, но одному из вас точно не поздоровиться! Ну, кто первый?
Только сейчас я разглядел обоих учебных диверсантов. Обычного телосложения, облаченные в черные ОЗК, на головах противогазы «ПМГ-2 ШМ».
Оба стояли и молча смотрели на меня.
Затем, тот, что говорил со мной, шумно выдохнул и снял противогаз.
Это был мой старый знакомый Лисицын.
— Все, опусти нож, Савельев! — он поднял руки в предостерегающем жесте. — Демонстрация
