Как только он коснулся ее губ, Хелен нетерпеливо подалась навстречу. Ее напряженное дрожащее тело обмякло, и она поцеловала его с таким пылом, что Курт ощутил слабость в коленях.
Курт тихо застонал и привлек Хелен еще ближе.
Они жадно целовались, сплетаясь телами, не в силах слиться достаточно тесно. Страсть, так долго не находившая выхода, вырвалась наружу с силой, сравнимой с мощью шторма, бушевавшего за стенами дома. Целуясь с такой отчаянной страстью, словно им больше никогда не представится подобная возможность, они медленно опустились на толстый шерстяной ковер. Они стояли на коленях, сжимая друг друга в объятиях и сливаясь губами в мерцающем сиянии свечей.
Ураган всей своей мощью обрушивался на скалы, где стоял дом. Гигантские водяные валы с неослабевающей силой бились о берег. Забитые досками окна дребезжали под натиском ветра, способного вырывать с корнем деревья и крушить строения. Струи проливного дождя с градом яростно барабанили по наклонной крыше, хлестали сад, огород и поля, где зрел возделанный с таким трудом урожай.
Но Курт и Хелен ничего не слышали. Не замечая яростного разгула стихии, они продолжали целоваться. Наконец, задыхаясь и трепеща, Хелен оторвалась от губ Курта и склонила голову на его крепкое плечо. Она вся дрожала, но теперь уже от страсти.
Курт прижался губами к ее волосам. Сердце бешено колотилось, кровь стремительно неслась по жилам, грудь бурно вздымалась. У него перехватило дыхание, когда Хелен расстегнула его рубашку.
– Боже… детка, – выдохнул он.
Чувствуя, что сердце его вот-вот разорвется, Курт шепотом повторял ее имя. Ему казалось, что все это сон. И если ему суждено сейчас умереть, то умрет он счастливым.
Курт нетерпеливо расстегнул лиф ее платья, затем сорочку и обхватил губами ее сосок.
– Курт… о, Курт, – простонала она, закрыв глаза.
– Хелен, милая Хелен, – прошептал Курт. Он поднял голову и приник к ее жаждущим губам.
В этом долгом обжигающем поцелуе выразилась вся его тоска, страсть, любовь. Когда их губы наконец разомкнулись, оба начали раздевать друг друга, нетерпеливо срывая одежду с влажных от испарины тел. И через считанные секунды остались в чем мать родила.
Обнаженные, они снова слились в поцелуе.
Курт так желал эту прекрасную златовласую женщину, что боялся взорваться от одного лишь прикосновения к ее обнаженному телу. И чтобы этого не случилось, уложил Хелен на ковер, лег рядом и снова прильнул к ее губам. Он хотел продлить наслаждение, но это было выше его сил. Хелен пылала от страсти, и Курт перестал себя контролировать.
Глядя в ее сияющие глаза, он скользнул рукой по ее плоскому животу к золотистым завиткам на стыке бедер и коснулся пальцами чувствительной плоти. Она была горячей и влажной.
Хелен выгнулась, губы ее приоткрылись, она издала стон наслаждения и в следующий момент почувствовала, что Курт входит в нее.
Снаружи ревел шторм.
Разрушительные ветры хлестали восточное побережье залива, обрушивая мощные струи дождя на черепичную крышу и стены дома.
Но златовласая женщина ничего не замечала. Ураган страсти возлюбленного уносил ее к вершинам блаженства.
– Курт… о, Курт, – прошептала Хелен. – Я больше не могу… Курт… я хочу… – Из ее груди вырвался крик, на секунду заглушивший рев урагана.
– Да, милая, да, – шептал Курт, жаждавший высвобождения. – Еще чуть-чуть… Ну же, детка. Давай!
Наконец все закончилось, и они медленно спустились с небес на землю. Курт обессиленно рухнул на пол, увлекая за собой Хелен.
Все еще тяжело дыша, он умиротворенно улыбнулся и произнес:
– Ах, детка, детка. Я люблю тебя. Я люблю тебя, Хелен.
– Я тоже тебя люблю, – выдохнула она.
Курт коснулся губами ее влажного, разгоряченного виска.
– Господи, милая, это было чудесно. Тебе не кажется, что ураган прошел стороной?
Хелен, теснее прижавшись к нему, счастливо улыбнулась:
– Какой ураган? Я ничего не слышала, а ты?
Глава 41
Шторм продолжал бушевать. Уже перевалило за полночь. Дождь и град грозили уничтожить все, что встречалось на их пути.
Хелен оказалась на редкость изобретательной в любовной игре. Она сидела верхом на Курте с распущенными волосами и так ласкала своего смуглого возлюбленного, что у того дух захватывало. Хелен это нравилось.
С чувственной улыбкой на губах она медленно приподнималась, а затем, глядя в его сверкающие зеленые глаза, так же медленно скользила вниз.
Курт лежал неподвижно, положив руки под голову, давая Хелен возможность извлекать максимум удовольствия из занятий любовью. Сам же он едва сдерживал страсть. Это была сладкая пытка.
В сиянии свечей ее распущенные волосы казались жидким золотом. Небольшие, но безупречной формы груди соблазнительно покачивались, вторя круговым движениям бедер. Розовые соски напряглись.
Неожиданно Хелен откинула назад свои длинные волосы. И Курт невольно перевел взгляд с ее обольстительной груди на обнаженный живот и бедра, затем ниже, к тому месту, где их тела сливались.
Хелен слегка приподнялась, и он увидел ее розовое лоно, скользящее по его пульсирующей плоти.
Это было так эротично, что Курт не выдержал. Подхватив Хелен под мышки, он привлек ее к себе и страстно поцеловал, затем усадил и в считанные секунды довел до экстаза.
Она вскрикнула. В ее широко распахнутых глазах отразились и восторг, и страх.
Никогда прежде Хелен не испытывала такого наслаждения. Оно граничило с болью. Она задыхалась от рвущихся из груди рыданий.
Курт крепко обнял ее. Заливаясь слезами, Хелен прильнула к нему. Курт все еще двигался в ней, стремясь к собственному высвобождению, но она была не в силах ему помочь. Лежала обессиленная, полностью отдав себя в его власть, прислушиваясь к гулким ударам его сердца.
Когда Курт взлетел на вершину блаженства, Хелен ощутила хлынувшую в ее лоно обжигающую струю.
– Мой дорогой, – шепнула она, коснувшись губами его губ, когда судорога пробежала по его телу и он затих. – Отдохни, любовь моя. – Она стала осыпать его поцелуями.
Курт обнял ее, Хелен склонила голову ему на плечо.
Утомленные бурными ласками, они лежали так несколько долгих минут. Хелен прислушивалась к завыванию ветра и стуку тяжелых капель по крыше. Ураган не обошел стороной восточное побережье и мог причинить огромный урон. Но в данный момент не это заботило Хелен. Она с грустью думала о том, что ночь, проведенная в объятиях этого красивого страстного мужчины, никогда больше не повторится. И она не хотела терять ни минуты.
– Курт, – шепнула она ему на ухо.
Тот что-то пробормотал, не открывая глаз.
