— Охотно, — сказал сэр Мадор. — Я снимаю все обвинения.
Рыцари отнесли сэра Мадора в его шатер, а король и королева на радостях пали в объятия друг друга. Артур и Гиневра подошли к неведомому рыцарю и поблагодарили его.
— Снимите шлем, сэр, — попросил его король. — Выпейте вина.
Рыцарь повиновался, и, когда он обнажил голову, все увидели, что перед ними стоит Ланселот. Артур взял Гиневру за руку.
— Сэр Ланселот, я благодарю Бога за то, что вы возвратились к нам. Вы спасли моей королеве жизнь.
— Господин мой, — ответил Ланселот, — я здесь по праву и в силу долга. Ваши сражения — мои сражения. Вы, сир, приняли меня в рыцарский орден, а вы, госпожа, всегда отличали меня своей милостью. Как же могу я не сражаться за ваше дело?
— Вновь и вновь благодарю за вас Бога, — сказал король. — И непременно вознагражу вас.
Гиневра плакала и от радости, и от печали. Она жестоко обошлась со своим верным рыцарем, а он рискнул ради нее жизнью, отплатил ей добром за зло. Рыцари приблизились к Ланселоту и с радостью приветствовали его. Сэр Мадор оправился от ран и воссел за Круглым столом вместе с Ланселотом.
Случилось так, что вскоре ко двору явилась Владычица Озера. Она была великой волшебницей и немало колдовства совершила ради короля Артура. Узнав, что королеву обвиняли в смерти сэра Патриса, она объявила, что Гиневра невиновна, и с помощью магии открыла, что на самом деле убийцей был сэр Пионель. Это он отравил яблоко, предназначив его сэру Гавейну. Пионель тут же бежал от королевского двора и скрылся в своей стране. Гиневра же была счастлива, что ее доброе имя восстановлено.
Сэра Патриса похоронили в Вестминстерском аббатстве и на его гробнице надписали всю эту историю. Сэр Мадор со временем возвратил себе благосклонность королевы, и все было прощено.
Прекрасная дева из Астолата
Под конец лета, в праздничный день Успения Богородицы[157], Артур возвестил, что в Камелоте состоится турнир, и там он вместе с королем Шотландским вызовет на бой всех, кто явится. Множество благородных рыцарей поспешили ко двору. Сам король собрался ехать из Лондона в Винчестер, как по-английски назывался Камелот, и просил жену сопровождать его. Гиневра же ответила — она, мол, больна и ехать не может.
Многие при дворе думали, что королева решила провести время с Ланселотом. Он отказался участвовать в турнире, поскольку, дескать, еще не оправился от ран, полученных в поединке с Мадором. Король сильно рассердился и уехал со своими рыцарями. По пути он остановился в Астолате, замке сэра Бернарда (по-английски он звался Гилфорд[158]).
Едва король отбыл, королева призвала к себе Ланселота.
— Сэр, — сказала она ему, — зачем вы тут остались? Или не знаете, о чем шепчутся при дворе? Говорят, будто мы специально подстроили так, чтобы провести время вместе. Вы меня позорите.
— Госпожа, я доверяюсь вашему суждению. Вы мудрее меня, я следую вашим указаниям. Сегодня я побуду здесь, но завтра поеду в Камелот. Забавы ради я буду, скрыв свое имя, сражаться с королем и всеми его приближенными.
— Прекрасное решение, — сказала королева, — но не забывайте, что рыцари Круглого стола свирепы и отважны.
— Чему быть, того не миновать.
На следующее утро Ланселот прослушал мессу и распрощался с королевой. Он скакал быстро и вскоре добрался до Гилфорда, где и его приютили. Артур заметил Ланселота, когда тот прогуливался в садах замка.
— Ага! — сказал король. — Вижу некоего рыцаря, который примет участие в состязании.
— Кто это? — спросил один из его рыцарей.
— Скоро узнаете, — усмехнулся король. — Готовьтесь!
Когда Ланселот остался один в своих покоях, к нему наведался хозяин замка, сэр Бернард. Бернард не знал Ланселота в лицо, и вот, обменявшись с ним приветствиями, Ланселот попросил об услуге:
— Добрый сэр, — сказал он, — не одолжите ли вы мне щит? Я не хочу выступать на турнире под своим гербом, ибо надеюсь остаться неузнанным.
— Охотно, — ответил сэр Бернард. — С виду вы один из лучших рыцарей, и я рад дружбе с вами. У меня двое сыновей, старший только что посвящен в рыцари. Его зовут сэр Тиррей, и в тот самый день, когда он сделался рыцарем, он получил такую рану, что в турнире участвовать не сможет. Возьмите его щит, его никто не опознает. Младшего моего сына зовут Лавейн. Не разрешите ли ему сопровождать вас на празднество? Он молод и силен, из него выйдет хороший рыцарь. И вот что, сэр: как ваше имя?
— Пока я не могу его назвать. Если Господь даст мне силы на этом турнире, тогда я вам откроюсь. И я счастлив буду взять с собой сэра Лавейна. Благодарю вас за то, что нашли мне щит.
Дочь сэра Бернарда Элейн, прозванная Прекрасной Девой из Астолата, подслушивала этот разговор под дверью, а едва увидев Ланселота, влюбилась в него. Она так сильно полюбила его, что просила надеть ее залог, когда он будет сражаться на турнире.
— Если я исполню эту просьбу, юная леди, — сказал он, — я окажу вам большую любезность, чем когда-либо оказывал дамам.
Но потом Ланселот сообразил, что если он появится на поле с памяткой этой девицы, никто не узнает в нем Ланселота. И он с улыбкой согласился:
— Любезная госпожа, я не стану спорить. Я повяжу ваш подарок на шлем. Что это будет?
— Мой красный шарф[159], — сказала она, — он ярко-алый и расшит дорогим жемчугом.
Девица принесла шарф и весь день оставалась поблизости, прислуживая Ланселоту. Отойти от него было выше ее сил.
Ранение Ланселота
На следующий день Артур вместе со своими рыцарями покинул Астолат. Теперь с ними ехали и сэр Ланселот, и юный сэр Лавейн. Они взяли белые щиты, а Ланселот повязал на шлем алый шарф. Добравшись до Винчестера, Лавейн отыскал жилье на отшибе, у богатого купца. Ланселот не хотел никому показываться на глаза.
Настал день турнира. Сэр Ланселот отличился в общей схватке, но при этом был так тяжко ранен, что с трудом держался. Копье сэра Борса пробило его щит и вонзилось рыцарю в бок. Тем не менее Ланселот не сдавался и одолел всех противников.
— Помилуй нас Бог, — сказал Гавейн королю. — Кто этот рыцарь с алым шарфом? По его повадкам я бы принял его за Ланселота, но Ланселот никогда бы не надел шарф какой-то дамы.
— Сэр, — отвечал ему Артур, — уверен, вы узнаете, кто он, прежде чем мы покинем эти места.
Король затрубил в рог, завершая состязание, и герольды объявили победителем рыцаря с красным шарфом. Король Северного Уэльса подошел к Ланселоту.
