полностью ответственным за шоссейную развязку — охраняло ее подразделение милиции Конфедерации, к которому подразделение нашего отряда было приписано в качестве мотоманевреной группы.
На позиции здесь находилось две машины, со сводными экипажами — один африканский, из ветеранов Матвея, второй из парней Дэвида и Листратова. Бойцы встретили нас с откровенной радостью — по всей линии обороны царила неразбериха, ходили самые разные предположения и слухи.
О ядерном ударе в Европе тоже говорили, только здесь версия была такая, что это не британцы или французы нанесли удар, а первыми атаковали русские. Источники слухов не назывались, но предположения строились самые дикие. Ходили слухи и о прорыве второй линии обороны, причем вплоть до полной аннигиляции — в некоторых вариантах Техас и Флориду уже похоронили полностью, мы якобы тут одни живые остались. Звучали версии, что нечисть дошла и до Лос-Анджелеса, и до Нью-Йорка, и вообще в Ниагарском водопаде уже купается.
Непосредственно здесь, на нашем и ближайших участках линии обороны, атак нечисти пока не было. Видели только несколько раз стаи гарпий, один раз наблюдали воздушный бой, когда звено штурмовиков пыталось гарпий расстреливать. Но основания для самых разных, в том числе пораженческих, слухов было. Потому что неведомое находилось буквально на глазах — в стороне побережья от земли до неба стояла стеной густая Пелена, багровая из-за красного небесного Сияния.
Поражающее мощью и невероятностью зрелище.
Несмотря на самые разных слухи, применение тактического ядерного оружия здесь, на побережья Мексиканского залива, не подтверждалось. К нам как раз сейчас подошел офицер конфедератов, начальник заставы, и мы с ним делились сведениями. Мы рассказали про Тускалусу и неоткрытый там Разлом, он же сообщил, что никто не понимает, куда теперь бить: судя по спутниковым снимкам, вся зона образовавшегося под водой Разлома на тысячи квадратных километров скрыта густой магической пеленой.
Еще офицер конфедератов сказал нам, что вода между Разломом и побережьем, судя по всему, ушла. Как далеко, неясно, но об этом докладывали немногие из выживших, кто сумел выбраться из-под окутавшей берег и первую линию укреплений Пелены.
— Наше время, — только и подытожил я.
Конфедерат при этом недоуменно посмотрел на меня, я же обернулся к Матвею. Ведь если вода отступила, как я и предполагал, значит у нас есть шанс попасть в Разлом.
По плану, по правильному плану — я давно должен был быть уже там, в Пелене. Вернее, я уже давно должен был бы пересечь границу миров. Утреннее пробуждение в Тускалусе спутало все планы и здесь я оказался на несколько часов позже. Если быть откровенным, то часов на пять позже, чем рассчитывал сам свои действия при начале настоящего вторжения.
Все то время, пока мы ползли за колонной бронетехники, теряя время, меня глодало это осознание. И даже то, что я смог уничтожить одно из Мест Силы, воспрепятствовав открытию нового Разлома, душу не сильно грело. Если из-за этого я потерплю неудачу по основному предназначению…
Но как сейчас оказалось — хорошо, что я задержался в городе вчера вечером: Матвей вдруг выругался, глядя за спину офицеру конфедерату. Посмотрев по направлению его взгляда, я с некоторым облегчением и удовлетворением подумал, что прибудь мы сюда раньше, мы бы уже выдвинулись к Разлому. И к этому моменту, вот прямо к этому, мы бы все умерли. Потому что наблюдаемый сейчас мною сюрприз от нечисти застал бы нас врасплох.
Вернее, сюрприз этот и так нас врасплох застал, но мы все же были в гораздо более выгодных позициях, чем если бы двигались сейчас на машинах к Пелене или уже вошли бы в нее.
Я был в зеркальных солнцезащитных очках, так что в моих глазах ничего не прочитать. Но Матвей смотрел сейчас туда же, куда и я, и снова не сдержавшись, ошарашенно выругался. Конфедерат обернулся по направлению наших с Матвеем взглядов и обомлел.
— Боже правый, что это? — воскликнул он севшим голосом.
Я промолчал. Лагерь тоже замолчал — на несколько мгновений. Людям нужно было осознать происходящее, поверить. Первым закричал я, призывая всех найти укрытие, после этого словно звук и действие включили. Как-то вдруг все вокруг наполнило суетой и гомоном. В лагере же нарастал общий крик — многие уже заметили то же, что и мы.
Я же, глядя как мои парни разбегаются по машинам, выругался. Нет, я примерно знал, что будет плохо, но даже не представлял, что настолько.
Глава 21
Несмотря на разделяющие нас и побережье расстояние в десяток километров, было видно, что из-под Пелены в нашу сторону движется что-то огромное. Это было похоже на самого настоящего Левиафана, появившегося из морских глубин.
Огромная, просто нереальных размеров волна, видная на горизонте за десяток километров от нас, катилась к нам неумолимо приближаясь. Постепенно теряя высоту, но все равно сохраняя просто титанические размеры. Волна виделась чем-то нереальным, словно ставшим явью фантастическим библейским бедствием.
Послышались звуки взрывов, засверкали яркие синие вспышки — волна дошла до электростанции, трубы которой виднелись относительно недалеко. С другой стороны от происходящего, в нескольких километрах справа, на падающем вниз гребне огромной волны я вдруг увидел серую тушу авианосца, с палубы которого прямо на моих глазах ссыпались вниз самолеты. Они сейчас казались удивительно маленькими, как будто игрушечными.
Авианосец здесь мог оказаться только один — «Принц Уэльский», флагман британского королевского флота. Вот его сейчас и несла на себе непредставимо огромная волна. Серая махина авианосца — кажущаяся совсем небольшой по сравнению с волной, уже перевернулась килем вверх. Волна, опадая, полностью закрутила гребень — в пене которого исчез корабль. Звук удара и сопровождающий его металлический скрежет были хорошо слышны даже за несколько километров.
Вокруг нас люди уже готовились ко встрече волны. Бежали к машинам водители, на посадочных площадках раскручивали винты готовящиеся ко взлету вертолеты. Я все важное пропустил — Матвей озаботился организацией, я же просто все это время наблюдал за приближающейся волной, открыв рот.
Бойцы отряда в это время загоняли машины на виадук, поднимающийся над землей на десяток метров. Причем загоняли без лишних сантиментов — подвинув отвалами несколько чужих машин, несколько даже опрокинув.
Гул приближающейся волны стал слышен все сильнее — на нас шла безжалостная стихия, выворачивающий деревья близлежащего леса. Пенный вал накрыл землю и катился в нашу сторону. К счастью, волна — во всем своем титаническом величии и мощи, когда докатилась до нас уже потеряла высоту.
К нам пришла просто вода, в виде сметающего потока — в
