качаю головой. — Я в порядке.
Давайте будем честными, я совершенно не в порядке, но еще хуже, когда он нависает надо мной.
Он исчезает за занавеской, задернутой вокруг этой маленькой кровати, и я перевожу дыхание, но не беру со стола телефон, чтобы позвонить Вайолет.
Наверное, она все еще злится на меня. Должно быть, если она не удосужилась позвонить или написать, чтобы отметиться. Или, может быть, она даже не смотрела игру, поэтому не знает. В моей голове вспыхивает картина того момента, как я упал, и я опускаю голову обратно на твердую подушку.
Я думаю о том, что сказал ранее тренер, о том, что тренерская деятельность доставляет ему такое же удовольствие, как и игра. Будет ли это справедливо и для меня? Буду ли я доволен тем, что занимаюсь этим видом спорта, который люблю всем своим существом, сидя за столом и сочиняя истории о других великих игроках? Я думал, что знаю ответ, когда принял решение много лет назад.
Колено болит от боли, и я растираю бедро чуть выше него. Я не знаю, как долго я здесь, но кажется, что прошло несколько часов. Я раздражен и нетерпелив. С болью я могу справиться, но вопросы без ответов грозят поглотить меня целиком.
Занавеска шуршит, но я держу глаза закрытыми, ожидая Томми. Может быть, если он подумает, что я сплю, он остынет.
— Мистер Леонард. — Я приоткрываю один глаз и вижу мужчину в синей униформе и белом халате. Он не отрывает взгляда от планшета и продолжает: — Я доктор Скарелла.
Он задает мне несколько вопросов, все из которых тренер, который привел меня с игры, уже рассказал медсестре.
— Вас уже отвезли на рентген?
— Ага. Некоторое время назад.
Он кивает. Он до сих пор не оторвался от блокнота. — Дайте мне посмотреть, смогу ли я их выследить. Подождите еще немного.
— В этом нет необходимости. — Через занавес проходит еще один парень с планшетом в руке. — Привет, Гэвин. Я доктор Чейз. Сэм, рад снова тебя видеть. — Он кивает другому врачу. — У меня есть этот.
Доктор Скарелла выглядит так, словно хочет поспорить, но только на секунду, прежде чем развернуться и уйти.
Мой новый врач кладет планшет на поднос рядом с моей кроватью. В его черных волосах есть седина. На нем полосатая футболка-поло и черные брюки. Он выглядит так, словно сошел с поля для гольфа или пришел с заседания совета директоров, а не из больницы.
— Как боль?
— Не так уж плохо.
Он поднимает обе брови.
— Больно, но я справлюсь. Я закончил? — Этот вопрос не давал покоя с тех пор, как я упал. Собираюсь ли я когда-нибудь снова играть в мяч?
Он переходит в режим врача, включает планшет и открывает мои рентгеновские снимки. — Я заказал МРТ, чтобы лучше рассмотреть. — Указывая на планшет, он продолжает: — Ты повредил сухожилие надколенника и коллатеральную связку.
Больно глотать, дышать. — Вы можете вылечить это?
Ухмылка, которую он мне дарит, делает его моложе. — Конечно могу. Вот почему я здесь.
— И я по-прежнему смогу играть в баскетбол на уровне колледжа или на профессиональном уровне? — Мое сердце колотится.
Его уверенность немного падает. — Давай сделаем МРТ. Я лучше пойму, с чем именно мы имеем дело.
— Доктор Чейз? — Мне нужно, чтобы он был со мной откровенен. Я не могу ждать еще час, не зная.
— Травмы колена — это тяжело. Это зависит от ущерба, и, скорее всего, у меня не будет однозначного ответа, пока я не окажусь там.
Я не могу говорить, поэтому просто киваю.
— Я собираюсь навести порядок на тесте… — Остальная часть его предложения прерывается хаосом снаружи.
Девушка кричит. Мы с доктором Чейзом на секунду останавливаемся, чтобы прислушаться. Я не могу разобрать ее слов, но она чем-то злится. Наверное, это норма для отделения скорой помощи — кричать или плакать. Мне хочется сделать и то, и другое.
— Гэвин Леонард, — произносит она мое имя, и я наклоняю голову, чтобы лучше ее слышать. — Я знаю, что он здесь.
Не уходя, доктор Чейз отодвигает занавеску. “Вайолет.”
Я сажусь. Ее глаза дикие, и она вытягивает каждый дюйм своего маленького и миниатюрного тела, чтобы противостоять гораздо более крупной медсестре, которая блокирует ее и пытается успокоить.
— Я его девушка. Спросите его. — Она скрещивает руки на груди. Я не слышу ответа медсестры, но она не двигается с места, так что я не думаю, что ее это волнует.
Вайолет снова осматривает местность, явно не сдаваясь, и на этот раз ее взгляд расширяется, когда она видит меня.
— Она твоя? — спрашивает доктор Чейз с весельем в тону.
Я не отвечаю. Я не могу. Моё сердце колотится в груди.
Доктор Чейз должно быть решил, что она не представляет угрозы, потому что он поднимает руку, показывая, что все в порядке, и медсестра не бросается за ней.
Когда она приближается, я вижу слезы в ее глазах. Она кладет большой свернутый лист бумаги на край кровати и подходит ко мне. Ее взгляд скользит по моему больному колену, а затем снова возвращается ко мне.
— Привет. — Одно-единственное слово сжимает мне горло. Я поворачиваю руку ладонью вверх на кровати, и она переплетает свои пальцы с моими.
36
ВАЙОЛЕТ
— Подожди, пока я закажу МРТ. — Доктор постукивает планшетом по поручню в конце кровати. — Надеюсь, это не займет много времени.
Уходя, он задергивает занавеску, чтобы мы могли уединиться.
— Необычно встретить тебя здесь, — говорит Гэвин и пытается улыбнуться.
— Как ты?
— Бывало и лучше.
Он передвигается по кровати и тянет меня сесть к себе.
Я колеблюсь. — Я не хочу причинять тебе боль.
— Ущерб уже нанесен, куколка.
— Что случилось? — Я вдыхаю его, забираюсь рядом с ним и обхватываю себя вокруг его талии.
— Я повредил колено. — Он замирает подо мной. — Как
