вмешиваясь. За спиной хлопнула винтовка Горда, и серебристый росчерк унесся во тьму.
— Есть, — довольно произнес он, передергивая затвор. — Проклятого свалил намертво, отличные пули, жаль только сферу не поднять, далеко валяется, почти у самых домов.
— Поднимем, ты только запоминай своих, все тебе пойдет, — снимая с плеча карабин, прошедший с ним весь путь от поселка Авии и модернизированный Ладой, прокомментировал Константин.
Язык тьмы преодолел сотню метров и ударил в пробитую молниями и не до конца затянувшуюся брешь, и из нее в периметр полезли твари, мелкие и крупные, бибизьяны и чертики, зараженное зверье и упыри, несколько проклятых.
Из УОТов заработали пулеметы, защелкали карабины. Прорыв был небольшим — метра два с половиной, и твари не могли атаковать волной. Никто из них не прошел и двух шагов в безопасную зону, даже до колючки, которая была в пяти метрах, не добрались.
Воронцов покрутил головой, отовсюду слышалась стрельба, канонада боя нарастала. Вот захлопали бомбометы, и с юга появились мощные вспышки света. Константин прижал к виску мыслеглас.
— Орислав, у нас прорыв, небольшой, пока справляемся, что на остальных участках?
— Везде прорывы, но твари пока в периметр не прорвались, бой идет у барьера, — ответил волхв. — Вы, Ваше сиятельство, наверх гляньте.
Константин задрал голову и увидел, как из тьмы на огненный щит пикируют десятки летучих тварей, больших и мелких. Ради установки щита пришлось спустить «солнца» до полусотни метров, и радиус освещенности уменьшился еще больше. Правда, и массированные атаки на них прекратились. Тактика летучих тварей была проста — укутанные тьмой они таранили щит, отскакивали и снова бросались. Кроме того, откуда-то из тьмы по нему активно работали черные ведуны.
— Выдержим? — спросил он волхва.
— Должны, — ответил тот мысленно после небольшой паузы. — Резерв ведунов у нас есть, пули из рунного оружия отлично работают. Если барьер устоит, до утра продержимся. А там наши подойдут, снаружи города ударят, все полегче будет. Это вы, Ваше сиятельство, хорошо придумали, через бояр с ними связь организовать.
— Значит, держимся, — согласился Константин. — Если ситуация поменяется, дай знать.
— Конечно, Ваше сиятельство, вы первым узнаете, и будьте осторожны, вы не должны погибнуть.
Воронцов убрал от виска артефакт и сунул в карман. Пока он общался, ситуация не изменилась, пулеметы долбили, в бреши валились трупы, много трупов, по ним лезли новые твари, которых снимали из карабинов. Юлия крутила в руках артефактный нож, изготовленный для нее Ладой, который не уступал по мощи беловодскому клинку Константина, применять силу она пока не торопилась.
— Прорыв сверху, — раздался за спиной голос Тихомира.
Воронцов обернулся, все же летающим тварям удалось пробить купол, и два десятка прорвались внутрь, ведуны дырку быстро залатали. А в небо ударили пулеметы, установленные на верхних палубах леткоров. Поскольку периметр был небольшим, то работать могли все расчеты. Летунов срезали почти мгновенно, и дел натворить они не успели. Пока тьма проигрывала в сухую, если не считать сбитого при высадке леткора. Слева и справа от старого прорыва из тьмы вынеслись новые черные молнии, а следом за ними языки тьмы.
— Вот сейчас жарко будет, — разминая пальцы, произнесла Юлия, запуская большой огнешар в образовавшуюся брешь.
Полыхнуло смачно, во вспышке Воронцов разглядел десяток горящих фигур. Он вскинул карабин и за семь секунд опустошил магазин, дистанция для артефактного прицела смешная, чуть больше ста пятидесяти метров, да и целиться особо не нужно, твари шли плотно, хрен промажешь.
К прорывам выдвинулись резервные тройки ведунов, и группы в десяток бойцов из второй линии. Пальба стала ожесточеннее, но прорывов в периметр пока не было.
Константин вытащил из разгрузки новый магазин, и стал изучать в прицел тьму, артефактная оптика пробивалась через черноту крайне тяжело, такое ощущение, что те, кто руководят штурмом, специально ее уплотняют. Второй линии домов не видно, первая и то плохо, а ведь еще час назад стены были видны невооруженным глазом, да, словно в сумерках, но все равно рассмотреть, что там творилось, можно.
— Жнец с правого прорыва, — раздался за спиной крик Дрозда.
Воронцов и не заметил, как водитель со своим карабином присоединился к Горду, и они в два ствола работали.
Константин развернулся и увидел уже встреченную им ранее тварь, та влетела в брешь с разгона, раскидав трупы, те разлетелись, как кегли. Причем удар был такой силы, что тело одной из твари влетело в первый ряд колючки, разорвав его. Человеческая фигура, укутанная тьмой, набрала приличную скорость, она буквально размылась в воздухе. Второй ряд колючки тоже не смог ей ничего противопоставить, проволока лопнула, словно гитарная струна, а столб, рядом с которым это произошло, срезало, видимо, тварь попутно ударила своим хвостом-мечом. Оставшиеся тридцать метров до ближайших стрелков, укрывшихся за небольшой каменной стеночкой, жнец преодолел меньше, чем за секунду.
Константин просчитал место, где возникнет тварь. Выстрел, приклад толкнулся в плечо, и ведь попал. Светящаяся пуля угодила куда-то в район левого плеча, тьма встретила ее, и, как и в прошлый раз, резкая вспышка света ослепила всех, кто был в радиусе пяти метров. Тварь ударила лапой и хвостом. Рухнул на камень мостовой обезглавленный боец, второй, пробитый, завалился грудью на стенку. Но на этом удача твари кончилась, ведуны ударили разом, сразу человек пять, да и стрелки, которые не попали под ослепление, открыли огонь из всех стволов. Тварь рванулась в бок, уходя из зоны обстрела, но было поздно, сразу три молнии угодили в черный силуэт, разогнав тьму, а затем туда же прилетело не меньше десятка пуль, ну а напоследок один из стрелков рывком добрался до дергающейся твари и вогнал ей со всего размаха в спину артефактный кинжал.
— Неплохо, — прокомментировал Тихомир из-за спины Воронцова. — При такой плотности огня, качественном вооружении и наличии сильных оберегов, хорошо справились.
— Константин жнеца в одиночку ножом свалил, — гордо заявила Юлия. — Но признаю, если бы не его возможности, он бы порвал всех, кто тогда еще был жив и сопротивлялся.
Тихомир на это ничего не ответил, Воронцов тоже не стал комментировать, вместо этого достал мыслеглас и снова вышел на связь с волхвом.
— Орислав, явился жнец-одиночка, расстреляли. Погибли два стрелка.
— На юге сразу три прорвались, — ответил спокойным голосом волхв, — колючку смели, словно и не было. Убили, но они порвали сходу человек семь, еще двоих раненых уволокли. Они выбыли надолго, один стопы лишился, другой руки левой. Но пока держимся. Вы, Ваше сиятельство, в бой не лезьте, поберегите себя, пока справляемся.
— Пока не лезу, — улыбнулся Воронцов, — но чувствую, скоро придется.
Оберег Сварога теперь постоянно был горячим, сигналя
