Стрелок. — И держитесь рядом, будем вместе выбираться.
— Как ты себе это представляешь? — спросил Марадона. — В лоб мы заразных не возьмём.
— Есть вариант, — прошептал мужчина присевший на корточки рядом с пацанами. — Как в любом магазине, тут должны быть служебные выходы.
— Точно, — сказал Ромеро. — Продукты ведь гастрономы с заднего двора получают.
— Идея хорошая. Ну выйдем мы, а если и там зомби? — поинтересовался Стрелок.
— С задней стороны магазин огорожен и недалеко есть стоянка для автомобилей, — ответил мужчина кладя банки на пол. — Там должны быть машины. Они сейчас везде стоят брошенными.
— Что же вы не уехали? — спросил Ромеро.
— Я не умею водить машину и жена тоже.
— А как же эвакуация?
— Были мы там. Еле ноги унесли, — ответил мужчина.
Лёха выглянул из-за кассы. К толпе бешеных присоединилось ещё двое.
— Чем дольше сидим, тем их больше, — сказал Марадона. — Пошли, — и он первым, пригибаясь, двинул вглубь торгового зала.
Остальные за ним. Действительно, попав в служебный коридор люди быстро нашли выход на улицу, но он оказался закрытым на врезной замок.
— Засада, — произнёс Ромеро разглядывая дверной косяк. — Хорошо, что всё из дерева. Можно попробовать сломать.
— Может прикладом выбить, — посоветовал мужчина.
— Займёт время, — ответил Иван. — Нам надо быстро. Заткнули уши.
С этими словами Стрелок вскинул АК и короткой очередью разнёс китайский замок на запчасти. Люди выскочили наружу в огороженный двор. Кинулись к металлическим воротам. На их удачу ворота оказались закрыты на внутренний засов. Ребята сдвинули его и выскочили на улицу. Остановились оглядываясь по сторонам. Метрах в ста пятидесяти действительно была стоянка с несколькими автомобилями на ней.
— Давайте к нам, — сказал Стрелок семейству.
Те без лишних слов кинулись к пацанам. Вдруг из-за угла металлического ограждения гастронома, привлечённая выстрелами и грохотом ворот, вывалила толпа зомби. Та самая, которая совсем недавно топталась возле входа в магазин. Увидев потенциальный корм, бешеные начали ускоряться, перекрыв дорогу к автостоянке.
— Пацаны! Не успеем до машин! Бежим через дворы! — крикнул Стрелок. — Может там машину найдём!
Спасающиеся кинулись в ближнюю арку и понеслись вдоль старого пятиэтажного дома, ребята старались семейство держать в середине. Вдруг они услышали отчётливо чей-то крик. В конце дома из форточки окна второго этажа им орал бородатый мужик.
— Забегайте в подъезд! — кричал он.
Люди без лишних слов кинулись к спасительному входу. Забежали. Стрелок оглянулся. Никаких запоров на подъездных дверях не было. Сверху раздался голос.
— Поднимайтесь.
Спасающиеся быстро взбежали по ступенькам и заскочили в квартиру. Их встретил высокий сухопарый пожилой мужчина одетый в клетчатую рубашку на выпуск и простые брюки. На ногах красовались поношенные тапки. Бородач закрыл дверь на замок. На вид мужчине было лет под семьдесят, а может борода придавала возраст?
— Проходите в зал, — предложил он.
— Так ведь дверь в подъезд не заперта, — отметил Стрелок.
— Не стоит беспокоиться, — успокоил бородатый. — Они не умеют на себя открывать двери.
— Мы тоже это заметили, — согласился Ромеро.
Люди прошли в зал. Обстановка в комнате была обычная для советской эпохи, что подтверждало преклонный возраст владельца квартиры. На полу цветастый палас красных оттенков, вдоль стены огромный шкаф-стенка, в углу возле окна на тумбочке древний телевизор в деревянной отделке с пузатым кинескопом. Четыре мягких стула стоящих вокруг полированного квадратного стола. У стены напротив большой диван с цветастым ковром над ним. У фронтальной стенки два обшарпанных кресла, между которыми стоял журнальный столик. Вся мягкая мебель в зелёной расцветке оббивки, но разных тонов. Такое часто бывало в СССР, люди покупали мебель вразнобой из-за её дефицита, максимально подбирая по цвету. Смотрелось конечно такое не очень гармонично, но по тем меркам круто. С потолка свисала массивная люстра с пожелтевшими прозрачными пластиковыми пластинами, да так низко, что можно дотронуться рукой до лампочки. И всё это хозяйство было втиснуто в не очень-то большую комнату.
Семейство расположилось на диване. Ребёнок прижался к матери глядя на бородатого дядю испуганными глазами, а мужчина обнял супругу за плечи. Ребята расселись на мягких стульях. Бородач подошёл к окну, наблюдая за столпившимися под подъездным козырьком заражёнными.
— А знаете, я всё это предсказал ещё два года назад в своей книге, — произнёс он. — Я журналист, зовут меня Векшин Александр Павлович. Вы про меня скорее всего не слышали, ведь я здесь в командировке. Квартира съёмная. Кстати, я ждал хозяев, пожилую пару, но они так и не пришли и скорее всего уже никогда не придут. Так вот, однажды я собирал материал о закрытых военных проектах. В одной из поездок, в архиве наткнулся на перспективную разработку, связанную с биологическим оружием. При применении искусственно созданного штамма происходит очень быстрое заражение населения со смертностью сто процентов. Проект назывался «Фантом», но самое интересное, если штамм ослабевал, то заражённый организм сразу не погибал. Индивид становился вялым, не различал кто перед ним и готов был всех убивать. Но через определённый срок всё же погибал.
Ребята переглянулись. Выходит, существовал ещё один проект, где люди не погибшие сразу от смертельного заболевания какое-то время могли уничтожать себе подобных.
— Про это я написал сначала очерк, который запретили к печати, — продолжил Векшин. — А потом книгу. Небольшой роман о заражённом маленьком городе окружённым войсками, прорывом карантина и после быстро развивающейся всемирной пандемии, где медлительные заражённые уверенно захватывали планету, разнося инфекцию. Их можно было убить обычными способами, но после смерти вирус вырывался из тел заражённых и стремительно поражал здоровых на большом расстоянии. Люди начали избегать инфицированных строя укрепления от них, но всё равно проиграли. Роман я выложил в интернете на самиздате. Было много отзывов и даже некоторые писали, что такое уже случилось. Но происходящее тут, сейчас, совсем другое, хотя похожее. Этих заражённых невозможно убить. Да и шустрые они.
— Пойдёмте с нами, — предложил Стрелок. — Тем более вы не здешний и за вас наверное переживают родные.
— Я холостяк. В силу моего возраста, а мне уже давно за шестьдесят, никого из родных не осталось. Все давно умерли, так что никто не ждёт. Я остаюсь. У меня свой план. Если эта угроза мирового масштаба, то бежать некуда. А если нет, то сам доберусь до карантина, только
